Свадьбы и разводы (СИ)

– Ты ещё не пробовала, а уже отметаешь мою идею, – Маринка недовольно цокает, забирая у меня пустую кружку и наполняя её чаем. – Не говори в лоб, чисто гипотетически обрисуй адвокату ситуацию. Кто знает, может, и ему идея придётся по вкусу.
– Ладно-ладно, предложу. Только чтобы ты успокоилась. – Соглашаюсь, потому в данную минуту у меня нет сил и желания спорить до хрипоты с той, что приютила меня.
– Не только я. Мы эту идею обсудили ещё несколько дней назад.
– Мы?
– Я, Алла и Вера.
– Вот вы… – хочется произнести что-то обидное, но я сдерживаюсь, вспоминая, что девочки поддерживали меня в трудных ситуациях, подкидывая дельные советы. – Мне пора, – спешу к двери, влезая в босоножки и почти набирая номер такси.
– И куда ты?
– Поеду домой, может, Даня устал ждать и отправился к себе. Если нет, поеду к родителям, чтобы выслушать порцию нравоучений и советов от мамы.
– Оставайся у меня. Моих мужчин нет, комната Сашки в твоём распоряжении. А завтра вместе отправимся в офис.
– Знаешь, не откажусь. Не сегодня.
Ещё несколько раз благодарю Марину за проявленное сострадание к моему уставшему и желающему набраться сил организму. Через час, лёжа в кровати Сашки, наслаждаюсь тишиной и кручу мысли о предложении подруги. При более детальном рассмотрении идея Маринки оказывается вполне жизнеспособной. Конечно, при условии, что Ворон её поддержит и сможет не плеваться, произнося слова: свадьба, брак, любовь. Поэтому решаю, что в субботу в более неформальной обстановке, погорю с Максимом, если, конечно, он выделит мне пару минут в перерывах увлечённости подругой невесты.
  
Глава 16
 
– Прекрати дёргаться, – успокаиваю Веру, хотя сама нахожусь в полуобморочном состоянии.
Последние два дня стали адовыми для моего агентства и лично для меня, потому что в самый последний момент у невесты появилось несколько пожеланий, не озвученных ранее. И сейчас я еле стою на ногах, контролируя прибывающих гостей, которые по желанию Жени должны уделить несколько минут альпака. Заставлять не приходится, потому как выставленный золотой хэштег с именами пары, сразу привлекает внимание, но затем теряется на фоне мягкой альпака, которую все обнимают и тискают. Отдаю должное Каю, привыкшему к обильному вниманию всех, в чьё поле зрения он попадает. Будь я на его месте, уже бы рычала и кусалась.
– А это нормально, что они все его тискают? – шепчет Вера, уже наученная произносить всё полушёпотом в присутствии посторонних.
– Тискают? Нет. Это ещё скромно, ты не видела, какую реакцию он вызывает у детей, – усмехаюсь, вспоминая серию снимков со странички Кая. Сёма ответственно выкладывает отчёты всех праздников, и на них практически всегда кто-то сидит на альпака. – Как только все приглашённые пройдут через Кая, его можно отпускать. Затем все переместятся в зал и сад, и переключат внимание на Мишу и Женю. На связи, – постукиваю по микрофону, вложенному в ухо, и даю понять Вере, что я готова примчаться на её зов со скоростью света.
На мне невеста, которая уединилась в отдельной комнате с матерью в ожидании свидетельницы. Женя нервничает, потому что Эмма взяла билет на последний возможный рейс, чтобы успеть к регистрации, и пока не вышла на связь. Не знаю, что заставило подругу отложить прилёт до вечера, но неприятное чувство трезвонит внутри, намекая на предстоящие проблемы. Закон: если при подготовке свадьбы нет проблем с женихом и невестой, они обязательно будут со свидетелями.
Ворон уже здесь, и я даже смогла его подтащить к альпака и заставить улыбнуться рядом с животным, хотя он усердно брыкался и убеждал, что он не ребёнок и пушистые звери давно в нём не вызывают умиления. Об этом просто кричала натянутая улыбка и нежелание прикасаться к Каю, который, кстати, заинтересовался господином адвокатом, и даже ткнулся носом в его живот. Затем Ворон растворился среди гостей и отправился к Мише, чтобы вступить в совместную борьбу с неподдающейся бабочкой. Чем заняты мужчины в данный момент, я не в курсе, потому как меня вежливо попросили оставить их для мужской беседы. И это нормально: как правило, всё внимание на себя перетягивает невеста, или же кто-то из расчувствовавшихся родителей, неспособных справиться с эмоциями.
 
