"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Стиснул зубы и ускорился. Я черпал силы из снежного сапфира, но уже видел, что изморози внутри него становилось больше. Значит, сегодня обойдусь без сна. Нить следа была еле ощутимой, а потом и вовсе оборвалась. Сжал кулаки, на миг закрыл глаза. Разум твердил, что мне надо вернуться. Долина Забвения казалась бесконечной, даже на карте она выглядела внушительно. Здесь можно блуждать полгода, а то и больше, можно ходить по кругу, не замечая, как стираются воспоминания.
Вдруг я уже потерял часть из них, и даже не заметил? Ведь нельзя помнить то, что забыл…
Потряс головой, запрещая себе поддаваться магии этого места. Перечислил в голове все свои любимые ругательства, сочинил парочку новых и усмехнулся. Ну, нет, пока память точно со мной. К полудню вышел на пологий склон, дальше темнели холмы. Я уже давно шел по наитию, полагаясь на собственное чутье. В очередной раз раскинул поисковую сеть. Каждый заброс – еще один всплеск магии и расход резерва. Но в этот раз я уловил… чужую силу. Еле заметный отголосок магии. Вскочил, забыв об усталости, и рванул к подножию холма.
И чуть не заорал, когда увидел следы ночевки: сложенный хворост, утоптанную ямку, наполненную сухими листьями. И обрывок платья. Подобрал грязный лоскут, чувствуя, как губы против воли растягиваются в улыбке.
– Подними руки и медленно повернись, – раздался сзади холодный голос.
– С удовольствием, детка, – хмыкнул я, разворачиваясь.
– Руки подними, сказала!
Я прищурился, рассматривая Одри. От золотых кос ничего не осталось. Сейчас ее волосы были неровно отхвачены у середины шеи. Зато в руках девушка держала самодельный лук, и стало понятно, из чего сделана тетива. Ее нос покрывали золотистые веснушки и легкий загар, платье оборвано выше колена, коленки разбитые. Глаза злые, а губы сжаты в одну линию. Смотрел, желая сгрести ее в объятия и никогда не отпускать. Так и сделаю!
– Подними руки! – закричала она.
Я медленно поднял, не спуская с нее взгляда.
– Детка, не глупи. У меня не так много времени, чтобы успеть вернуться. Я еле нашел тебя, Одри. Давай ты позлишься потом, я даже разрешу тебе меня побить. Если захочешь.
Она вздернула подбородок.
– Кто ты такой? Что тебе от меня надо?
Я похолодел. Вонючая слизь, никогда не думал, что у этого выражения есть такое прямое значение. Но, демоны! Я реально ощутил себя так, словно мне за шиворот вылили ведро ледяной воды.
– Одри? Ты что… не помнишь меня?
– Я тебя впервые вижу, – зло бросила она. – И ты мне не нравишься.
– Ты врешь, да? – Проклятые Боги, пусть она врет! – Хочешь отомстить за ту сцену в Лаоре? Когда я приковал тебя к стене?
Одри нахмурилась.
– Я не знаю, о чем ты говоришь. Я не знаю тебя. Я хочу, чтобы ты немедленно убрался, иначе я спущу тетиву. Ясно тебе?
А я смотрел в ее глаза и видел в них правду. Она забыла меня. Это я со своим резервом и подпиткой Изнанки мог пройти через Долину Забвения и сохранить память. Но не Одри. А она здесь уже так долго… слишком долго. И я для нее лишь незнакомец – чужой и опасный.
Боги! Я так надеялся, что амулет, подаренный ей Сильвией, поможет. Что снежный сапфир сохранит ее память! Я верил в это, не желая даже думать о другом исходе!
Но сейчас в глазах златовласки не было ни тепла, ни узнавания.
Ничего.
Пусто. Я стал для нее чужаком – неприятным и незнакомым.
– Я заберу тебя, Одри, – хрипло сказал я. – Я заберу тебя. И заставлю вспомнить.
– Да кто ты такой?! – заорала девушка, вздрагивая всем телом.
Я усмехнулся, не веря, что говорю это:
– Твой муж.
Не знаю, что златовласке не понравилось – моя усмешка или мой ответ, но она все-таки выстрелила.
  
Марина Суржевская
 
НАСЛЕДНИК ОГНЕННОЙ КРОВИ
   
ГЛАВА 1
 
Пробуждение мне не понравилось.
В общем, меня это уже не удивляет. С моим-то невероятным везением! Это просто судьба — быть недовольным пробуждением!
— И долго ты будешь валяться? — весьма нелюбезно спросил женский голос, а нога изящная, но сильная пнула меня в бок.
 
