Багровая смерть (ЛП)

— Тогда докажи это мне, себе, мужчинам в твоем номере или женщинам в соседнем. При тебе столько благ. Пожалуйста, прошу, ma petite, цени их, как и себя.
— Постараюсь, — сказала я.
Я почти могла чувствовать его улыбку — не через вампирские силы, а просто потому, что знала его, знала нас.
— Благодарю, ma petite. Это все, о чем я прошу. А теперь мне нужно отправляться в постель. Джейсон выйдет из ванной как раз вовремя, чтобы мы смогли залечь на день.
— Развлекайтесь, — напутствовала я.
— Он не настолько бисексуален, чтобы нам перепали такие развлечения, да и не так у нас много времени до восхода.
— Тогда просто насладись тем, что Джейсон дома, и готов к обнимашкам и донорству, — сказала я.
— Так и сделаю. Je t’aime, ma petite.
— И я тебя.
  
60
 
Я проснулась зажатой между горячим телом Натэниэла и холодной кожей Дамиана. Вампир был мертв для мира, зато без кошмаров. Что-то в том, что мы трое прикасались друг к другу, держало Злобную Суку подальше от наших снов, а нас — подальше от ее. Вот почему помимо Натэниэла я выбрала для сна Дамиана, но вампир остыл, пока спал, и это разбудило меня. Я собиралась выйти замуж за Жан-Клода, но не знала, смогу ли я когда-нибудь спокойно спать рядом с ним или с другим вампиром. Эта мысль подпортила настроение, с которым я заснула, и которое, по-видимому, все еще было со мной.
Натэниэл издал слабый протестующий звук и плотнее прижался ко мне. Он был таким горячим, чуть ли не до лихорадки. С другой стороны от меня Дамиан становился все холоднее, но, что еще хуже, он казался мертвым. Он был таким расслабленным и тяжелым, какими бывают только мертвецы. Я отодвинулась от него, но его тело соскользнуло в образовавшееся пространство, и он все еще касался меня, такой же неподвижный и мертвый. Я начала выбираться между ними, но Натэниэл повернулся и обнял меня, удерживая между ними, сильнее прижимая меня к холодному телу Дамиана. Не как лед, но бескровному, безжизненному… Мое сердцебиение ускорилось, пульс забился в глотке, и стало трудно дышать. Мне нужно было выбраться из этой постели, подальше от этого вампира.
Я уперлась в руку Натэниэла, стараясь заставить его отпустить меня, чтобы я могла встать, но он сделал то же, что и делал обычно. Чем больше усилий я прилагала, тем крепче он стискивал меня, издавая сквозь сон протестующие звуки, бормоча про тепло, но не просыпаясь. Обычно это было мило, но не сегодня.
— Натэниэл, отпусти!
— Тепло, — пробормотал он, прижав меня так сильно, что я не могла пошевелиться, а мои попытки высвободиться привели к тому, что тело Дамиана навалилось на меня еще сильнее, так что он в буквальном смысле похоронил меня в простынях. Это откинуло меня в воспоминания о том случае, когда я проснулась в гробу с вампиршей, мечтавшей сделать меня своей слугой-человеком, как только пробудится. Я почувствовала, как в моем горле зарождается крик. Страх был удушливым и вязким.
В дверь постучали, а я закричала — это был захлебывающийся крик, но все же крик. Это напугало Натэниэла достаточно, чтобы он разжал хватку и вскочил, уставившись на меня.
— Что случилось?
— Анита, это Никки. Сейчас же открой дверь!
Он уловил мой страх.
— Я в порядке, Никки. Просто испугалась.
— Пусти меня в номер, или нам придется платить за дверь.
— Вы встаем, — отозвался Натэниэл, но смотрел он при этом на меня. Он прошептал: — Что случилось?
Я покачала головой и сползла с кровати. Я открыла дверь голой, и только тогда поняла, что в коридоре мог быть кто-то еще, кроме Никки. Я так перепугалась, что не могла ясно мыслить. Что, блядь, со мной происходит?
— Мне нужен халат, — пробормотала я, отступая обратно в номер, чтобы никто не увидел меня у двери. Я начала закрывать ее, но рука Никки помешала мне.
— Мы все тут видели тебя голой, — сказал он.
— Мы завтракаем, — подал голос Дев.
— И пьем кофе, — добавил Домино.
— Черт, ты не мог с этого начать? — Я попыталась прозвучать непринужденно, но это было ложью. Я все еще была напугана, словно нам приснился очередной кошмар, но я не помнила, чтобы мне снилось что-то ночью. Я отступила и позволила им войти в номер, воспользовавшись дверью, чтобы пощадить свою скромность — по крайней мере, пока ребята не ввалились в комнату. Потом мне пришлось закрыть дверь, и скромничать я уже не могла.
 
