Девушки в лесу (ЛП)

Одна из женщин до этого выглядела как престарелая собачка, так что он, должно быть, молодец, раз сделал фотографию после, где она выглядела вполне симпатично.
На сайте предлагался купон на бесплатную фотосессию, без обязательства выкупать фотографии, если они не понравятся. Звучало идеально, и он не выглядел каким-то извращенцем.
Фотограф жил не в Барроу, а в Хоксхеде, что далековато и добираться до него сложнее, но она могла это сделать. Туда ходил автобус, и если она застрянет, то сможет обратиться к Энни, чтобы та подвезла ее домой.
Она скажет потом, что ей не понравился менеджер в отеле и она не хочет там работать, так что это положит конец спору. Затем, как Тилли надеялась, она сможет отправить свое портфолио в модельные агентства в Манчестере и Лондоне.
Ее мама впадет в ярость, когда узнает, что она хочет переехать в другой город, но не сможет остановить, когда ей исполнится восемнадцать. Тилли сможет делать все, что захочет, и уехать из этого захолустного городка.
Последние три года она только и делала, что мечтала стать моделью и жить более гламурной жизнью, чем та, которой жила сейчас. Если она не попробует, то никогда об этом не узнает и будет жалеть всю оставшуюся жизнь.
Глава 3
Джоан Тайсон открыла глаза и удивилась, почему она лежит на влажном, твердом, бетонном полу. Какое-то мгновение она не понимала, моргая, пока ее зрение постепенно прояснялось, а затем точно вспомнила, где находится.
Один глаз затек, и она открыла здоровый: он ушел, она не слышала его шагов. Это хорошо. Она попыталась сесть, но почувствовала тошноту и головокружение: на этот раз ему удалось нанести серьезный урон.
Джоан задумалась, что же такого она сказала, что заставило его выйти из себя. Попыталась воскресить в памяти, но не смогла вспомнить ничего такого, что оправдывало бы фингал под глазом и потерю сознания.
Он становился все хуже — какое-то время все казалось в порядке, и он, по всей видимости, забывал о том, что использует ее в качестве груши для битья, но в последнее время… Она вздрогнула. В последнее время находиться рядом с ним становилось все больнее.
Пол был ледяным, и Джоан вспомнила, где находится — она пришла в гараж, чтобы спросить, не хочет ли он поужинать, а муж взбесился. Теперь она здесь.
Она услышала его тяжелые шаги, когда он вернулся через дверь и подошел к ней. Джоан села, подтянув колени под подбородок и обхватив их руками. В воздухе повеяло прохладой, когда его темная тень нависла над ней, и она снова вздрогнула: он наклонился и погладил ее по голове.
— Мне так жаль, Джо, я не хотел этого. Ты застала меня врасплох — ты же знаешь, я не люблю, когда ты приходишь сюда, когда я работаю. Это выбивает меня из колеи. А когда ты выбиваешь меня из колеи, я теряю темп, и потом не могу его вернуть — а ведь счета не оплачиваются сами собой, верно?
Она прошептала:
— Прости, я забыла. Я просто хотела тебя увидеть. Мне так скучно одной целый день.
Он протянул руку и погладил ее по волосам, как будто она какая-то домашняя собачка.
— Я уже почти закончил. Может, ты пойдешь и приведешь себя в порядок, а я зайду в дом и сделаю нам обоим сэндвичи?
Он потянулся вниз, просунув руки под её подмышки, а затем поднял на ноги. Он коснулся ее пальцами, и она вздрогнула от его прикосновения. Она старалась не поднимать глаз от земли, не смотреть на стальные холодильники, которые теперь стояли у задней стены.
Джоан вспомнила, что уставилась на них, когда вошла, и именно поэтому он ее ударил. Она никогда не видела их раньше и удивилась, зачем ему понадобились эти чудовища, похожие на что-то из телесериального морга. Должно быть, он заметил шок на ее лице, и тогда ударил ее. Она отогнала эту мысль на задворки сознания. Это вовсе не холодильники из морга. Зачем ее мужу подержанные холодильники, в которых хранят трупы? Это странно, и ему они не нужны — он был фотографом, а не патологоанатомом. Может быть, в них хранилось его оборудование или что-то связанное с проявкой пленок.
