О людях, сверхсилах и удаче. Том 2 (СИ)

Взглянув на Тиба, понял, что нашел нужные слова: взгляд девушки светился счастьем, таким ярким, что моё сердце снова зашлось в экстазе.
И тут Иоко шагнула ближе, обвила руками мою шею и коснулась своими губами моих.
Тормоза, взвизгнув, слетели окончательно.
Её тело оказалось очень гибким, мягким и упругим, таким желанным, и я вновь и вновь набрасывался на Иоко, пока, в конце концов, мы оба не рухнули без сил.
— Ты не представляешь, как мне было одиноко, — заговорила девушка чуть погодя. Я взглянул в эти чудесный голубые глаза, мягко улыбнулся.
— Могу вообразить: дочь могущественного отца, вынужденная играть роль послушной девочки, готовой выполнить любую просьбу.
— И в кого ты такой умный? — фыркнула Тиба.
— В папу с мамой, — хмыкнул я, пожав плечами. Иоко тихонько вздохнула.
— Я почти не помню свою маму. Она умерла, когда мне было пять лет, и с тех пор моей семьей стал отец.
— Она была обычным человеком?
— Нет, сверхом, как и мы.
— Тогда что случилось? — не понял я. Сверхи не умирают от болезней и прочих мелочей, способных убить человека. Как рассказывал Куро, наша иммунная система гораздо крепче, и любое незначительное ранение заживает в течение пары часов, хотя это зависит от индивидуальных особенностей.
— Покушение. Главы вражеских кланов пытались захватить нас в заложники, чтобы надавить на отца, и тем самым устранить его из списка конкурентов. В те годы он был менее влиятелен, хотя уже тогда обладал могуществом и высоким рангом. Не знаю, чем думали те уроды, но нас поймали на прогулке в парке. Мама… мама была очень смелой женщиной, и сильным сверхом, но противников оказалось трое, не слабых, далеко нет. Она вступила с ними в схватку, и тогда ничтожества решили избавиться от жены всемогущего Тиба Кэтсуо. Поняли, что не смогут взять живьем. Они подловили её обманкой, а затем вонзили черный стилет в грудь.
— Тот самый, который является «предупреждением»?
Иоко кивнула.
— Да. После попытались схватить меня, но к тому времени подоспел отец. Во время сражения мама сумела набрать номер его телефона, и папа примчался, едва услышав звуки борьбы.
— Он размотал ублюдков на запчасти, или я плохо знаю Кэтсуо, — невесело усмехнулся я.
— Верно. Мама была еще жива, когда отец закончил с ними. И умерла с улыбкой на губах, попросив его заботиться обо мне. На следующий день кланы, в которых состояли убийцы, оказались стёрты с лица земли.
— Правильно, — одобрил я. — За семью я бы тоже прикончил любого. Надеюсь, те подонки из Китая получили своё
— Ты про убийц твоей бабушки? — обеспокоенный взгляд Иоко заглянул прямо в душу.
— Про них. Мама обещала проконтролировать, но, вроде как, процесс там уже запущен.
— Так и должно быть. Семья — на первом месте, что бы ни случилось в твоей жизни, как бы ты ни страдал, ни устал, семья превыше всего. Только так мы сможем выстоять против любого врага.
— Теперь мы вместе, и никто нам не страшен, — я обнял девушку покрепче и поцеловал в теплые мягкие губы. — Я стану еще сильнее, и смогу защитить вас всех.
— А я буду рядом, — прошептала Тиба. — И во всём поддержу тебя, Рюу-кун.
Утром Макс зашел за нами, еще вчера мы сообщили номер своей комнаты. С усмешкой проводив собирающуюся девушку, приятель перехватил пару печенюшек из вазочки, оценил мою помятую физиономию и сообщил:
— Погода на улице — просто класс. Кстати, не забыл, что Меньшиков просил зайти после уроков?
— Помню. Надеюсь, расскажет что-нибудь действительно интересное, — я сладко зевнул, с тоской покосившись на диван.
— Прости, — шепнула Тиба, проходя мимо. Я махнул рукой.
— Ерунда, не зря ведь потратили время.
Во взгляде Макса появилась насмешка, но парень не стал подкалывать. Зато Яна, когда мы перехватили её на лестнице, не преминула обратить внимание.
— Что, всю ночь не спали?
Я кашлянул, а Иоко рассмеялась.
— Может быть, ночи здесь прохладные…
Одноклассники слегка удивленно переглянулись, но ничего больше на эту тему не сказали.
Второй день учёбы ничем особо не отличался от первого, разве что с несколькими новыми учителями познакомились, но на этом всё. Мне было интересно подтянуть русский, который, в некоторых моментах, немного хромал, а сами школьные предметы не представляли ценности.
 
