Свадьбы и разводы (СИ)
– Олеся, завтра я вернусь в Москву, но уже в среду приеду. Хочу, чтобы вы составили мне компанию при выборе свадебного платья. У моих подруг довольно специфический вкус, – невеста прокашливается, выдавая подробности. – Их выбор, скорее всего, падёт на короткое платье с длинным шлейфом, кожаную куртку-косуху и солдатские ботинки на шнуровке до колена. Мне кажется, мы с вами найдём общий язык и идеальное платье.
– Без вопросов. – Женя не в курсе, что советы в выборе наряда входят в перечень моих услуг. – А жених?
– А жениху поможет свидетель, – Ворон опускается на стул, указывая пальцем на себя. – Мальчики отдельно, девочки отдельно.
Новость, что Ворон выбран в свидетели, на короткое время обескураживает и удивляет. Отлично, следующие выходные пройдут в обществе господина адвоката. В некоторой степени меня эта мысль радует, но представив, как Максим Максимович затягивает подругу невесты в свои обаятельные сети, хочется простонать в голос. Во мне зреет женская ревность, пробиваясь тонким ростком и доказывая, что Ворон обратит на меня внимание только в случае, если на земле я останусь единственной женщиной.
Глава 10
– Михаил, а вы давно знакомы с Вороном? – успеваю задать вопрос, пока Максим показывает Жене квартиру, обсуждая интерьер для их с мужем новой жилплощади.
– Слишком. Наши отцы дружили, а потом и мы с Максом. Тот факт, что я старше на четыре года никогда не был проблемой. Мы прекрасно друг друга понимали.
– Интересно, вы женитесь уже второй раз, а друг свободен. Неужели, он действительно не желает примерить на себя роль мужа?
– Он был женат, – выдаёт Изотов, а я настолько удивлена, что замираю в неоконченном движении так и не отправив в рот мороженое, и оно тут же оказывается на моём платье. Только в этот момент осознаю, что коричневое пятно от шоколада так просто не ототрёшь, и всё равно усиленно тру сухим полотенцем. – Не рассказывал?
– Не-е-ет…
– Макс, ты почему людей обманываешь? А? – кричит Миша, и через минуту покинувшая нас парочка появляется на кухне.
– Это кого?
– Олесю. Ты же был женат.
– Это было не по-настоящему, – отмахивается Ворон, не придав претензии друга значения.
– А это как? – не унимаюсь, желая услышать историю женитьбы того, кто заверял меня, что брак не про него. – Свадьба понарошку?
– Я сейчас расскажу, – Изотов жестом затыкает Ворона, который желает осадить друга, не дав поведать историю из прошлого. – Двенадцать лет назад я крестил дочь. Собрались на даче: друзья, соседи и просто знакомые. В общем, приглашали за стол всех, кто мимо проходил. Людей тьма: веселье, музыка, шашлыки. Не помню, о чём зашёл разговор, но в какой-то момент начали ловить друг друга «на спор». Макса подкололи, решив, что он не женится на той, кого укажут. А он возьми и согласись! Собрались и рванули сразу в местный ЗАГС. Завалились толпой. Я уже тогда был при весомой должности, так что договориться не составило труда. Паспорта при них, согласие получено, свидетельство выдано. Крестины тут же перетекли в празднование свадьбы. А наутро все поняли, что произошло…
– И сразу развелись?
– Не-а. Девушку, ставшую женой Макса, никто не знал. Пришла с кем-то из знакомых, откуда неизвестно. Как назло, свидетельство о браке пропало. Обшарили всё, перевернули дом, машину, двор… Я его нашёл спустя месяц между сиденьями чисто случайно.
– А девушка? – посматриваю на Ворона, который, закрыв лицо ладонями, смущён.
– Нашлась. У неё оказывается, жених был. Сделал предложение, отправились подавать заявление, а ей там: «Вы замужем, сударыня», – Изотов разводит руками, пока мы с Женей ждём окончания интригующей истории. – Она сама Макса и нашла, за ручку взяла и потащила разводиться. Так что мужем он был – целых четыре месяца!
– Вот так неожиданно и разочаровываешься в людях, – наигранно вздыхаю, поймав угнетающий взгляд Ворона. – Я-то думала, Максим Максимович верен убеждениям и принципам, а оно вот как выходит… – развожу руками под дикий гогот Изотова и тихий смех Жени.
