Почему тебя похитили (ЛП)
Компьютер запрашивает пароль. Сет пытается ввести имя жены Ласки, детей, домашней таксы. Их дни рождения. Дату годовщины их свадьбы. Доступ запрещен. От отчаянья он вводит "фальшбургер". Неверно. Попытаться-то стоило. Он идет в отдел Воды, где теперь работает Фиона. Он обходит стороной ее офис и идет к лифтам, нажимает кнопку этажа лабораторий. Шагая внутрь серебристой комнаты, он снимает свой красный шнурок и засовывает его в карман. Надевает на себя синий шнурок Фионы. Пытается не выглядеть подозрительным, когда выходит из лифта и подносит карту доступа Фионы ко входу в Лаборатории.
Лаборатории ― это гигантский склад со стеклянными стенами, заполненный армией ботаников в белых халатах. Прозрачные двери ведут к прилегающей фабрике, создавая впечатление, что это один огромный, чрезвычайно оживленный холл из стекла. На нем надет его собственный лабораторный халат, так что он в определенной мере сливается с толпой, но все еще чувствует себя так, будто над его головой висит стрелка-указатель, выдающая в нем нарушителя, в стиле Лас-Вегаса, яркая, как конфетка, и сияющая.
Он хватает маску и распыляет на руки мгновенные перчатки. Опуская голову и идя к задней части холла, мужчина мысленно делает по пути пометки. В воздухе витает графика: жидкие 3D дисплеи, анимированные круговые диаграммы, колеблющиеся столбики для кальция и магния. Инфографический рай.
Также вокруг него происходит стерилизация ультрафиолетом, водная озонация, деионизация, обратный осмос, смягчение воды и выдувное формование бутылок из суперстекла. Тикающий баннер над его головой сообщает ему, что это оборудование производит сто тысяч литров воды в час. Ему нужно взять образец, что значит, ему нужно попасть на фабрику. Он не знает, есть ли у Фионы такие права доступа, но он знает, что у него может больше не возникнуть такой возможности. Он поднимает карту к стеклянной двери…
В здании взвывает тревога, такая громкая, как будто раздается прямо в его голове. Блять! Он оглядывается вокруг, ожидая увидеть охранников с наручниками, готовых отправить его в Красную Тюрьму. Он не удивится, если у них есть веселенькие камеры всех цветов радуги где-то в глубинах здания.
Он спешно возращается к входу в Лаборатории, но за ним следуют белые "муравьи". Оглядываясь через плечо, он видит лица в масках и лишенные эмоций глаза, смотрящие в его направлении. Он бросается на выход, пытается сбежать от них, стягивает с себя маску, чтобы нормально дышать. Добирается до лифта и снова и снова нажимает кнопку вызова, бросает взгляд на лестницу и решает идти по ней. Срывает с себя шнурок Фионы.
Он взбегает вверх через три пролета лестницы до офисов "Цветов", делает шаг в коридор и начинает направляться к главному выходу из здания. Он потеет, тяжело дышит и задается вопросом, сможет ли добраться до выхода до того, как его застрелит один из охранников. Внезапно, целая толпа людей движется ему навстречу, как будто в отточенном хореографическом движении.
Впервые, Красные, Желтые, Зеленые и Синие безумно смешались без предубеждений. Как вибрирующие атомы, угрожающие высыпать из здания. Как будто само здание собирается изрыгнуть эту многоцветную мешанину на свои идеальные полы. «Радужная Блевотина», — думает Сет, удивленный странной фразой. Рабочие, кажется, озадачены тем, что он движется против потока. Рабочая пчелка летит в неверном направлении. Затем, он ощущает твердую руку на своей спине, оборачивается назад, ожидая увидеть охранника, но это Ласка, улыбающийся от уха до уха во всей своей толстогубой красе.
― Сет! ― произносит он, румяные щеки пылают.
― Я направлялся… ― говорит Сет, делая неопределенный жест рукой.
― Нет, нет, ― смеется Ласка, все еще крепко его держа, ― ты идешь не туда. Это была не пожарная тревога, это была гала-тревога.