– Олесь, когда начинаем? – Евгения Дмитриевна, переживающая всегда и за всех, утаскивает меня в узкую аллею, подальше от гостей, атакующих столики с закусками. – Уже шесть.
– Ждём свидетельницу, которая застряла непонятно где и пока не объявилась. Десять минут, – уверяю регистратора и спешу к Жене.
– Евгения, Эмма обозначилась? – вхожу в комнату для подготовки, застав расстроенную невесту в одиночестве.
– Её не будет, – Женя вздыхает и, подобрав пышные юбки, с ногами залазит на диванчик.
– Почему? – присаживаюсь рядом, поглаживая тонкую ладонь и успокаивая. Привычный момент для меня, когда невеста взволнована или погрязла в сомнениях о правильности выбора. Но сомнений у Жени не имеется, лишь огорчение, что подруги не будет рядом в этот важный для неё день.
– Рейс задержали. В столице проходит какая-то встреча на высшем уровне, и все вылеты перенесли на неопределённое время, пока самолёты важных персон не сядут. Она не прилетит, – разводит руками, а затем кладёт голову мне на плечо, едва слышно всхлипывая. – Я так хотела, чтобы Эмма была рядом…
– Я понимаю, – поглаживаю её волосы, стараясь не задеть идеальную укладку. – Здесь много ваших знакомых, в том числе девушки из модельного агентства. Мы можем заменить Эмму. В противном случае Ворон будет смотреться странно, если с вашей стороны никого не будет. Но мы можем не задействовать свидетелей вообще, сосредоточив внимание гостей на вас и Михаиле.
– Свидетели должны быть. Так принято. Не знаю… Заменить в последний момент, – мямлит Женя, – да и никто не знает, что делать и куда идти… – Резко поднимается, исследует меня взглядом, а затем кивает сама себе и расплывается в улыбке. – А давайте вы!
– Ч-что? – теряюсь на мгновение, надеясь, что Женя всё же передумает и мне не придётся исполнять не свою роль.
– Олеся, вы организовали столько свадеб! Кто, если не вы в курсе, как должно быть правильно. Вы подготовили нашу свадьбу, и кому как ни вам занять место Эммы. К тому же мы с вами хорошо знакомы, насколько это, конечно, возможно. Да и Максима вы знаете, поэтому проблем в общении со свидетелем не будет.
– Это плохая идея, Жень, – поднимаюсь и прохаживаюсь по комнате, обдумывая варианты, которые могу предложить невесте. – Я должна контролировать ход мероприятия, смотреть за гостями, программой, банкетом…
– У вас есть помощница. Очень энергичная и умная девушка, которая справится без ваших подсказок. Смогли же всё организовать за неделю. И прекрасно, кстати, смогли, если даже моя мама в полном восторге. Олеся, пожалуйста, – Женя стонет и складывает ладошки, умоляя меня занять место свидетельницы.
И в этой роли я никогда не была, оставаясь сторонним наблюдателем. Контролируя всё, мало внимания уделяла эмоциям, а после собственной несостоявшейся свадьбы старалась отстранённо принимать брачные клятвы и обмен кольцами, постоянно повторяя, что это всего лишь работа. Но сейчас Женя просит меня стать непосредственным участником торжества, увлекая ролью, непривычной для меня. И я бы отказалась, но жалостливый взгляд невесты и напоминание самой себе, сколько мне заплатили за работу, подталкивают к единственно верному решению, когда произношу:
– Хорошо, Женя. Но только ради вас.
– Спасибо, – прыгает и обнимает меня, и, едва устояв на ногах, запутавшись в многочисленных юбках, срывается с места. – Начинаем?
– Начинаем, – киваю Жене, одновременно постукивая по наушнику и давая сигнал помощнице. – На исходную.
И пока девушка в тысячный раз осматривает себя в зеркале, бегу по коридору, чтобы дать отмашку жениху.