Вспомнить забытое. Тайна военного лагеря. Книга 1 (СИ)
— Надо. Иначе никак. Завтра будем спрашивать разрешения. И про военный лагерь тоже спросим. Там мне будет проще тебя натаскать. Более того, если мы хотим отправить тебя на Магитар/ то попасть в военный лагерь тебе просто необходимо.
Я улыбнулась и, кажется, даже немного подскочила на месте.
— Спасибо! — искренне выкрикнула, — Спасибо большое!
— Ника, ты меня благодаришь? За то, что я согласился попытаться втянуть тебя в авантюру, опасную для твоей жизни?
— Да нет, — я пожала плечами, — просто побывать в военном лагере — это моя мечта…
— Ты необыкновенная девушка, Ника, — профессор внимательно смотрел на меня со своим бесстрастным выражением на лице. Я так и не поняла, хорошо или плохо то, что я необыкновенная, — обычно девушки мечтают о другом.
Я снова пожала плечами и сказала:
— Просто я инопланетянка.
И Регнер рассмеялся. Весело так, и заразительно очень, я не выдержала и тоже засмеялась. И вот так мы и смеялись, пока не вошел Митч, чтобы забрать грязную посуду. Видимо, напряжение, накопившееся между нами, да и вообще, за последние дни, дало о себе знать, и выплеснулось со смехом. Не самый худший способ сбросить напряжение. Я смотрела на весело хохочущего Регнера, и думала о том, что человек с такой улыбкой просто не может быть убийцей. И я рискнула спросить:
— Йенс, а что значит «зачистить» человека?
Профессор перестал улыбаться и посмотрел на меня с грустью. Неужели я ошиблась, и он действительно отдал приказ на убийство невинных людей?
— Ты хочешь, чтобы я рассказал подробно или в двух словах?
Что? Он хочет рассказать мне о том, как убивают людей при приказе «зачистить»? Поведать кровавые подробности после того как я плотно поужинала? Хочу ли я это услышать? Сомневаюсь… И я ответила:
— Подробно.
— Что ж… Зачистка — это процесс временного или постоянного изъятия или замены фрагмента воспоминаний, содержащих информацию, от которой требуется избавить носителя.
— Что? Звучит, как определение из учебника, — я в шоке. С одной стороны, я испытала большое облегчение, что Регнер не кидается приказами на убийство налево и направо, но с другой стороны… Они совершенно законно людям память стирают?
— Фактически так и есть. Цитирую регламент 56-82Р. Его учат все, поступающие на службу государству. И ты будешь учить. И Эдди, кстати, учил — его компанией на 60 % владеет Герехтайг. Проще говоря, если иметь ввиду тот приказ, который ты слышала, то у родственников расшифровщика мы временно изъяли любые воспоминания о нем и заменили их на другие воспоминания. Для всех он погиб пятнадцать лет назад, не смотри на меня так, родственники парня не страдали. Их эмоции соответствуют эмоциям, оставшимся у человека через пятнадцать лет после трагедии. Женой и детьми он еще не обзавелся, так что второй легенды писать не пришлось.
— И как происходит эта зачистка? — мне и правда интересно.
— Существует такой прибор, поморд. Называется в честь изобретателя. Когда человек находится в стадии глубокого сна, этот прибор присоединяется к его голове, и удаляет нужный фрагмент информации. Предварительно техники описывают информацию, которую надо удалить, на специальном языке, это как язык программирования, и пока человек спит, поморд ищет в подсознании спящего все фрагменты, где есть упоминания об указанном техниками человеке или событии. Эта описанная информация называется задание. Затем стертая информация записывается на меморал, а человеку в подсознание подселяется легенда, написанная теми же техниками на том же языке. Это как вирус в алла подселить, понимаешь?
— Не очень, — честно призналась я. — И что дальше?
— Все. Человек просыпается, и в его памяти уже нет информации с задания, зато гармонично живет подселенная легенда. Человек абсолютно ничего не замечает, а в случае с родственниками нашего нового расшифровщика — по окончании расследования всем его родным будут возвращены реальные воспоминания, и они даже не вспомнят, что было иначе, так как легенду удалят. А пока эти воспоминания хранятся на меморале, который, в свою очередь, хранится на засекреченном объекте, находящемся под охраной правительства.