– Так что у нас с ним один-один, а через неделю будет два-один. Если, конечно, Макс не решится на второй брак.
– Для этого нужны ещё одни крестины, – выдаю на полном серьёзе, вновь заливаясь смехом с молодожёнами.
– Для этого нужна невеста, – изрекает комментарий Ворон, включаясь в разговор. – Как насчёт вас, Олеся?
– Знаете, Максим Максимович, на этой неделе вы уже дважды изъявили желание жениться на мне. В третий раз я соглашусь и вам придётся ответить за свои слова, – грожу ему пальчиком, словно маленькому ребёнку, в ответ получая осмысленный взгляд, в котором нет ни капли насмешки.
– Соглашайтесь сейчас, Олеся, – уговаривает меня Изотов, поглядывая на друга, – и тогда Макс не будет белой вороной среди семейных пар на праздниках. Многих его свобода раздражает, меня в первую очередь. Все мужчины должны познать страдания, он, что, исключение?
– Ах, страдания! – В Михаила мгновенно прилетает претензия, и он сжимается под угрожающим взглядом невесты. Уверена, оставшись один на один, Изотову придётся объясниться за каждое сказанное слово. Извинений не миновать.
– Они касаются только Макса.
Следующие полчаса Миша бросает в сторону Ворона колкости, наплевав на недовольную физиономию друга и вспышки негодования. Очень сложно сопротивляться тому, кто знает тебя давно, изучив повадки и выходки. Не думаю, что Ворон рад откровениям Изотова, желая сохранить лицо циничного адвоката, не приемлющего чувства в любых их проявлениях. Но сейчас, считывая эмоции Максима Максимовича, мне кажется, что он, как и большинство людей в этом мире стремится к пониманию и теплу, которые дарит другой человек. Всё на самом деле просто: человеку нужен человек. И если принять эту простую аксиому, жить становится радостнее и проще. Отчуждение требует слишком много сил, которые Ворон тратит каждый день. Что это: нежелание оказаться в плену чувств, или самоконтроль, доказывающий мужчине, что он идёт по выбранному пути, невзирая на мнение окружающих? По мне так я готова ошибиться ещё не один раз, лишь бы чувствовать сильное плечо человека, которому готова сдаться.
– Мы прощаемся и покидаем вас, – Женя тянет Мишу на выход, попутно прощаясь с Максимом. – Утром нужно быть в Москве.
– Я тоже поеду, – вызываю такси, чтобы побыстрее скрыться в своей квартире и продумать свадьбу пары.
– У меня есть ещё бутылка, – адвокат заграждает дверь, становясь значительной преградой. – Вы можете остаться.
– Не могу, – развожу руками и силюсь придумать причину, чтобы избавиться от привлекательного мужчины, который сканирует меня неоднозначным взглядом. – Подготовка свадьбы в ускоренном режиме не позволяет мне тратить время на разговоры. К тому же, завтра у меня мероприятие: небольшая свадьба с двадцатью приглашёнными. Несмотря на простоту, моё присутствие необходимо, потому что пока моя новая помощница не в состоянии организовать праздник самостоятельно. Спасибо за Изотова, – приближаюсь к Ворону, смотря снизу вверх, – и за ужин.
Впервые с момента нашего знакомства в янтарном взгляде виднеется теплота, которая чувствуется кожей настолько явно, что я пугаюсь ощущений, пронизывающих тело. Момент, в котором хочется остаться и качаться на волнах спокойствия. Он способен быть настоящим, скинув маску безразличия и став самим собой. Ситуация становится неприличной, а взгляды многообещающими, поэтому заставляю себя сделать шаг и покинуть квартиру того, кто уже дважды предлагал на мне жениться. Шутку я не оценила, ещё страдающая по несостоявшейся свадьбе, на которой оказалась посмешищем.
Попадаю в пробку, но радуюсь этому моменту. Времени переварить обрушившиеся в этот вечер эмоции достаточно, а предстоящие выходные позволят вернуться к первоначальным мыслям о Вороне, когда он был для меня неприятным соседом, снявшим офис в неудачном месте. Но механизм симпатии уже запущен, и тоскливый взгляд при прощании вспоминается некстати в тот момент, когда я решаю, больше никогда не оставаться с ним наедине в ограниченном пространстве.