Итан старался вообще на меня не смотреть, но он был единственным из них, кто так себя повел. Домино пялился, но старался делать это без вожделения. Он держал кофе, так что я была не против, что он пялится. Дев вел себя с беззаботной развратностью, а его руки были заняты подносами с едой. В руках у Никки тоже была еда, однако веселым он не был. Это заставило меня подойти к нему для утреннего поцелуя, но его руки были слишком загружены, а я была слишком маленькой.
Натэниэл выбрался из постели, чтобы помочь им расставить еду. Дев покосился на него так же похотливо, как и на меня. Они обменялись усмешками. Я покачала головой и закатила глаза.
Схватив гостиничный халат, который висел на двери в ванную, я позволила ребятам раскладывать еду на всех горизонтальных поверхностях, которые они только могла найти.
— Фу халату, — прокомментировал Дев. — Я мечтал пялиться на вас, пока мы будем завтракать.
— Ничего личного, но Натэниэл может одеться, если интересно мое мнение, — с усмешкой сказал Домино.
Натэниэл показал ему язык, направляясь в ванную. Мы только что проснулись, и была пара вещей, которые мне не нравилось делать вместе, и одна из них — туалетные процедуры. Я все еще предпочитала делать это в одиночестве. Думаю, так будет всегда.
— Где остальные? — поинтересовалась я.
— Завтракают у себя. Здесь нет такого номера, чтобы мы все могли поесть вместе, да и обслуживания в номерах нет, — сказал Домино.
— У вас снова были кошмары? — спросил Итан.
— Тоже почувствовал, что я испугалась?
— Я не ощущаю твои эмоции так сильно, как Никки и другие, но этим утром я их почувствовал.
— Благодаря тому, что мы спали вместе, никаких кошмаров не было, но мне не по себе просыпаться рядом с одним из моих любовников, когда он настолько похож на труп. — Я посмотрела на Дамиана, который все еще лежал там кучей белой бумаги вместо кожи и алым морем волос.
— Ты вспомнила, как проснулась в гробу с той вампиршей? — уточнил Никки.
Я кивнула, задрожав даже в этом толстом белом халате. Домино протянул мне кофе. Я улыбнулась.
— Спасибо.
Он взял свой кофе и позволил остальным разобрать свои порции. Ребята ухаживали за мной, но не друг за другом — по крайней мере, не тогда, когда это не касалось помощи Натэниэлу на кухне, но то были скорее семейные хлопоты, а не милые романтические жесты. Тот, кто приносит мне кофе по утрам, определенно получит от меня пару очков.
Мой телефон зазвонил рингтоном Эдуарда. Я подорвалась, радуясь, что у кофе была крышка, и подбежала к телефону, стоявшему на зарядке.
— Привет, Эдуард, что случилось?
— Ночью Рорк сбежал из-под стражи.
— Как?
— Никто не знает. Его просто не оказалось там утром.
— Значит, он не ломал камеру. Он просто из нее вышел, — заключила я.
— На записях с камер наблюдения видно, что он поимел мозги одному из охранников. В исследованиях ничего не сказано о том, что Шелки так могут.
— Не могут, но я знаю, что некоторые звери зова и люди-слуги достаточно сильных вампиров могут захватывать взглядом, как это делают сами вампиры, — ответила я.
Он понизил голос:
— Говоришь из личного опыта?
— Ага.
— Я передам это местным охранникам и Гарде, — сказал он.
— Я не знала, что Рорк может использовать свой взгляд подобным образом, иначе предупредила бы кого-нибудь. Это и правда редкая способность для зверей зова.
— Я прослежу, чтобы все были в курсе, — ответил он.
— Мы можем чем-нибудь помочь? Мы нужны тебе в тюрьме?
— Ты знаешь, как выследить Шелки? Думаю, Роаны здесь.