— Вау, — только и смогла ответить я. — Это секретная разработка?
— Да, но все госслужащие осведомлены, что поморд существует, но о том, как и когда им пользуются — знают единицы. Большинство думает, что это сказка для запугивания служащих. Помордом пользуются только правительственные структуры. Иногда его используют для подчистки памяти жертвам жестоких преступлений, которые никак не могут прийти в себя, — профессор сделал паузу, чтобы выпить воды. — Но чаще используется именно так, для агентов, работающих на секретных заданиях.
— А сколько человек работает над этим заданием?
— В курсе происходящего всего восемь человек. Включая меня, Айсера и Аскаэра Герехтайта. С тобой — девять.
Ого. И груз ответственности навалился на мои плечи вместе с усталостью.
— Поехали в кампус, надо еще успеть доставить тебя до отбоя. Вечерний гонг уже был.
Действительно, уже четыре минуты одиннадцатого. Четыре минуты назад прозвучал гонг, а в 23.00 — отбой, все должны быть в своих комнатах. Не хочется опаздывать и давать мадам Сорж новый повод для сплетен.
ГЛАВА 7
В свое общежитие я вошла за пять минут до отбоя, и чувствовала себя я так, словно по мне проехался парад тяжелой военной техники, а потом еще сверху стадо абаханов пробежало. Голова раскалывалась от кучи мыслей, и больше всего на свете мне хотелось принять, наконец, душ, и лечь спать.
Надеждам не суждено было сбыться, и в комнате меня ждал не самый приятный сюрприз.
— Ника, Великий Разум, ты где была? Почему твой алла выключен? Я уже собиралась звонить Эду!
Эльза подбежала ко мне, оставив счастливого Джеймса на своей кровати. И сомневаюсь, что счастлив он от того, что я вернулась…
— Эл, все в порядке, я же сказала Джеймсу, что доберусь сама.
— Но ты не сказала, как скоро! Ты никогда не возвращаешься после гонга! Великий, да я чуть сума не сошла!
— Эл, я думаю, у тебя были и более приятные дела, чем сходить сума из-за меня…
Эльза немного покраснела, и крепко меня обняла.
— Конфетка, ты даже не представляешь, как я тебе благодарна. Я не знаю, как ты поняла, что он не виноват, а то, что ты сделала… Я никогда этого не забуду. Я люблю тебя, Ника, и я счастлива, что ты — моя подруга.
Мне было очень приятно слышать это, всегда приятно знать, что тебя любят. И искренняя благодарность — это тоже всегда приятно.
Джеймс поднялся с кровати, подошел к нам, поцеловал меня, все еще удерживаемую Эльзой, в щеку, и прошептал:
— Я твой должник.
— И я обязательно этим воспользуюсь, Вордс, не сомневайся.
Джеймс широко улыбнулся, и спросил:
— А теперь рассказывай, где тебя носило.
— Ребят, без обид, но я очень устала и хочу спать. Поверьте, там ничего интересного. Просто в вентиляции оказалось очень тесно, поэтому ползти обратно не хотелось, далековато. Да и там воняло сильно, кто-то там определенно сдох, — и я даже почти не врала! — Ну и я вышла поближе к комнате охраны, там решетка оказалась сломана.
Какая-то каморка со швабрами… А из клуба через служебный выход. Меня никто не видел. Ну а когда счищала с себя паутину в туалете на этаже Лига-маркета, встретила старую школьную знакомую, Дэйну Триалини, помнишь ее, Эл?
— Да, конечно! Она такая болтушка! — с улыбкой ответила Эльза.
— Вот именно поэтому я и пришла так поздно, — улыбнулась я в ответ.
И именно поэтому я и приплела сюда эту болтливую зазнайку. И потому, что про нее никто ничего не слышал со школы. Я решила, что и дальше мы про нее ничего слышать не будем, и можно смело про Дэйну наврать.
— Она учится в столичной академии гуманитарных наук, а здесь проездом была. Вот сейчас уже на пути обратно в столицу. Мы посидели, выпили кофе, повспоминали школу… Можно мне уже спать, а? — Великий, как же я ненавижу врать! А теперь, судя по всему, мне придется делать это постоянно…