Рабыня для чудовища востока (СИ)
— Почему мы едем на коне? Ведь я видела, у вас тут есть машины? — спросила, лишь бы уйти от темы. Правдоподобной лжи, почему надела его подарок, мне не придумать. Значит, надо сворачивать со скользкой тропинки, сменив тему.
— Есть места, куда машине не пробраться, — и сказал он это таким интимным шепотом, что у меня болезненно сжались соски. — И твоей бледной коже солнечные лучи пойдут только на пользу.
— Я сгорю. Хотя, скорее всего, ты этого и добиваешься.
— Необходимо растопить лед в твоей душе, и высвободить лавину чувственной страсти, — опускает свою руку на талию, плотнее прижимает меня к себе, напрочь перекрывает кислород. — Там непроглядные ледники, — скользит пальцами под грудь, кладет ее в область сердца.
— Зачем? — толкаю его локтем в живот, намереваясь ослабить наш телесный контакт. — Чтобы тебе было интересней забавляться? — мне не удалось скрыть горечь в голосе.
Ведь все предельно ясно. Волк охотится — я добыча. Не стоит этого забывать. Он неотразим, привлекателен, есть в нем аура магнетизма, которой противостоять очень сложно. Но стоит только хоть немного проникнуться симпатией, меня снова безжалостно растопчут. Наиграется и выкинет как ненужный хлам.
— Кто мешает тебе брать от жизни все? Или роль жертвы гораздо привлекательней?
— Хорошо рассуждать, когда в твоих руках власть, да, Владыка? Когда можно скупать женщин пачками, казнить, кого заблагорассудится. Не сравнивай. Нашим мирам никогда не пересечься. И скоро я надеюсь, покину это пекло навсегда. Если ты сдержишь свое слово, — меня снова охватывает гнев. Все пережитое воскресает внутри с новой силой.
— Слово я держу всегда, — его голос становится обманчиво нежным, шепот ласкает слух, вызывая сладкие покалывания. — Только куда ты так бежишь? В страну, где ты ни минуты не была счастлива? Где не смогла реализовать себя? Ты так жаждешь мести, представляешь в красках расправу над обидчиками, только, — запускает руку в мои волосы, перебирает их, массирует кожу головы, так что я улетаю, и едва в силах понимать, что он мне говорит, — Как ты собираешься воплотить свои кровавые стремления в жизнь? Возможно, у тебя есть план? Или ты просчитала ходы противников наперед, и знаешь, как ударить точно в цель, задев самые болевые точки?
— Это тебя не касается, — пробурчала едва слышно.
Он снова попал в цель. Задел за живое. Я действительно не представляю, как достать обидчиков, не имея за душой ресурсов. Меня греет лишь уверенность, что осуществлю это любой ценой. А первый шаг — это выбраться отсюда.
— Ты моя собственность, твои мысли, тело, желания, все принадлежит мне, — опаляет горячим дыханием затылок. — И ты примешь это душой и сердцем, признаешь меня своим Владыкой.
— Не дождешься!
— Время покажет, моя маленькая дева, — и столько в его голосе самоуверенности, что я еще сильнее захотела победить.
Сразу представила, как сотру самодовольную улыбочку, как он признает свой проигрыш, аж адреналин забурлил в венах, и сразу поднялось настроение.
Мы едем по городу, на нас оборачиваются прохожие. Раскланиваются Владыке и смотрят на меня так, словно я с луны свалилась. Наше вот такое появление наделало в городе много шума.
Я же больше сосредоточилась на самом городе. Он и правда выглядит словно в объятиях солнца. Крыши зданий сверкают оранжевыми переливами. Большинство куполообразных домов украшены мозаикой. Вроде бы стиль общий, на каждый дом отличается индивидуальностью. Есть тут и магазины, с красочными витринами, кафе, рестораны. Но атмосфера другая, создается какое-то впечатление уюта, чего я никогда не чувствовала в своем городе. Тут слишком чисто, слишком все изысканно, как напоказ. У меня закралась мысль — это, скорее всего, центр, показная площадь, а вот что творится за пределами этого великолепия? Не может быть все так радужно. Вспомнить хотя бы невольничий рынок. В этой стране процветает рабство, она славится на весь мир своей жестокостью, тут волки ни во что не ставят женщин. Потому это лишь красивая картинка, не более.
