Ведьма vs Дракон. Лучшее лекарство от разбитого сердца

Глаза Меган расширились от удивления.
– Как же так? На ней же была печать договора и по нему она не могла причинить вред нанимателю и его имуществу!
– Пока был договор, не могла, – горничная улыбнулась каким-то своим мыслям, – а как вчера господин её за минуту уволил, снял договор и велел покинуть особняк до его возвращения, так смогла.
Новый катализатор аж присвистнула от такого отношения к несчастной, а её собеседница прошла в одну из множества комнат и приглашающим жестом поманила за собой. Когда дверь закрылась, отрезав их от разгромленной гостиной, горничная пояснила:
– Когда господин говорит, что надо что-то сделать, все понимают, что выбора у них особенно нет. Никому не хочется ощутить на себе гнев морского дракона. – Женщина помолчала, затем обвела помещение рукой. – Это комната, которую занимала предыдущая ведьма-катализатор.
От разноцветных предметов у Меган зарябило в глазах. Больше всего поразила разнообразием встроенная в трюмо перед зеркалом панель с тенями, румянами и помадами сотен оттенков.
– Дракон велел сшить для будущей невесты с десяток дорогих платьев, – продолжила горничная и распахнула створки шкафа, показывая изысканные наряды. – Швеи промахнулись с размером, и на выдающийся бюст Игуананы ни одно из них не налезло. Так что можете выбирать себе всё, что понравится, а я пока за нитками схожу, чтобы вашу форму зашить.
Меган коснулась нежного шёлка, и чувствительные пальцы утонули в его приятной прохладе.
Она хотела отказаться от нарядов, но потом решила, что стоит хотя бы примерить, и в итоге с головой зарылась в платья. Первым делом отмела все яркие и кричащих расцветок. Оттенки красного, которые ей так шли, тоже рассматривать не стала. Хотелось чего-то элегантного, спокойных пастельных цветов.
Выудив атласное платье цвета топленого молока с витиеватой золотистой вышивкой, Меган прикинула его на себя и взглянула в большое зеркало в серебристой раме. Из него глядела миленькая девушка с выразительными и немного грустными глазами, аккуратным носиком, высокими скулами и четко очерченными яркими губами. По платью струились слегка вьющиеся платиновые волосы. От ведьмочки не ускользнули улучшения в собственной внешности.
«Хм, а неплохо иногда ночью спать, а не работать, – подумала она. – Ещё бы поправиться немножко, а то того и гляди пополам сломаюсь».
Меган потянулась к косметическому набору, чтобы нанести легкий макияж, и в голову пришла мысль:
«Может волосы перекрасить в классический рыжий цвет? Буду нормальной ведьмой, а не светлым пятном среди красно-оранжевых сокурсниц».
– Отличный выбор, – нарушила её уединение вернувшаяся с платьем горничная. – Этот цвет отлично оттеняет ваши волосы. Они блестят, подобно белому золоту.
«Хм, а Тильда точно не из простонародья, – отметила Меган, – это сразу видно по тому, как она говорит. Надо обязательно расспросить её, кем она была прежде, чем попасть сюда».
Горничная сложила принесённые вещи на кровать и остановилась, ожидая дальнейших распоряжений. Мег попросила помочь надеть новое платье, а затем привести в порядок волосы. Когда же платье оказалось на ней, ведьмочка решила, что сейчас самое время перейти к расспросам.
– Тильда, откуда ты здесь, кто твои родители? – Мег поймала женщину за локоть и задержала, не давая отвернуться и уйти от ответа.
Впрочем, горничная ответила охотно:
– Я так же, как и все, кто служит в этом доме, из сиротского приюта.
Её ответ стал неожиданностью, и девушка растерялась.
– Как это? Расскажи.
Она отступила назад, присела в кресло перед зеркалом и протянула Тильде расчёску, приглашая совместить рассказ с работой. Сама же приготовилась слушать и узнавать про своего нанимателя что-то новое.
Её ожидания оправдались. Спустя полчаса она узнала жестокого дракона с совершенно другой стороны. Оказалось, что он набирал слуг не из опытных людей, которые выстраивались в очередь, желая работать на самого Ламун Дэ, а из выпускников и выпускниц сиротского приюта на окраине столицы. У повзрослевших сирот не было навыков для ведения столь объёмной работы, которую предполагал особняк морского дракона, и тем не менее Теарден готов был из года в год нести убытки, позволяя им учиться за свой счёт. Но в конечном итоге его старания окупились, и теперь ни у кого нет более преданных людей, чем у Теардена.
