Я назову твоим именем сына. Книга 2. Юлия (СИ)

— Размазалось, — он сунул руки в карман, проклиная себя: «Зачем дёрнулся, кто просил!» — извини, просто хотел вытереть тушь под глазами.
Она не ответила, достала из сумочки бумажную салфетку, промокнула капли дождя, протёрла кожу под глазами.
— Всё?
Он помотал головой, отобрал у неё салфетку, вытер. Молчали, пережидая разбушевавшийся ливень. Наконец, дождь ослабел, будто устал. Редкие капли барабанили по лужам и мокрому асфальту. Через несколько минут, дождь вновь собрался с силами и обрушил ливень на хмурый, затянутый чёрными тучами город. Прояснилось, холодный ветер чуть утих. Она вновь зябко обхватила себя за плечи, пытаясь согреться. Ему хотелось обнять, согреть её хрупкую фигурку. Полупустая пиццерия, им принесли две пиццы, обжигающе-горячий кофе. Она осмотрелась: зал поделён на островки, отгороженные непрозрачными панелями, внутри каждого островка диванчики, обтянутые дерматином, пластиковые столешницы, на столе маленький букетик искусственных цветов в вазочке.
— Первый раз в этом заведении, — она продолжала рассматривать интерьер заведения, обеими ладонями обхватила стакан с кофе.
— Ещё не согрелась? — он отхлебнул кофе, отставил стакан в сторонку, обдумывая, что она хотела сказать этими словами: что тут дешёвая забегаловка или, просто, она рассматривает обстановку пиццерии. Она отрицательно помотала головой, не выпуская из рук стакан.
— Искусственные цветы - признак дурного вкуса, — чуть пренебрежительным тоном заметила она. Подвинула вазочку к себе, рассмотрела и, как показалось, Владу, брезгливо отодвинула его от себя.
Он промолчал, не зная как реагировать на её слова и, не придумав ничего лучшего, спросил:
— Ты учишься или работаешь?
Она отпилила маленький кусочек пиццы, съела.
— Ну, на вкус пицца более-менее, — она отставила его вопрос без ответа, не захотела отвечать или не услышала? — я думала, будет что-то не вполне съедобное.
— Ты не ответила. Ты учишься или работаешь? — повторил он, пытаясь не обращать внимания на колкие замечания в адрес пиццерии.
— Ни то и не другое. Не угадал, — она перебросила волосы на грудь, пригладила пальцами правой руки, — учусь в университете, но сейчас в академическом отпуске, — она помолчала немного и добавила, — по уходу за ребёнком до полутора лет. Их взгляды пересеклись. «Ну, и как тебе такая новость? — как бы говорила она». «Не ожидал! Если бы я знал, вообще бы не подошёл к тебе, не говоря уж о том, чтобы пригласить в пиццерию и тратить на тебя деньги. Я не настолько богат, чтобы приглашать девушек на обед, без перспектив на дальнейшие отношения», — ну, конечно же, он не произнёс эти слова вслух.
— А где же ребёнок? С отцом? Дома?
Она, всё также неторопливо, опилила ещё один кусочек пиццы, съела. Подняла на него взгляд серых глаз.
— С бабушкой. А я вышла прогуляться - муторно на душе и грустно, — она, как ему показалось, оценивающе рассматривала его. Взгляд скользнул по его толстовке, по курточке, небрежно брошенной рядом на дерматиновый диван. Он заметил, что она украдкой покосилась на его потёртые кроссовки.
— С мужем поссорилась? — он уже был не рад знакомству и думал, как бы поскорее отделаться от неё. Что поделать - ошибся. Да, так бывает. Она, тоже хороша - есть ребёнок, а всё равно знакомится и тащится бесплатно пообедать.
— Мужа нет, и никогда не было. Вышла погулять, потому что ищу любовника. Устала быть без отношений. Только ребёнок, кашки, кастрюльки и так далее и тому подобное.
Он был удивлён её прямотой.
— Закажи мне пива! Один бокал! — деловито распоряжалась она, — ещё закажи мне салат и куриное бёдрышко. Только сейчас почувствовала, как я проголодалась. У тебя денег-то хватит?
Владу снова послышались пренебрежительные нотки в её голосе. Он неопределённо мотнул головой, как бы говоря: «Конечно, есть. Иначе, зачем бы я тебя позвал в пиццерию». Он знаком подозвал официанта, заказа два пива - себе и ей, салат, куриное бедро - что она попросила.
— Может, ещё что-то?
— Нет, хватит. Пока…хватит, — она чуть рассмеялась, — не подумай, что я обжора.
 
Официантка, с кокетливой улыбочкой, принесла заказ, выставила на стол. Один бокал пива поставила перед Владом, второй перед девушкой, ближе к ней поставила тарелки с едой и, сексуально покачивая бёдрами, удалилась к соседнему столику. Выпили пиво, разговор стал более свободным.
— Еда нормальная и пиво тоже неплохое, спасибо за угощение.