Сет не имеет понятия, что тот имеет в виду, но позволяет Ласке повести его в поток рабочих "Фонтус". Рой пчел кажется радостным. Они собираются в главном конференц-зале, массивном пространстве, заполненном стеклянными экранами, голограммами, каскадными визуализациями, затаренными холодильниками. Люди передают напитки своим коллегам, шутят о том, что поймали членов команды Желтых за питьем напитков Зеленых, и наоборот. Единственным продуктом всеобщего потребления считается вода: любой имеет право пить любую из вод, свободный от вины. Все оживленно переговариваются и улыбаются, море ожидающих лиц.
Как правило, общественные собрания заставляют Сета чувствовать себя некомфортно. Как будто он покупается на что-то, становится жертвой группового мышления, это как принудительная клизма "КулЭйд" для мозгов. Белая Ворона. Теперь, крайне взвинченный, вспотевший, он лавирует в угол и проглатывает таблетку "ТранИкс".
Он пытается найти глазами Фиону, но не видит ее. Да и вчера ее не видел. Толпа расступается перед пришедшим высоким, красивым мужчиной, как море перед Моисеем. Все умолкают. На нем надет приталенный черный костюм (дорогой), его волосы и борода только начали седеть. Широкие плечи и узкая талия, как у супергероя.
Сет сразу же узнает его по полученному от "Альба" инструктажу: Кристофер Уолден, основатель и генеральный директор "Фонтус", один из богатейших людей в Южной Африке, щедрый меценат. Как и у политиков, у него талант делать добрые дела на показ при любой возможности.
― Добрый день, мои любимые сотрудники.
Он сияет улыбкой. Его белые зубы ― центр внимания хихикающей толпы. Учитывая его внешность, можно ожидать, что он будет разговаривать с сильным американским акцентом, но его речь поставлена в одной из частных школ Йобурга. Он делает знак ассистенту, который нажимает на кнопку на пульте управления. Изображения неформальной тематики появляются на разрозненных экранах: мексиканский пейзаж из синих небес и жестяных крыш. Обычные фотографии, используемые для манипуляции: сопливые малыши с сухой, раздраженной кожей, собаки с выступающими ребрами, флажные ленты на чахлых изгородях.
― Это пригород в Тембалихле, всего в сорока километрах отсюда. Эти люди крайне нуждаются в нашей помощи. Они едва могут позволить себе основные продукты, такие как вода, хлеб и маис. Вчера до моего сведения дошло, что пара, оставшаяся там жить, уже пять лет пыталась завести ребенка. Наконец, им было даровано это чудо.
Он сделал паузу, и на главный проектор вышло изображение жизнерадостного малыша. Намазанные вазелином ямочки младенца вызывают хор умиления.
― Это Лерато. Вчера она была госпитализирована с симптомами холеры. Мне не нужно вам рассказывать, как опасна холера для маленького ребенка. Это произошло после того, как ее мать смешала смесь с серой водой из крана.
Толпа качает головой, щелкает языками.
― Она была в отчаянии. У нее закончились деньги на еду. У нее не оставалось выбора.
Он делает паузу, чтобы его сотрудники прочувствовали всю тяжесть положения.
― Но мы не будем стоять в стороне и не позволим этому случиться! ― заявляет он. ― Внизу находятся автобусы. Мы поедем навестить деревню Лерато, чтобы доставить гуманитарную помощь. Еду, парафин, одеяла и воду!
Комната взрывается аплодисментами и улюлюканьем.
― Вы готовы, "Фонтус"? ― выкрикивает он. Раздается волна одобрения. Глаза Уолдена сияют.
― Я вас не слышу! Я спросил, вы готовы, "Фонтус"?
― Да! — кричат все в комнате.
― Вперед, "Фонтус"! ― кричит он, выбросив кулак в воздух.
― Впереееед, "Фонтус"! ― кричит комната в ответ, и все направляются на выход.
***Кирстен принесла им кофейные напитки, для себя со сливками, чтобы притупить свою синестезию во время поездки в общественном такси: черный кофе с двойными сливками, экстра с сахарозаменителем для Кеке. И два пончика с ванилью и ксилитом размером с чайные блюдца.
― Ладно, леди, выкладывай, ― говорит Кеке, как только они втиснулись впереди. ― Куда мы едем, и как ты это нашла?