 
– Преданных? А как же насчет его катализатора? – усмехнулась Меган. Личность незнакомой ведьмы почему-то заочно вызывала у неё неприязнь. – Она, я смотрю, с очень трепетной заботой разнесла драконовы хоромы в пух и прах.
– Она не из наших, не из приютских, – погрустнев, ответила горничная. – Ведьмы же никогда своих детей не бросают, а если с родителями что-то случается, то у них всегда есть тётки, готовые удочерить ребёнка.
То, о чём сказала Тильда, было правдой: девочек с ведьмовским даром берегли лучше, чем золото и бриллианты. Уж кому, как не Меган, потомственной ведьме, это знать.
– Ну вот, теперь вы самый яркий бриллиант в сокровищнице нашего господина! – обрадовала горничная, крутанув кресло так, чтобы её работой было удобно полюбоваться.
Мег смотрела на себя и не узнавала. Куда делась замученная работой и учёбой девочка с погасшим усталым взглядом? А как преобразились её волосы! Сейчас её причёска была объёмной и высокой, с очаровательными локонами по бокам. Кожа, казалось, сияла изнутри, а глаза, подчёркнутые сложным сочетанием теней с различными оттенками стали, приобрели насыщенный зелёный цвет.
– Просто потрясающе! Спасибо, Тильда! – не сдержала леди Экконтэ-Симвион восхищённого возгласа.
– Рада, что вам понравилось. А вашу форму я починю через пару часов.
Горничная сделала положенный по этикету книксен и собралась удалиться.
– Хорошо, – сказала Меган. – Как будет готова, положи туда же, где она и была. А сегодня я пойду в этом, у меня обычные лекции и на них допустима свободная одежда.
«Мать моя ведьма, неужели это всё случилось со мной?! Ладно, сейчас мне нужно на занятия, а с остальным я разберусь позже».
Девушка стремглав вылетела в гостиную и обнаружила там Игуанану. Сокурсница сидела на диванчике и занималась своим любимым делом – плетением проклятий на диалтене. С видимой неохотой прервав своё занятие, она подняла голову и смерила Мег надменным взглядом.
– Доброе утро! – Меган сделала положенный по этикету книксен: рыжеволосая девушка была из более знатной семьи и к тому же претендовала на получение звания ведьмы высшей категории.
Ответом ей стало недовольное фырканье и презрительно опущенные уголки накрашенных алой помадой губ.
– И куда это ты так торопишься? Господин Ламун Дэ вчера ясно дал понять, что не хочет, чтобы мы покидали пределы дома, пока служим у него.
– А где он сейчас? Я пойду, спрошу у него разрешения.
Ей ответила горничная, спешащая по лестнице с корзиной белья:
– Его милость уехали и сказали, что будут только к ужину. Если леди желают завтракать, то скажите на кухне, и вам накроют на стол.
В разговор неожиданно вмешались маги, которые как раз убирали последние следы беспорядка.
– Прелестная леди, позвольте составить вам компанию за завтраком? – обратился один из них к Меган, а остальные дружно закивали.
– Извините, я спешу на лекции, – крикнула им девушка и выбежала на улицу.
Мужчины с восхищением посмотрели ей вслед.
– Какая женщина! – воскликнул маг, который предлагал составить компанию.
– Ага, огонь! – ответил ему коллега.
* * *
Как только Меган ушла, Игуанана тут же оставила своё занятие и поднялась в апартаменты, чтобы сделать важный звонок.
– Гессен, прекрати тараторить и послушай меня, – обрубила она собеседника. – Да, ты верно догадался, мне кое-что понадобилось, но, думаю, тебе моё задание и самому понравится. Я всего лишь предлагаю тебе поинтересоваться, что скрывается под невзрачной одеждой Меган Экконтэ-Симвион. Уверена, ты не останешься разочарован, – мурлыкала рыжая ведьма, поудобнее перехватывая увитый чёрными розами стильный ланшефон. – Да-да, эта та блондинистая тварь с первого курса, которая, кстати, сейчас опаздывает на занятия. А после звонка, как известно, коридоры пустеют и становится так легко с кем-то уединиться! Гессен, если что, я тебе ничего не говорила, ты меня понял? Отлично, я позвоню тебе вечером, поделишься впечатлениями. Пока-пока!