На одной из больших перемен ко мне подошел Носов.
— Мстислав, можно с тобой переговорить?
— Конечно, Сергей Витальевич, — мы отошли чуть в сторонку от кабинета. — Что-то случилось?
— Не совсем, — спокойный внимательный взгляд нырнул, казалось, прямо в душу. — Слышал, вчера вы сцепились с мальчишками из другой школы?
— С кем? — не понял я. Затем дошло. — А, тот пацан. Он первым напал на меня, проигнорировав извинения. Что оставалось делать?
Учитель тихонько вздохнул.
— Сегодня утром того мальчика нашли мёртвым во дворе дома.
— Вот это действительно неожиданно, — пробормотал я. Кто мог поступить таким образом? Отец? Вряд ли, он не настолько мелочный. А больше здесь никого я не знаю, за исключением Носова, директора и одноклассников. Кому выгодна смерть того парнишки? Пытаются подставить меня, или же это своего рода защита?
— Я не знаю, кто это сделал, — честно сообщил классному руководителю. Сергей Витальевич кивнул.
— Я понимаю. Поэтому прошу, постарайся не встревать в конфликтные ситуации, хорошо? Или, если их не избежать, свяжись со мной.
Учитель продиктовал свой номер телефона.
— Спасибо вам, — я поблагодарил за информацию и беспокойство, после чего Носов быстрым шагом направился дальше по коридору.
Выходит, кто-то следил за нами в парке. И намеренно прикончил нашего с Максом противника. Но зачем? В этом ведь нет никакого смысла. Предупреждение? Знак? Сложно предполагать, не имея на руках каких-либо фактов.
— Что он хотел? — полюбопытствовал подошедший Макс. Я обрисовал ситуацию ему и девчонкам, вернувшимся из столовой.
— Получается, кто-то здесь положил на тебя глаз? — подытожила Яна.
— Возможно. Может быть, это связано с тем, какую роль играет мой отец в России, — пожал я плечами. — Но мне не нравится, когда кто-то прячется за моей спиной, не показываясь на виду. Хотелось бы знать врага в лицо.
— Что, если это друг? — хмыкнул Макс. — Подчистил хвосты, так сказать.
— Слабо верится, — покачал я головой. — Но сделать пока что мы ничего не можем. Остается лишь ждать развития событий.
Оставшиеся уроки слова Носова не давали мне покоя. Вот так всегда, приедешь в чужую страну, и даже здесь нельзя спокойно вздохнуть, обязательно что-нибудь пойдет не так. Или это карма у меня такая? Куда ни пойду, везде грязь найду, ха. Ладно, все равно сейчас не получится повлиять на происходящее. Остается лишь дожидаться.
Едва прозвенел звонок с последнего урока, мы с Максом, схватив сумки, направились к директору.
— Можно? — постучав в дверь, я заглянул в кабинет.
— Заходи, — улыбнулся Меньшиков. Увидел Макса, хмыкнул. — Вообще звал я только тебя, но ладно.
Аркадий Николаевич поднялся, достал из небольшого шкафчика миску с печеньем, поставил на стол.
— Угощайтесь.
Макс не стал дожидаться меня, уселся, сумку положил рядом со стулом.
— О чем вы хотели поговорить? — я устроился напротив приятеля. Меньшиков встал у своего стола, скрестил руки на груди.
— Видишь ли, Мстислав… — задумчиво пробормотал он, словно собираясь с мыслями. — В общем, я бы хотел, чтобы ты стал моим учеником.
— В смысле, на дополнительные занятия к вам ходить? А какой предмет? — прикинулся я дурачком. Аркадий Николаевич рассмеялся.
— Ты понял, что я имею ввиду. Да, я слабее твоего отца, но, как ты уже сказал, он человек сложный и занятой, мы же можем выделить время вместо, допустим, физической культуры — на тренировки. У тебя огромный потенциал и мне бы хотелось помочь развить его. Естественно, принуждать не стану, выбор целиком и полностью за тобой.
 
— Значит, желаете быть моим наставником?