Ведьма vs Дракон. Лучшее лекарство от разбитого сердца
Любовь Чаро
Ведьма vs Дракон. Лучшее лекарство от разбитого сердца
ВЕДЬМА VS ДРАКОН
Танец отражает чувства,
Превращается в искусство,
Если рядом тот, чей пламень
Сердца оплавляет камень!
Пролог
«Кто сильней, тот и правит всем и вся. В нашем мире у власти тот, кто держит в руках магию и умеет ее использовать. Сила одних заставит согнуться и подчиниться других», – эти слова отца прочно въелись в память молодого морского дракона Теардена из рода Ламун Дэ. Он, не щадя себя, умножал доставшееся ему по праву рождения и стремился во всём достигнуть успеха. Ведь только тот, кто стоял у власти, мог выбрать для себя особенную, идеальную ведьму для подпитки и увеличения драконьей магии. Чем лучше катализатор, тем сильнее чешуйчатый монстр, а значит, и власть его крепче. Это ли не главное в жизни?
Холодность, надменность и отстранённость, привитые отцом, позволяли мужчине умело манипулировать такими, казалось бы, целеустремленными ведьмами. Дракон с юных лет усвоил, что надо разделять ведьм для энергии и ведьмочек для любовных утех. Лучшим катализатором всегда служила нетронутая ведьма, яркая и девственно чистая.
Теарден умел правильно расставлять приоритеты и четко понимал, что пока сердце заморожено и чувствам нет места, в его жизни будет всё, к чему он так стремится.
После смерти отца он остался последним в клане. Это удручало, ведь именно на нём род Морских драконов мог прерваться, но путь к власти не позволял Теардену отступить от своих целей. А кто, как не маленькая ведьма, поможет их достигнуть?
Глава 1
Поздней ночью, когда все магини и ведьмы женского крыла общежития академии прикладной магии давно спали, две ретивые студентки медленно крались в полумраке коридора. Одна из них походила на идеальную фотомодель для взрослого мужского журнала, а на её соблазнительную грудь с трудом можно было подобрать подходящее по размеру бюстье. Вторая же, напротив, казалась напрочь лишённой всех женских прелестей, и на фоне подруги выглядела шваброй, на которую по ошибке нахлобучили академическую форму.
Девушек звали Игуанана и Гиенана, но сейчас не только созвучные имена объединяли двух самых известных рыжих сплетниц АПМа, но и общая цель – удачно выйти замуж за богатого аристократа. Они надеялись охомутать одного из могущественных чешуйчатых монстров, и на пути к цели видели только одно препятствие: Меган Экконтэ-Симвион.
Надо заметить, что студентки сильно рисковали, решившись на эту вылазку. После полуночи и до утренней побудки выходить из комнат было строжайше запрещено. Нарушителей ждали сомнительные сюрпризы в виде монстров и проклятий, заботливо активированных преподавателями на время комендантского часа.
При любом применении магии моментально срабатывала система экстренного оповещения, поэтому девушкам приходилось освещать себе путь таким непривычным средством, как факел. В его неверном свете фигурные фрески и статуи отбрасывали причудливые тени.
– Игуанана, а ты точно все сюрпризы от преподов видишь и можешь обойти? – прошептала Гиенана, боязливо выглядывая из-за плеча подруги, учившейся в магистратуре.
– Точно-точно, – зашипела та в ответ.
– А точно завтра среди ведьм будет отбор на должность катализатора? – не унималась девушка: страх всегда делал её особенно болтливой.
– Хватит тупить! – процедила Игуанана и резко затормозила, отчего приятельница чуть было не впечаталась ей в спину. – Ты же сама сказала, что слышала, как преподы говорили о том, что завтра на первую лекцию к нам придет какой-то могущественный дракон. А зачем дракону идти к ведьмам? – Она злобно зыркнула на собеседницу, и не дожидаясь ответа, продолжила путь. Через несколько шагов добавила: – Чтобы катализатор себе выбрать.
