"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Я ахнула, увидев раскинувшийся в гнезде скал Нероальдафе и море, облизывающее подножие города.
— Невероятно… — прошептала я. Город был черный, красный и зеленый, он казался нереальным со своими мостами, домами, крепостями и водопадами. Я никогда не видела ничего прекраснее. Ничего волшебнее. Ветер взметнул мой подол, растрепал волосы, и Сверр прижал меня к себе, обхватил, согревая.
— Я люблю смотреть на него сверху, — негромко сказал он. Стоя спиной, я не видела лица ильха, но слышала улыбку в его голосе. — И иногда жалею, что лишь я вижу его таким.
— Нероальдафе восхитителен, — искренне сказала я. Устроилась уютнее в руках ильха. — Сегодня я видела, как делают посуду из железа и оникса. Мне сказали, что все в этом городе слышат камень и металл. Но как? — повернула голову. Сверр выглядел задумчивым.
— Я ведь говорил тебе. Ты не знаешь ничего о себе, Оливия Орвей. А люди Конфедерации не понимают мир, в котором живут. Я не знаю, как объяснить тебе.
Он разжал руки, отошел на шаг, поднял с площадки камушек.
— С самого рождения мы знаем, что мир вокруг живой. Камни, железо, море, земля — все имеет душу, и она отзывается нам. Кому-то криком, кому-то лишь шепотом. — Ильх погладил камушек, и я снова задохнулась, увидев изменение. Но чего я не ожидала, так того, что Сверр возьмет мои ладони и вложит камень в чашу наших рук. — Ваша проблема, что вы давно оглохли и верите в то, что мир вокруг так же мертв. А мы знаем иное. Послушай, Оливия. — Я уставилась на осколок в своих руках. Тепло мужских рук и тихий голос завораживали. — Ты должна забыть, кто ты. Свои достижения, опыт, знания. Ты должна остаться здесь и сейчас, со мной и этим камнем. Я могу лишь показать, что это возможно. Но не заставить тебя поверить.
Он замолчал, а я попыталась отключить ту рациональную часть себя, что звалась антропологом Орвей. Я хотела стать просто женщиной, безымянной, вновь рожденной. И ощутить не камень на ладони, а частицу этого мира. Сверр смотрел мне в лицо, но камень в наших руках менялся, обретая иную форму. Волшебство…
— Попробуй, — шепнул он, убирая руки.
Я уставилась на серый булыжник, что потек, почти становясь чем-то новым. Как? Как это происходит? Молекулярная решетка… структура… изменение… как? Что надо сделать?
Камень вновь затвердел, став булыжником, и я испытала разочарование. Без Сверра он не желал меняться. А я-то думала, что сейчас произойдет чудо и я смогу.
— Не в этот раз, — с извиняющейся улыбкой произнесла я, пытаясь скрыть, насколько сильно расстроена.
Сверр отбросил камень в сторону и рывком прижал меня к себе.
— Смотри туда, видишь скалы? — указал он, и я кивнула. — Там был город, Саленгвард. И риар, который хотел изменений. Черный хёгг. Он тоже интересовался людьми и Конфедерацией, изучал их, ведь не только Ирвин способен достать ваши корабли. — Ильх помолчал, а я напряглась, предчувствуя дурное. — И еще риар Саленгварда тоже верил в прогресс. В городе было проведено электричество, проложены железные пути и пущены машины для перевозки. Там вообще было много всего, даже то, чего не было в Конфедерации. Два века назад, Лив, в Саленгварде было то, о чем конфедераты еще и не слышали. Риар города оказался весьма просвещенным и изобретательным.
— И что с ним случилось? — я до рези в глазах всмотрелась в скалы. Да, я видела осколки башен, темную крепостную стену, дома… Но не видела движения. И жизни.
— Скалы погибли, — тихо произнес Сверр. — Камень и железо перестали отзываться на зов хёгга. А сам риар… утратил связь со своим черным зверем и сошел с ума. Город опустел, жить среди мертвых камней слишком тяжело для детей фьордов. Ты спрашивала, почему мы не применяем достижения прогресса? Потому что помним о Саленгварде. Нельзя совместить два мира. Наш мир иной. В твоем городе железо и камень тоже почти мертвы, Лив. Управлять ими даже мне, риару, было бы непросто. А простые люди и вовсе не смогли бы изменить их…
Я закусила губу, глядя вдаль. Чувствуя Сверра за спиной. Ощущая тепло его рук, легкое дыхание, стук сердца…
 
Он вдруг развернул меня к себе.
