"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Осторожнее, — рассмеялся Армон. — Они многое понимают. И если хочешь добраться до Эльхаона в целости, придержи язык за зубами.
Я с неприязнью покосился на чешуйчатую тварь. Дракон ответил мне злобным взглядом и ударил хвостом по земле, поднимая клубы пыли.
Да, полет наверняка будет впечатляющим.
— Давай уже двинемся хоть куда-нибудь, — недовольно буркнул я, ощущая противную дрожь в теле и сухость во рту. Силы, полученные от златовласки, заканчивались.
— Залезай, — кивнул Армон и поднял Одри с земли. — Анни я сам понесу.
Я открыл рот, чтобы возразить, но промолчал. Как ни противно, но сейчас рихиор был прав: я могу не удержать девушку. Так что придется сдержать свой зубовный скрежет и довериться блохастому.
А уже в небе, когда проклятый дракон взлетел, пригнув ветром траву и чуть не сбросив меня, я подумал, что было бы неплохо удержаться хотя бы самому.
* * *
Путь до Кайера остался в моей памяти лишь смазанными кусками воспоминаний. Одри очнулась уже в Эльхаоне, когда мы направлялись к порталу, ведущему в Кайер. Харт дал милостивое позволение воспользоваться прямым проходом в столицу. Армон настаивал на том, чтобы мы отдохнули в древнем городе Пустоши, но я ужасно хотел вернуться домой, в поместье Раутов. И рихиор, похоже, меня понял, потому что оставил в покое.
Очнувшаяся Одри шипела как кошка и пыталась меня ударить, благо, и здесь помог бывший напарник, оттащив девчонку в сторону. Не знаю, что он ей сказал, но на удивление златовласка послушалась. Она даже улыбалась, стоя напротив одетого в одни штаны рихиора. А у меня вот прямо пальцы чесались сделать гадость! Пусть не активировать заклятие, так хоть наслать на желтоглазого какую-нибудь чесотку. Но, увы, мой резерв был окончательно и бесповоротно пуст.
Так что я лишь поставил очередную пометку в своем мысленном дневнике со списком должников.
В Эльхаоне мы лишь перекусили, закутались в теплые плащи и отправились к порталу. Одри со мной демонстративно не разговаривала, даже не смотрела в мою сторону. Впрочем, я тоже был не настроен на беседу. И уже глубокой ночью мы с моей неожиданно приобретенной супругой вышли на улицу Кайера и сели в нанятый экипаж.
А уже через час я потратил последнюю каплю силы, чтобы снять печати со своего поместья и открыть дверь родового гнезда Раутов.
  
ГЛАВА 3
 
Утро началось паршиво. Нет, поначалу все было нормально. Мне хватило сил, чтобы снять полотняный чехол с кровати и даже смыть с себя грязь Пустоши в купальне. Вода в трубах оказалась холодной и еле текла, похоже, действие заклинания подогрева давно закончилось. В целом, поместье встретило меня пыльным, грязным и холодным: обогревать его было некому. Кое-где на стенах появились плесень и грибок, пара стекол оказалась разбитыми, но меня все это волновало мало. Главное, я наконец-то был дома. И в свою постель укладывался совершенно счастливым. Если бы еще Одри согласилась мне ее согреть… Но, увы.
Стоило переступить порог, как златовласка развернулась ко мне и уперла руки в бока.
— Я пробуду здесь месяц, — хмуро заявила она. — Я обещала Армону. Если за это время не вспомню тебя, то уйду, и не надейся, что тебе снова удастся меня остановить, — она сжала кулаки. — И не думай, что я забуду, как ты меня ударил, обманув, мой дорогой супруг! Похоже, мои новые воспоминания о тебе начинаются с неприятных!
Она прищурилась, в серых глазах полыхнул мстительный огонек. Я удержался от сравнения девчонки с той летающей драконицей, что всю дорогу пыталась меня сбросить. Однако я долетел, а драконица заработала шишку за дурной характер. Так что и Одри придется… смириться, и не таких… объезжал.
Потому я лишь хмыкнул, махнул рукой, предлагая ей располагаться на свое усмотрение, и ушел в свои комнаты.
Где спала в эту ночь Одри, понятия не имею.
Утро началось рано, потому что я, конечно, не задвинул шторы, и солнечный свет залил комнату, разбудив меня. Я блаженно потянулся, ощущая, что впервые за долгое время выспался. И еще дико проголодался — кажется, я готов был сожрать даже какую-нибудь тварь Пустоши, если бы кто-нибудь соизволил ее зажарить!
 