Гиенана живо закивала, соглашаясь с выводами, после чего затараторила с удвоенным энтузиазмом:
– А кто у нас по слухам самая эффективная девственница-катализатор? – подражая студентке магистратуры задала она риторический вопрос и сама же поспешила ответить: – Эта бледная моль, блондинистый позор на нашу рыжую ведьминскую голову, леди Экконтэ-Симвион! Чтоб её зомби сожрали! Мы поэтому вдвоём переводить её будильник на два часа назад идём, – в рифму закончила она.
– Жаль, что всего лишь это, – проскрипела зубами Игуанана. – Я бы с удовольствием шею паршивке свернула, но нельзя: убийцу быстро определят по остаточному магическому следу и отпечатку ауры в картотеке… Кстати, мы на месте. Вот ее комната, давай сюда ключи.
Через несколько минут стараниями двух ночных визитёрш будильник оказался переведён на несколько часов вперед, а учебная форма единственной белокурой ведьмочки на факультете безнадёжно испорчена.
* * *Звонок будильника почему-то не вызвал у Меган желания поспать ещё хотя бы чуть-чуть. Она с удивлением отметила, что впервые за долгое время выспалась. А ведь недосып (как и мытьё туалетов по вечерам), стал неотъемлемой частью её жизни, в которой приходилось зарабатывать самой, а не надеяться на помощь давным-давно обедневшей семьи.
Девушка выглянула в окно. Солнце уже вовсю светило, а не выползало из-за горизонта, как должно бы в столь ранний час. Заподозрив неладное, она сразу запустила поисковое заклинание. Результат был неутешительным: кто-то проник в ее комнату и испортил часы и одежду.
– Чудно! И какие же ещё сюрпризы меня ждут?.. – задумчиво протянула Меган и распахнула деревянные дверцы шкафа, опасаясь обнаружить внутри пустоту. – Ха! Всего лишь форму по швам распустили!
Девушка искренне порадовалась, что неприятности оказались не слишком серьёзными, но тут же вспомнила, что сегодня на первую пару всех ведьм ожидали в большой аудитории при полном параде. Мало того, что на эту самую парадную форму она так и не заработала денег – ещё и обычную привели в негодность!
Ведьмочка взглянула на часы и поняла, что спешить нет смысла. Первая пара уже идёт, и Меган в любом случае на нее опоздала.
Она подошла к окну и распахнула его, чтобы полной грудью вдохнуть едва согретый первыми лучами воздух. На миг перед глазами вспыхнули воспоминания другого утра.
Когда ей было шесть, она подружилась с крестьянскими детьми, а узнав, что им нечего носить, отдала всё содержимое своего шкафа. Тогда родители ещё не успели промотать дедушкино наследство и нарядов у нее было в изобилии. Когда исчезновение вещей обнаружили Дюссь и Автох Экконтэ-Симвион – её отец и мать, – то влетело ей знатно. Однако Меган так и не рассказала им о судьбе своих нарядов. Она знала, что общаясь с бедными, оскорбляет свой род. Знала, но не считала нужным ограничивать себя глупыми правилами, а потому втайне продолжала дружить с теми, кто ей интересен. Мама всеми силами пыталась свести свое дитя с дочерью лучшей подруги – Гиенаной Борзией, но ничего не вышло. В итоге родители поставили на Меган клеймо упрямой и неблагодарной, а позже, когда их благосостояние начало таять, и вовсе махнули рукой на то, где и с кем она целыми днями пропадает.
Тряхнув чуть вьющимися платиновыми волосами, девушка вынырнула из воспоминаний, и весело прищурившись, извлекла из шкафа рабочее платье вместе с академической формой. Её бирюзового цвета глаза при этом загадочно блеснули.
Спустя пару минут Меган уже бежала по коридору в простом платье, поверх которого надела то, что раньше было академической мантией, а теперь превратилось в кусок материи с прорезью для головы.
* * *В большой аудитории ожидали появления высокопоставленного гостя. Студентки ведьмовского факультета в кои-то веки пришли в аудиторию раньше положенного времени и теперь шумели, не забывая при этом старательно наводить красоту.
Наконец в дверях показались преподаватель боевой магии Пиаррет Циль и незнакомец, полностью скрытый от любопытных взглядов искрящимся туманом.