— Лив, я…
Бум! — колокол в крепости разлил по Нероальдафе бронзовый звон.
— Что случилось? — встревожилась я.
— Кто-то решил примерить кольцо Горлохума, — со странным выражением произнес риар. Посмотрел на меня с сожалением и насмешкой. — Время закончилось, лильган. Надо было оставаться в том коридоре.
Вслед за Сверром я вбежала в нижний зал башни.
Здесь уже собрались люди, созванные колоколом. И почему-то висела напряженная, выжидающая тишина, причину которой я пока не понимала.
Но додумать и испугаться не успела. В зал степенно вошла полная дородная женщина, рядом с ней топтался мальчишка лет десяти.
— Дар Горлохума! — зычно крикнула гостья, остановившись на середине. — Взываю к дару Горлохума, мой риар!
Шум голосов и смех разом стихли, словно накинули черный полог. Сверр медленно кивнул.
— Кто взывает к дару Горлохума? — произнес он, и мужской голос эхом отразился от стен. Ярче вспыхнул огонь в чаше.
— Гарлета, дочь Хансы! Десять лет назад я родила сына и сегодня взываю к дару Горлохума! Мой Вилмар силен и быстр, он уже лучший среди сверстников. Он попадает в глаз белке из лука и метко бросает копье!
— Он был рожден после шатии?
— Нет, мой риар, — слегка смутилась гостья. Но тут же выпрямилась, демонстрируя внушительный бюст под плотной синей шерстью. — Но он житель Нероальдафе в десятом поколении! Я вдова. Отец Вилмара был вашим воином и погиб в походе пять лет назад. Я знаю, что он желала бы для сына такой участи!
— Думаешь, что знаешь? — негромко произнес Сверр. Я не понимала, что происходит, лишь видела, что риар злится. Это было почти незаметно, но я стояла близко и видела сузившиеся зрачки, ощущала учащенное дыхание ильха.
Что вывело Сверра из себя?
Риар осмотрел притихший зал.
— Что ж, — тяжело произнес он. — Ты имеешь право взывать к дару Горлохума, Гарлета, дочь Хансы.
И подошел к стене. Постоял мгновение, а потом протянул руку, и камень раздвинулся, являя углубление. Черный обруч блеснул, ловя красное отражение огня. Риар поднял его над головой.
— Если твой сын готов сражаться за дар Горлохума, то так и будет.
— Я готов, мой риар! — по-мальчишески звонко крикнул юный Вилмар.
— Ты знаешь, что надо делать?
— Да! Я знаю!
— Хорошо. — Сверр смотрел почти равнодушно, лишь в глазах билось пламя. — У тебя будет всего несколько минут, Вилмар. Иди за мной.
Ильх прошел мимо застывшей Гарлеты и двинулся к выходу. Присутствующие понеслись за Сверром и мальчиком. Я, конечно, побежала за толпой.
На площади перед крепостью воины поставили больше факелов, освещая пространство. Толпа потекла вокруг, не приближаясь к обозначенному светом пятну. Я высунулась из-за спин. В центре теперь стоял мальчишка, на побледневшем личике блестели тревожные темные глаза. Сейчас он уже не выглядел таким смелым, как в зале, подле мамкиной юбки. Сейчас руки парнишки тряслись, а плечи нервно подрагивали.
— Подумай еще раз, Вилмар, сын Гарлеты, — сказал Сверр, остановившись рядом. — Ты уверен, что хочешь примерить кольцо Горлохума? Не бойся, говори то, что думаешь. Никто не имеет права тебя заставить. Ни твоя мать, ни я.
Мальчик сглотнул, но кивнул снова.
— Я уверен, мой риар! И я готов…
— Будет так. Я вручаю тебе дар Горлохума. И желаю, чтобы твоих сил хватило этот дар выдержать, Вилмар.
Голоса умолкли. Над площадью стало так тихо, что казалось — упади перо и раздастся грохот. Люди молчали и смотрели с торжественными лицами. Мужчины — сурово и одобрительно, женщины — стиснув ладони.
Я пока ничего не понимала и просто наблюдала.
На землю возле стены опустились два старика с уже знакомыми мне инструментами, и поплыл тягучий и тревожный звук. Дин-шорх, шор-ди-и-ин…
Сверр поднял на вытянутых руках черный обруч и положил его на макушку мальчика. И на моих глазах кольцо Горлохума стекло вниз, словно было сделано из мягкого каучука или его растянула невидимая рука. Ударило по плечам и сжалось на шее Вилмара. И сразу мальчишка упал, забился на брусчатке.