Измена: (не) прощу дракона (СИ)

***
С диким криком я подскочила на кровати, плохо понимая, где я и что происходит. Было совсем темно. Вытирая слёзы и недостойно скуля, я забралась с головой под одеяло и свернулась калачиком. Мне изредка снились кошмары, но такие страшные никогда. Раньше, когда меня мучил ужасный сон, Флориан утешал и обнимал меня, и с ним мне ничего не было страшно. А теперь я одна в холодной постели. Я обхватила себя руками и плакала, плакала, плакала. Потом слёзы ушли, но выжгли во мне пустыню. Я почти уснула, когда услышала лёгкий шум в соседней комнате. Мои глаза в панике распахнулись. «Привидения! Грабители! Дикие звери! О небеса, я же совсем одна. Ещё и этот жуткий сон. Вдруг это предзнаменование».
Я сидела на кровати. Было тихо, только моё прерывистое дыхание нарушало тишину. «Может, показалось? Это всё сон виноват. Наверняка, ничего там не…». В соседней комнате отчётливо звякнула посуда. «Ой, — заныла я, — тут даже спрятаться негде и на улицу бежать страшно. Темно-то как». Раздался приглушённый хлопок, и, кажется, крышка свалилась с котелка. «Да что они там возятся с посудой? Ох, может, это бродяги? Решили передохнуть в заброшенном доме и не знают, что его купили». Время шло, но нарушители не уходили. Я так и сидела на кровати, вздрагивая от каждого звука из гостиной.
«Я больше не выдержу! Надо что-то делать. Я должна сама себя защитить. А лучшая защита — это нападение». Я выскользнула из кровати и на цыпочках двинулась к двери. Стараясь не шуметь, нащупала метлу в углу, которую забыла убрать отсюда. «Сейчас я их как напугаю! А что, у меня есть все шансы. С моей бледной кожей, в белой ночной рубашке я вполне сойду за привидение».
Я перехватила метлу покрепче и тихо-тихо отворила дверь. В гостиной было чуть светлее, потому что с этой стороны дома в окно заглядывала луна. Никого. Тоненько тренькнула чашка. Я вытянула шею в сторону кухни, но ничего не увидела. С метлой наперевес я ступила из спальни. «Страшно, мамочки, как страшно». Мелкими шагами я двинулась к кухне. «Спокойно, Аурелия, привидений не существует, а бродягам надо дать понять, что у дома теперь есть хозяйка. Я всё смогу!»
Я успела сделать ещё пару шагов, всматриваясь в темноту кухни, как на меня из мрака бросилось нечто. Я завизжала, кинула метлу, хотела убежать, но меня схватили за подол ночной рубашки, и я упала. Я кричала и брыкалась, пока не поняла, что меня никто не держит. Я судорожно огляделась — никого, а подол, оказывается, просто зацепился за заслонку печи. Я подняла взгляд и подавилась вздохом. Из темноты на меня смотрели большие мерцающие глаза. Дрожащими руками, с третьего раза, я зажгла свечу. «Ангелы небесные, это же кошка, просто кошка». Несуразная пятнистая кошка сидела на столе и наблюдала за мной. Я тихо рассмеялась.
— Ну и приключение вы мне устроили, госпожа кошка. На всю жизнь запомню.
Кошка мяукнула в ответ и выгнула спину. Даже в тусклом свете было заметно, какая она облезлая и тощая. «Не кошка, а забор. И глаза как фонари, большие и оранжевые. Понятно теперь, почему ты шубуршала на кухне, искала поесть. И как же ты здесь оказалась? Через чердак, наверное. Надо будет завтра обязательно проверить, нет ли там открытых окон». Я поставила свечу на стол и достала холодное мясо из шкафчика.
Кошка облизнулась и истошно заорала.
Я поставила блюдечко на пол и села на стул, наблюдая как кошка уплетает мясо. Поев, она боднула мою ногу и принялась умываться. «Ну, кажется, у меня появилась подружка».
  