Алифар остановил лошадь у огромного здания. Спрыгнул с коня и как пушинку подхватил меня за талию и поставил на землю. К моему удивлению, он привел меня в музей. Мне только и осталось, что ходить с открытым ртом, рассматривая нереальное великолепие. Шантара — страна алмазов. И в музее собраны шедевры всего времени существования страны. Картины, украшения, статуи. У каждой вещи своя история. Грустная, печальная, веселая. Алифар проводит экскурсию, рассказывая мне о самых ценных экспонатах. И его голос походит на самую дивную мелодию, звучит особенно чарующе и таинственно в стенах этого невероятного музея. Могу с уверенностью сказать, что ничего более впечатляющего и красивого в жизни не видела. Камни ослепляют своей многогранностью, разнообразием цветов и форм, как и сами экспонаты, отличающиеся изысканность и неповторимым стилем.
Я слушаю его, раскрыв рот, не скрывая своего восхищения. Алифар своими рассказами пробуждает интерес, хочется узнать больше, чтобы не останавливался, продолжал посвящать в таинство Шантары. Мы ходим по залам одни, посетителей нет, или их выгнали из-за Владыки, неизвестно.
Алифар проводит рукой по светящемуся оранжевому шару, стена с золотыми гравировками животных отходит в сторону, открывая проход в маленькое помещение. И тут я уже ахнула в голос, едва не рухнула на пол, ноги подкосились.
Посреди комнаты стоит золотая статуя обнаженной женщины, она настолько ослепительна, что мне кажется, на нее можно любоваться вечность. В глазах сверкают медовые бриллианты. А волосы, словно живые, развиваются и блестят, усыпанные россыпью драгоценных камней. Она совершенна. Протягивает руки, словно подзывает к себе, на губах очаровательная улыбка. Создается впечатление — сейчас она оживет.
— Кто это? — восклицаю. Не могу удержаться и подхожу ближе, желая рассмотреть ее во всех деталях.
— Бадрия… — от голоса Владыки глаза статуи вспыхивают еще ярче, ослепляя нас медовым светом.
Глава 25
Красавица обнажена, и при этом нет ни намека на пошлость. Совершенные формы заставляют, даже меня женщину, раскрыв рот любоваться ее великолепием. Точеная фигура, небольшая округлая грудь, узкая талия и длинные стройные ноги.
Бадрия… я уже где-то слышала… Вчера в разговоре оборотней во время ритуала. Тогда Басир говорил про какую-то легенду. По всей видимости, эта женщина, чем-то очень дорога оборотням.
— Кто это? Бадрия, — произношу имя вслух, пробую его на вкус. По позвоночнику пробегают теплые волны. — Волчица из прошлого страны?
— Скорее всего, она не волчица, — Алифар подходит ближе и нежно проводит по руке статуи.
Простое движение, а воздух в комнате потрескивает, накаляется. Он смотрит на статую внимательно, слегка нахмурив брови. Изучает ее, словно пытается что-то увидеть. Даже создается обманчивое впечатление, что он видит ее впервые. Медленно обходит вокруг, глаза создают дивное гармоничное сияние с блеском медовых алмазов Бадрии. Странное признавать факт, но Алифар и неживая женщина создают потрясающе гармоничный дуэт.
— Скорее всего? Как это понимать? Ты точно не знаешь? — спрашиваю, а у самой мысли превращаются в кашу. Кажется, я ощущаю золотую энергию статуи, настолько явственно, что ее можно потрогать.
— Никто точно не знает, мы руководствуемся лишь легендой.
— Так кто она такая… Бадрия?
— Полная луна, если перевести ее имя. Бадрия никогда не существовала в телесной оболочке, — волк становится за моей спиной, кладет руки мне на плечи.
— Тогда я вообще ничего не понимаю? Это что просто красивая статуя женщины, созданная умелым мастером?
— Она тебе никого не напоминает? — шепчет мне на ухо. Звуки голоса проникают в кровь, заставляют ее стремительно течь по венам, даруя новую порцию экстаза.
— Нет… она необычайно красива… Но мне кажется такой красоты не может существовать в природе, слишком все в ней идеально. И ты подтвердил мои слова, — замерла, не шевелюсь, впитываю в себя его тепло.