Укроти меня, или Грани раскола (СИ)
Наставник был по обыкновению одет в длинную белоснежную мантию с серебряным растительным орнаментом. В руках он держал большую фарфоровую кружку, скорее всего — с горячим какао, которое чрезвычайно любил.
Наставник, кстати, был не один, рядом с ним стоял мой брат Эрик, тоже в белой мантии, скрестив руки за спиной. Оба мага взирали на нас с непроницаемым выражением лица. На нас и на пылающие вокруг поляны деревья.
Одно такое дерево не выдержало магического пламени и с шумом повалилось перед Наставником, красиво упав прямо к его ногам. Ильфорте не шелохнулся, он с каменным выражением лица проследил за пляшущими лиловыми языками пламени. Эрик быстро затушил их парой взмахов руки. Мне показалось, что при этом губы брата слегка подрагивают в едва сдерживаемой улыбке.
— М-м-м… Пробная тренировка, значит, — с чувством протянул Ильфорте и повернулся к Эрику. — Слушай… Будь любезен, напомни мне, сколько минут назад ты привел Лорелей в академию?
— Тринадцать минут назад, — сказал Эрик, быстро сверившись с наручными часами. — Двенадцать с половиной, если быть точным.
— М-м-м, — многозначительно протянул Ильфорте и очень шумно отхлебнул какао из своей пол-литровой кружки. — Понятненько. Пойду-ка я себе чего покрепче налью…
Едва он договорил, как еще одно дерево с противным скрипом повалилось на землю, и лиловые языки пламени начали радостно расползаться в стороны.
Наставник лишь поджал губы, на секунду зажмурился. Сказал коротко:
— Калипсо, как закончишь тут, подойди ко мне. А ты, Лорелей…
Мое сердце на миг сжалось от страха в ожидании неминуемой кары. Но Ильфорте только тяжело вздохнул, оглядел еще раз пылающую лиловым пламенем полянку и сказал:
— Добро пожаловать в Армариллис, Лорелей.
Он развернулся и зашагал обратно в сторону академии, на ходу раздавая указания коллегам, чтобы те занялись восстановлением разрушенной части замка.
Я с шумом выдохнула, испытывая колоссальное облегчение. Что ж, можно сказать, что буря миновала, да?
Калипсо тем временем уже поднялся на ноги и очищал себя заклинаниями. Презрительно глянул на собравшихся зевак.
— Ну, чего уставились? — произнес он таким тоном, что я на месте зевак пожелала бы провалиться сквозь землю. — Расходимся. У вас свои дела, у нас — свои.
Ну, собственно, адепты после этого мигом разбежались кто куда. Остались только те, кому Наставник приказал помочь восстановить сад. Лиловое пламя было быстро потушено, теперь маги-друиды работали над восстановлением пострадавших деревьев. Прибавили мы им работенки, что уж там…
А я вот пока вскакивать на ноги не спешила. В теле все еще была слабость, голова немного кружилась. Поэтому я осторожно села на траве, массируя виски и с удивлением отмечая, что чувствую себя вполне сносно. Обычно после вспышки магической Искры я очень долго прихожу в себя, но сейчас ощущения были совсем другими, новыми.
— Слушай… А ты что за фокус со мной провернул? — обратилась я к Калипсо. — Ты на мое сознание как-то тонко воздействовал, да?
— Не очень тонко, — вздохнул он. — До тонкой работы мне еще учиться и учиться. Пока грубовато получается.
— А ты разве маг-менталист? — с опаской спросила я.
Черт, плохо, если так. Менталисты могут и в воспоминания залезать, и мысли читать при желании…
— Не совсем, — покачал головой Калипсо. — Память читать не могу, не моя тема. У меня просто магический дар такой — дар внушения. Пока еще только в процессе развития, но я очень стараюсь улучшать свои навыки каждый день. Как видишь, мне удалось ненадолго внушить тебе мысль, что ты в состоянии контролировать свою магию.
— И что же, теперь всегда так будет? — взволнованно спросила я.
— Не так всё просто. Но мы будем с тобой работать над этим. Уверен, что я найду какой-нибудь способ разобраться с проблемой. Потому мне и предложили тебя курировать.
Я не смогла скрыть вздоха — одновременно облегчения и разочарования. Облегчения — из-за того, что Калипсо все же, хвала небесам, не умел читать мысли, а значит, легко и просто пробраться на задворки моих воспоминаний не мог. Уже легче. И разочарования — что нельзя вот так просто, одним лишь магическим внушением решить мою катастрофичную проблему.