Глава 14
 
Три с половиной года назад
После свадьбы мы въехали в свой собственный особняк — «Обжигающий ветер». Раньше он принадлежал бабушке Флориана по отцу и после её смерти долгое время пустовал. Риан, даже когда подрос, предпочитал жить в доме родителей и не спешил переселяться. Но после помолвки в «Обжигающем ветре» был организован грандиозный ремонт, и уже весной мы въехали в обновлённые апартаменты.
Я была вне себя от счастья — собственный дом, своё уютные гнёздышко и любимый человек рядом. С удовольствием и огромным энтузиазмом я обставляла дом. Мне хотелось лёгкого изящного интерьера, светлых красок, простоты и удобства, но леди Дасия, навещавшая нас чуть ли не каждый день, по своему усмотрению меняла мебель, покупала помпезные картины, отдавала приказы слугам. Флориану было всё равно, а я не смела перечить.
 
Хоть обида немного омрачала мою радость, но я отчасти была ей благодарна, потому что помимо всего прочего леди Дасия учила меня как быть герцогиней, примерной женой и хозяйкой большого дома. Я старалась, всегда слушала её наставления и пыталась ничего не упустить. По совету вдовствующей герцогини я почти никуда не ходила и не ездила, чтобы не компрометировать блистательного мужа. Яркие платья покинули мой гардероб, взамен появились хоть и дорогие наряды, но скромных цветов, в основном фамильных, как приличествует замужней женщине.
Много времени уходило на ежедневные заботы о доме. Я должна была контролировать каждую мелочь: достаточно ли накрахмалены скатерти, начищена ли серебряная посуда, прилично ли выглядят слуги. Леди Дасия утверждала, что это очень важно, что именно в идеальности заключается неподражаемое достоинство, за которое так ценят герцогинь их мужья и общество. Я хотела нанять толковую экономку, чтобы она помогла мне с ведением хозяйства, но леди Дасия уверяла, что сначала я должна сама прочувствовать всё на своей шкуре, научиться досконально разбираться в руководстве домом, а потом уже нанимать помощницу.
Когда быт в доме был налажен и перестал отнимать у меня все силы, я начала мечтать о детях. Да и все окружающие, особенно вдовствующая герцогиня, не забывали мне напоминать о том, как важно родить дракону наследника. Я это понимала, но нервничала всё больше, с ужасом думая, что будет, если я вскорости не забеременею. Меня даже начали мучить кошмары.
Частенько мне приходилось оставаться одной. Флориана иногда я не видела по несколько дней: его должность требовала постоянного внимания. Зато когда он появлялся, я отдавала ему всю ласку и нежность, на которые была способна.
В один из пасмурных осенних дней я сидела одна в библиотеке. Я любила это место и вложила душу, обставляя библиотеку по своему вкусу. Книги, как и в приюте, скрашивали мне одинокие дни. Флориан уже три дня отсутствовал и должен был приехать только завтра к вечеру.
Я отложила книгу и потянулась к огню в камине. За окном тихо шуршали деревья жёлтыми листьями. Красиво, только всё равно было тоскливо: я скучала по Риану. Однако одно волнующее обстоятельство смягчало моё одиночество — возможно, я была беременна. Точно я не могла сказать, но со смущением и тайной надеждой отсчитывала дни задержки.
В гулком коридоре раздались уверенные шаги. Я выпрямилась в кресле и вся превратилась в слух. В библиотеку вошёл Флориан, и я тут же вихрем бросилась ему на шею. Потом боязливо отпрянула, испугавшись, не заметит ли кто такого бурного проявления чувств, но ни слуг, ни вездесущей леди Дасии тут не было, а Флориан никогда не был против подобных моих выходок, поэтому я снова прильнула к нему и уткнулась в грудь. От него пахло сырой землёй и дождём.
— Я смог вырваться и приехать пораньше. Нёсся как на крыльях, только бы увидеть тебя, — прошептал он мне на ухо.
Я улыбнулась и потянулась к нему губами. После долгого нежного поцелуя Риан увлёк меня на небольшой кожаный диван в углу библиотеки. Флориан усадил меня к себе на колени.
— Как ты, моя милая Рэй?
— Хорошо. — Я улыбнулась ему. — Я так рада, что ты приехал. Как же я по тебе скучаю! Твоя мать вчера приезжала, справлялась о тебе. Кстати, она наняла нам нового конюха. Старый, по её мнению, был слишком шумным и чересчур любил шутить. А ещё для небольшого приёма, который я хотела устроить, чтобы поближе познакомиться с жёнами твоих знакомых, я выбрала заливное, но леди Дасия сказала, что оно быстро теряет внешний вид и распорядилась подать другие закуски. — Я вздохнула. — Мне ещё учиться и учиться. — И оформление ей не понравилось. Оно оказалось слишком жизнерадостным.