— Пожалуйста. Пойдём или ещё посидим? — ему уже надоели разговоры не о чём. Было жаль впустую потраченные деньги, заплатить пришлось «кругленькую» сумму, не так дорого, конечно, как в ресторане, в ресторан он бы и не пригласил, но всё же достаточно дорого.
— Ты с кем живёшь? — она не ответила на вопрос, — с родителями?
Он помотал головой:
— Один. Студия у меня.
— Не плохо, я бы тоже одна жила, если бы не ребёнок. Мать помогает, возится с ребёнком. Пойдём, — она резко вскочила с дивана, натянула пёструю курточку, сунула сумочку подмышку.
Влад отметил не соответствие её порывистых движений, излишне резкого, отрывистого голоса и нежной, хрупкой внешности. «Странно, — думал он, — когда я заговорил с ней на набережной, её голос звучал более нежно, приглушённо и сама она, казалась скромной и нерешительной. Или мне просто показалось?» Он поднялся вслед за ней, спохватился, вернулся за забытой на диване курткой. Она ждала его в дверях. Вышли на улицу. Небо прояснилось, выглянуло солнце, потеплело. Щебетали птицы, радуясь недолгому осеннему теплу.
— Как хорошо! — зажмурилась Наташа, подставляя лицо солнышку. —
Он только сейчас заметил конопушки у неё на лице. — Ты куда сейчас? — ветер запутался в её волосах и, точно пытаясь вырваться из плена, растрепал их, залепил волосами лицо.
Он пожал плечами:
— Домой, наверное. Тебя проводить? Хотя бы до остановки?
Она, уже знакомым ему жестом, убрала волосы с лица, перекинула назад за спину, открыто взглянула ему в глаза:
— Может, пойдём к тебе? Если, конечно, ты не возражаешь.
Он оторопел, такого ещё не было в истории его отношений с девушками.
— Ну, не знаю. Пойдём. — тупо, как показалось ему, ответил он. В груди приятно защемило, в ожидании возможности приятно провести время. Кровь, в одно мгновение, прилила к причинному месту. Он уже готов «к боевым действиям». Наташа, увидев его блуждающий, предчувствующий сладострастие взгляд, спустила его «с небес на землю»:
— Только давай договоримся сразу: без приставаний, никакого секса, просто посидим, посмотрим фильм, выпьем кофе или чай. Есть у тебя интересные фильмы? Согласен? Если нет - скажи прямо, и я пойду домой. Я хочу отдохнуть, отвлечься от домашних дел, приятно провести время.
— А, что секс - это неприятно проведённое время? — «Как хорошо всё начиналось: сама предложила пойти к нему и вуаля! О, женщины! Ну, какого рожна ей тащиться ко мне? Выпить ведро чая или кофе? Смотреть фильм, развалясь на моём диване?» Вслух он произнёс, — фильмы есть, кофе есть. Не хочешь секса - не надо. Он хотел добавить: «На тебе свет клином не сошёлся, найдутся другие. Вот уж принцесса на горошине», — но передумал, пожал плечами, — пойдём, если хочешь. Настроение резко ухудшилось, но маленькая надежда получить желаемое всё же осталась. В холодильнике охлаждалась бутылка водки, можно сделать коктейль - девчонки, насколько он знал, не пьют водку в чистом виде. Подпоить её, и может быть, она изменить своё решение. Так и сделаю, решил он, голос его зазвучал уже бодрее:
— Ну, конечно, посидим, посмотрим фильм, потом я провожу тебя до дома, и если будет обоюдное желание, увидимся вновь.
Она подозрительно посмотрела на него, но кивнула:
— Договорились. Ты далеко живёшь?
Они прыгнули в автобус, потряслись несколько остановок. Влад распахнул входную дверь:
— Заходи!
Она вошла, огляделась: студия примерно 19 м2, по правую руку от входа отгорожено небольшое помещение - дверь в туалет и душ. На противоположной стороне от туалета вешалка для одежды. Следом за стеной туалета небольшая кухонная зона: холодильник два навесных шкафчика светло-бежевого цвета, под ними рабочий кухонный стол такого же цвета, заваленный какими-то пакетиками, склянками, чашками и прочим хламом, электроплита, мойка с небольшой горкой немытой посуды. Напротив небольшой обеденный стол, залитый тёмно-бурой жидкостью, по-видимому, чаем, два стула, сиротливо приткнувшиеся к столу. Следом за кухонной зоной, раздвинутый почти на всю ширину комнаты, диван с неубранным смятым, не первой свежести постельным бельём, комом сбитое одеяло, примятая блином подушка. Справа от дивана маленький журнальный столик, на нём ноутбук с захлопнутой крышкой, беспроводная мышь и стакан с засохшими остатками неизвестной жидкости. Напротив дивана, ближе к окну - небольшой двухстворчатый шкафчик. Окно, со сбившейся набок шторой, из-за её края, казалось, осторожно выглядывает кактус, с землёй усыпанной пеплом от сигарет. Подоконник был, на удивление, чистым и контрастировал с запущенностью помещения. Влад увидел брезгливую гримасу на её лице.