Пока я тоже приводила свою одежду в порядок, Калипсо давал указания:
— У тебя есть свободный час до отбоя. Советую провести это время в столовой: перевести дух и плотно поужинать. Очень плотно, потому что тебе нужно восстановиться за ночь, а сил тебе завтра придется потратить много.
— На ночь глядя объедаться? — с сомнением протянула я.
Калипсо усмехнулся.
— Ты сейчас потратила столько сил, что на твоем месте я бы еще встал и ночью поел, чтобы успеть восстановиться. Практические занятия с нашей группой завтра проходят с раннего утра, занятия будут рисковые, так что нужно быть готовой ко всему. Поблажек тебе никто давать не будет.
— Но… Меня ведь не пускают на практические отработки с группой, — неуверенно произнесла я. — Разрешения же не давали…
Не то чтобы я была против. Наоборот! Очень даже «за», всеми руками и ногами! Вот только Эрик предупреждал меня, что практикой я пока буду заниматься отдельно ото всех, только с куратором. А для групповых занятий нужно было получить письменное разрешение Наставника, которого у меня пока не было.
— На практические занятия будешь отправляться наряду со всеми, — жёстко произнёс Калипсо. — Просто строго под моим надзором. Я же сказал — поблажек тебе никто давать не будет. Особенно — я. Как твой куратор я считаю нужным поступать так.
— Но разрешение Наставника…
— Будет у меня через четверть часа максимум, — уверенно произнёс Калипсо. — Потому что я так хочу. С отцом я поговорю. Уверен, он меня услышит и согласится с моими доводами.
— Только не говори, что ты воздействуешь на него своим даром внушения!!
Калипсо хохотнул.
— Ну что ты, Лори, за такое он бы мне голову оторвал. И, кстати, это в принципе невозможно, так как подчинить волю через внушение можно только у человека, который слабее тебя. А до уровня отца мне еще пилить и пилить, — вздохнул Калипсо. — Не знаю даже, стану ли я когда-нибудь столь могущественным магом, как он. Мечтаю об этом, но пока что достигнуть даже его половинчатого уровня для меня — большая проблема… Что ж, как говорится, время покажет.
Он ушел в сторону замка, а я какое-то время просто смотрела ему вслед.
И знаете что? Пф-ф-ф, мне бы его проблемы.
Пока кто-то мечтает стать хотя бы в половину таким же сильным магом, как его отец, я просто мечтала решить свою магическую проблему и начать жить нормальной жизнью. Можно даже без магии… Потому что пока что она мне приносила одни беды, и конца краям этим проблемам видно не было. Скорее уж наоборот — тучи надо мной сгущались с каждым годом. И при сегодняшнем раскладе жить мне оставалось года полтора-два от силы.
Так что, мне бы твои проблемы, Калипсо… Мне бы твои проблемы…
Глава 4. О грусти и радости
Я шагала по коридорам Армариллиса, с наслаждением проводя рукой по стене, будто бы здороваясь с замком. И, кстати, ощущая легкую ответную вибрацию, будто бы стены радовались мне в ответ. Звучит странно, но здание академии всё насквозь пропитано особо плотной магией, и я думаю, что не зря про замок говорили, что в нем есть некий живой дух. Вот я не удивилась бы.
Армариллис являлся особой закрытой академией, куда невозможно было попасть просто так. В ней невозможно оказаться «через связи», через взятки и так далее. И даже выдающиеся магические способности тут никак не помогут попасть в эту академию, потому что в Армариллисе могут обучаться исключительно фортемины.
Фортемины — это солдаты равновесия, стоящие на грани света и тьмы и соблюдающие равновесие миров во Вселенной. Жесткие, порой — жестокие воины. Ни плохие, ни злые — вынужденные. Скажем так… это особая раса сверхлюдей, волшебников, наделенных определенными магическими качествами. Мы в тысячу раз выносливее любого обычного верховного мага. Мы быстро обучаемы, мы с детства учимся обращаться с десятками видов оружий и умеем уничтожать демонов. Мы живем очень долго, при острой надобности можем неделями обходиться без еды и питья. Также мы — первоклассные борцы с нечистью. Лучше нас в сражениях с любой нечистью не было никого. Один фортемин с легкостью мог заменить в магических сражениях несколько десятков сильных магов.