Я открыл глаза.
— Милая, ты сама нежность, — просипел я, приподнимаясь на левом локте. Правая рука у меня была слегка недееспособной.
Причина этой недееспособности сидела рядом, на поваленном бревне, и взирала на меня с отвращением.
— Одри, ты могла бы быть и поласковее со своим мужем.
— Я тебя знать не знаю, — буркнула девушка. — И не желаю что-то менять в этом обстоятельстве. Не понимаю, зачем ты врешь, но что врешь — не сомневаюсь. У меня не настолько дурной вкус, чтобы выйти замуж за… подобного типа.
— Не настолько дурной вкус? — я окинул ее насмешливым взглядом, стараясь не морщиться. — Да ладно? Кто бы сейчас говорил о вкусе…
Девушка фыркнула и отвернулась. Да, в данный момент она меньше всего походила на достопочтимую жительницу Кайера. Скорее, Одри смахивала на какую-нибудь бродяжку, обитающую на окраине города, или на одичавшую, что никогда не видела мыла и щетки. Золотые волосы Одри — короткие, отхваченные неровными кусками у шеи, покрылись слоем пыли; платье — в разводах и пятнах; на лице, голых руках и коленях — грязь. Но, похоже, саму златовласку это не смущало. Она вела себя так, словно и не замечала, что выглядит неподобающим образом.
— Чего уставился? — нахмурилась она.
— Любуюсь, — признался я. — Ты сейчас такая… дикая.
— Продолжай, и получишь стрелу и во второе плечо, — равнодушно протянула девушка. Я вздохнул. Да, вспоминать меня Одри категорически не желала. Все, чего она хотела — это избавиться от досадной помехи в моем лице. Но меня грела надежда, что где-то внутри еще есть то, что не дает девчонке меня бросить. Я надеялся, что это было нечто большее, чем банальная женская жалость.
— Ты попала лишь потому, что я не ожидал выстрела от той, что признавалась мне в любви, — помрачнел я.
— Я признавалась тебе в любви? Бредишь?
— Так и было. — Гнилой орк, снова завожусь! — Кричала, что любишь меня больше жизни, просто жить без меня не можешь!
— Ты меня с кем-то путаешь, — зевнула девушка. — Это точно не в моем характере.
— Откуда ты знаешь, если ничего не помнишь? — обозлился я.
— Я помню главное, — отрезала златовласка. — И ты к этому главному не относишься! Если бы я действительно тебя любила, то не забыла бы!
Она задрала нос и ушла в лес, к ручью. Я поднялся, походил, разминая затекшее тело и размышляя. Одри я нашел два дня назад. Минус в том, что она меня ранила, что ничего не помнила о нас и, похоже, не слишком жаждала вспоминать. Плюс — что не убила и все-таки согласилась идти со мной.
Я присел на то же самое бревно и убрал листья, которыми была закрыта рана. Поморщился. Края покрыты белым налетом — плохо. Задумчиво посмотрел на тлеющие угли в костре.
— Зачем только я с тобой связалась, — буркнула вернувшаяся злюка. Я хмыкнул. Вот в этом она похожа на прежнюю златовласку. — Дай посмотрю.
Я не стал сопротивляться, и девушка внимательно осмотрела рану, скривилась.
— Выглядит гадко.
— Да что ты, — съязвил я.
Одри пожала плечами.
— Я тебе сразу велела убираться, вот и топал бы!
— Еще немного, и я передумаю на тебе жениться, — пробормотал я.
— Ты же утверждал, что мы уже женаты? — подозрительно протянула она, а я прикусил себе язык.
— Угу. По обычаю древних богов.
— Что-то мне кажется, ты врешь, — прищурилась девушка, а я махнул здоровой рукой.
— Слушай, не начинай, а? Мы, кажется, обо всем договорились.
— Доведу тебя до края долины, и там расстанемся? — мрачно уточнила Одри. Я кивнул, натянув самое правдивое выражение лица из всех, которые мне были доступны. Но девчонка смотрела по-прежнему недоверчиво. Гнилье, вернусь домой — потренируюсь перед зеркалом. А пока надо хоть что-то сделать с этой раной, иначе в Кайер я прибуду одноруким.
Разворошил палкой костер, наблюдая, как взвился сноп красных искр.