Некромант (СИ)

 Лорд-некромант с простым именем Ландыш зевнул и, застегивая на ходу пуговицы на рубашке, направился к обзорному окну. Из-за эксперимента, который нельзя было прервать, он лег спать незадолго до полудня, и вот теперь его сон прервали самым бессовестным образом. В последнее время все чаще и чаще сюда заявлялись бродячие рыцари, странствующие принцы, изгоняющие злых духов священники и прочие искатели счастья, а вернее денег, коих, по слухам, в башне некроманта водилось великое множество. Месяца не проходило, чтобы пятеро-шестеро глупцов, по одному или парами, не начинали тарабанить в ворота, требуя выйти на честный бой. Угу, честный, как же. Все эти приверженцы доброты ни о какой честности и не думали. В девяти случаях из десяти в лорда так и норовили ткнуть отравленным оружием или метали исподтишка молнии, когда он отворачивался, а десятый юлил, планируя сначала втереться в доверие, чтобы узнать тайну некроманта, и уже потом его прикончить. Все это смешило Ландыша, поскольку он был надежно защищен магическими щитами как от боевой магии, так и от оружия, в том числе от стрел. С ядами благородным искателям приключений тоже не везло, поскольку никакая отрава на некроманта уже давно не действовала.
 — Посмотрим, кто к нам пожаловал, нагло прервав мой сон, — пробормотал Ландыш.
 Щелчок пальцев — и обзорное окно посветлело, позволяя разглядеть того, кто уже час с упорством дятла долбился в ворота. Там стоял рыцарь, мало того — светлый паладин, судя по белому плащу со стилизованным изображением пламени на спине. Плащ мало защищал своего хозяина от проливного дождя, который не прекращался уже сутки. Позади паладина топтался немолодой и явно усталый конь, к седлу которого были приторочены два мешка.
 — Экий нахал, — восхитился упорством паладина лорд-некромант. — Рядом деревня — шел бы туда, переночевал, дождь переждал, потом бы и приходил, так нет, долбится.
 Устав работать кулаками, паладин отвернулся от ворот, но не успел Ландыш обрадоваться его уходу, как воин света прислонился спиной к мокрому металлу и начал монотонно долбить в них ногой: сначала левой, потом, видимо утомившись, правой, а через некоторое время вновь левой.
 — Ну что ты будешь делать? Этот точно не уйдет.
 Ландыш вздохнул, поправил кружевные манжеты на рукавах, проверил завязки на штанах — мало ли что? — и направился вниз, чтобы встретить гостя. Перед тем как выйти под дождь, он навесил над собой отторгающее воду заклинание, но, сделав первый же шаг, поморщился. Увы, но к обуви такое заклинание не прицепишь, а потому пришлось сделать несколько шагов, шлепая по лужам.
 — Кто ты? И по какому праву рискнул потревожить покой жителей этого дома?
 Усиленный магией голос прогремел над округой. Конь за воротами испуганно всхрапнул, но на паладина это не произвело никакого впечатления. Он еще пару раз долбанул по воротам, видимо, не сразу понял, что это к нему обращались, и только потом отступил, отвечая:
 — Я Карс, светлый паладин на службе его величества Копуса Справедливого.
 — Скорее Копуса Подкаблучника, — пробормотал себе под нос Ландыш, прекрасно зная, что страной управляла королева, дама весьма решительная и волевая, не позволявшая супругу особо разгуляться. — И что же угодно его августейшему величеству от бедного некроманта?
 
 — Может, впустишь меня в башню? Там и поговорим.
 — Наглость — второе счастье, — вздохнул некромант, отдавая воротам приказ открыться.
 В принципе, пускать паладина в дом не хотелось: мокрый, он непременно наследит на паркете и намочит ковры, а слуги-зомби настолько тупые, что поручить им качественную уборку невозможно — все равно не справятся. Но любопытство не дало выгнать гостя. Мало того, что Ландыш хотел узнать, зачем понадобился королю, так еще и другой интерес проснулся: как именно паладин будет убивать злобного некроманта? Не верилось, что кто-то может убраться из башни и не попытаться прикончить ее хозяина.
 — Коня поставь туда, — Ландыш махнул рукой в сторону сарая, служившего и конюшней, если это было необходимо, — а сам заходи в дом. Только плащ свой и сапоги оставь на входе, нечего мне тут грязь разводить.
 Лорд занял свое излюбленное кресло у камина, небрежно скинув туфли, чтобы погреть ноги у огня. Он лениво шевелил пальцами, чувствуя, как тепло обволакивало его, и блаженно прикрыл глаза, прислушиваясь к тому, что происходило в его доме. Паладин действительно задержался, устраивая своего коня на ночь, затем зашел в дом, разулся, снял плащ, повесив его на крючок для просушки, и только потом босиком потопал по коридору, заглядывая по пути во все комнаты в поисках некроманта. Он стучался, заглядывал, но не заходил, что уже было забавно, поскольку до него никто такой щепетильностью не страдал. Когда же дверь в каминный зал отворилась, Ландыш махнул паладину рукой, призывая войти, а затем указал на соседнее кресло.
 — Итак, чем могу быть полезен?
 — А как мне к вам обращаться? — Карс неловко потоптался у светлого кресла, явно не решаясь присесть.
 — Обращайся на «ты», а зовут меня Ландыш. И, прежде чем начнешь спрашивать, почему именно так, отвечу, что это довольно ядовитое растение, хотя и прекрасное, — некромант поправил кружевные манжеты и откинул за спину белесые волосы, стянутые в низкий хвост. — А теперь сядь — терпеть не могу разговаривать с запрокинутой головой — и начинай рассказ.
 Устроившись в кресле, паладин опустил на пол мешки, что снял с седла своего верного коня, и полез в один из них, чтобы извлечь…
 — Это еще что такое? — брови Ландыша недоуменно приподнялись, пока он разглядывал труп птицы со свернутой шеей, что держал в руках паладин.
 — Это любимый белый кречет королевы. Он погиб по вине… не важно, по чьей вине, но его нужно срочно воскресить, чтобы королева через три дня могла отправиться с ним на охоту, иначе…
 — Иначе его величеству грозит крупный скандал, а возможно, и рукоприкладство со стороны его дражайшей супруги.
 — Ну, можно и так сказать. Сумму за работу назначь сам, — паладин достал увесистый кошель с королевским гербом, демонстрируя платежеспособность.
 — Хм, — некромант усмехнулся, прикрыв глаза. История становилась все интереснее и интереснее, вызывая желание… поиграть. Паладин был хорош собой, молод и, чего уж греха таить, привлекателен, а у Ландыша давно никого не было. — Я могу воскресить кречета, но мне не нужны деньги или еще какие-либо материальные блага от короля. Чем расплачиваться будешь?