Она загнала все мысли об этом вглубь и спрятала их в маленькую черную коробочку, где хранила воспоминания о пинках и ударах, нанесенных им ей ранее. Заперла и забыла о них. Она не имела права лезть в его дела. Если бы она держалась подальше отсюда и делала то, что ей говорят, он бы остался ею доволен. Джоан ругала себя под нос. О чем она только думала, приходя сюда?
 
Она вышла из гаража, прошла через его мастерскую и студию, не поднимая головы. В последнее время он всегда очень занят, а она устала сидеть на одном месте, поэтому ей показалось хорошей идеей навестить мужа. Он не бил ее по крайней мере шесть недель. Какой же дурой она была, думая, что он осознал, как жестоко поступал с ней, и снова стал другим человеком — все та же старая глупая мечта, которая не отпускала ее из года в год. Но она так и не сбылась.
Теперь они вернулись к началу. Она не сможет выходить из дома, пока не спадет отек, а сейчас разгар лета, погода великолепная. Джо полагала, что сможет возиться в саду, и ничто не мешало ей прогуляться по лесу сзади дома, хотя он ей не очень нравился. В редких случаях, когда она гуляла там, ей всегда казалось, что кто-то прячется в деревьях и наблюдает за ней. Это ее пугало, хотя она знала, что скорее всего это лишь ее разыгравшееся воображение.
На самом деле ей не нужно ходить в деревню: теперь, когда все супермаркеты доставляют товары на дом, легко сделать покупку через Интернет, и отеки спадут раньше, чем она успеет заметить.
Джоан сразу же направилась в гардеробную внизу, чтобы посмотреть на свое отражение в зеркале. Ее опухший глаз уже посинел. Похоже она никогда не научится. Открыв кран с холодной водой, она подсунула под него фланель, выжала ее, затем села на унитаз и прижала ее к веку. Ай. Она оставалась в таком положении, пока не услышала громкие шаги, направлявшиеся по коридору к туалету. Они остановились за дверью, и Джо почувствовала, как холодная дрожь пробежала по всему позвоночнику, заставив ее бросить фланель в раковину. Она взяла полотенце и вытерла воду со щеки.
— Я уже иду, извини, буду через минуту.
Затем она спустила воду в туалете, высморкалась и открыла дверь. За ней никого не было. Джоан могла поклясться, что слышала, как он подходил к двери ванной. Она огляделась, не решаясь позвать мужа по имени, вдруг это снова его разозлит. Возможно, из-за удара головой об пол ей все послышалось. Повернувшись, чтобы выжать фланель и сложить ее, она положила ткань на место, чтобы ничего не выглядело неопрятно.
В последний раз она взглянула в зеркало и вскрикнула. Изнутри стекла на нее смотрела гораздо более молодая женщина. Ее лицо было бледным, с огромными темными кругами под глазами. Ее длинные темные волосы свисали вокруг лица, а левую сторону головы покрывала густая, почти черная, засохшая кровь. Часть черепа выступала в том месте, где плоть уже разъело. Джо задохнулась и отступила от зеркала. Испугавшись, что женщина стоит за ней, она повернулась, чтобы посмотреть… но там никого не обнаружила. Она снова посмотрела на зеркало, надеясь, что та ушла, но женщина все еще наблюдала за ней.
Страх, наполнивший сердце Джо, отличался от всего, что она когда-либо чувствовала. Холодное, ползущее чувство, словно все ее тело замерзало изнутри. Женщина в зеркале еще немного понаблюдала за Джо, затем подняла руки, покрытые фиолетово-черными синяками, и ударила ими по стеклу. Стекло прогнулось от силы удара, Джо повернулась и побежала, ожидая, что оно разлетится вдребезги. Захлопнув за собой дверь, она вбежала на кухню и увидела, как муж входит в дверь, ведущую из его студии.
— Что с тобой такое? Ты вся побелела.
Вместо того чтобы признаться ему, как она хотела, как должна была, Джоан покачала головой и изо всех сил старалась, чтобы ее голос не дрожал.
— Ничего, прости, я просто немного испугалась.
Он оглядел ее с ног до головы.
— Ну, это неудивительно. У тебя бывали и лучшие дни. Ты видела себя в зеркало в последнее время?