Сполз с кровати, поплескал в лицо холодной водой и отправился на первый этаж, почесывая щетину и размышляя, оставались ли в подвалах поместья копчености, или я успел их все съесть?
— И долго ты там стоять будешь? Я уже два часа жду, когда ты соизволишь проснуться! — окликнул меня недовольный голос Одри. Я подскочил, потому что успел слегка забыть о ней, озабоченный вопросом пропитания. Обернулся и опешил, рассматривая девчонку. На ней были узкие штаны с замшевыми вставками спереди, кажется, я носил их, будучи подростком. И светлая льняная рубашка, мягко облегающая женскую грудь. Золотые волосы оказались чистыми, хотя и торчащими непокорными, неровно обрезанными вихрами. Похоже, девушка залезла в сундук со старым тряпьем, и надо признать, подобный наряд шел ей настолько, что я плотоядно облизнулся и очумело шагнул к ней. Правда, остановился, завидев, что Одри нашла не только одежду, но и одну из железных штучек Армона — короткую трубку со спусковым механизмом, плюющуюся железными шариками. Вещица небольшая, но крайне полезная и неприятная для жертвы. Прямое попадание вполне способно пробить тело в жизненно важном месте или выбить глаз, так что рисковать мне не хотелось.
И держала этот самострел Одри вполне уверенно, вот только интересно, откуда узнала, где он лежит и как им пользоваться?
Пожалуй, Армона я все-таки убью. После завтрака.
Одри окинула меня веселым взглядом.
— Я сказала, что останусь с тобой, но это не значит, что стоит рассчитывать на нечто большее, Лекс, — протянула она, не спуская с меня прищуренных глаз. Снова осмотрела меня, скривилась. — И было бы неплохо, если бы ты одевался, прежде чем выходить из своей комнаты.
— Зачем? — мягко сказал я, облокачиваясь о дверной косяк. Самострел в ее руке весьма нервировал, но лучше сдохну, чем покажу это. — Это ведь мой дом. Да и тебе раньше нравилось видеть меня в подобном виде, — соврал я с улыбкой.
— Сомневаюсь, — мрачно протянула Одри, но я успел увидеть очередной быстрый взгляд. Любопытство? Или нечто более волнующее?
— У тебя рана открылась, — сухо бросила девчонка. — И когда приведешь себя в порядок, будь добр накормить меня, дорогой супруг, я давно проснулась и хочу есть.
— А ты не обнаглела ли часом, дорогая супруга? — хмыкнул я.
— Ну, это же твой дом, — фыркнула она, небрежно поигрывая самострелом. — К тому же я ничего не помню. Так что очень надеюсь на своего любящего и доброго мужа!
Последние слова прозвучали откровенным издевательством.
Я задумчиво потер щетину, размышляя, а не сделал ли я самую большую ошибку в своей жизни, приведя к себе Одри? Но один взгляд на соблазнительные округлости убедил, что девчонка стоит того, чтобы потерпеть некие удобства. К тому же уверен, они долго не продлятся. Скоро златовласка станет есть из моих рук, надо лишь немножко подождать. Ну и расположить ее к себе. В конце концов, ее потеря памяти может оказаться весьма кстати! Я вполне могу показать ей свои лучшие качества, вот только вспомню, какие это.
— Детка, не поранься этой штукой, — я даже постарался, чтобы голос не скрипел от ехидства. — Знаешь, у Армона не всегда выходило сделать механизмы надежными, и он часто сам же и попадал под обстрел. Но у рихиора потрясающая регенерация, а вот если ты себе прострелишь что-нибудь, я очень огорчусь!
— Не переживай, — отозвалась девушка. — Я постараюсь не наводить эту штуку на себя.
Она махнула ладонью, и я инстинктивно отпрыгнул в сторону, потому что железная трубка уставилась прямиком мне в пах.
— Одри! — рявкнул я. — Хватит!
— Что такое? — она невинно похлопала ресницами. — Тебя что-то смущает?
— Ничего, — процедил я, настороженно рассматривая ее. — Будь любезна, подай мне штаны. Они на кресле.
Девушка непроизвольно отвернулась, отвела взгляд. Этого хватило, чтобы оказаться у нее за спиной и прижать к себе, сжав ее руку, удерживающую самострел. Одри дернулась, пытаясь вырваться, но, к ее чести, на спусковой крючок так и не нажала, хотя могла бы от неожиданности. Но она лишь сердито фыркнула и замерла.