Змеица (СИ)

— Зачем это? Я думала, мы до последнего будем скрывать, что я дарайя.
— Тянуть нет смысла, уже ходят слухи, что в городе появилась новая дарайя. За это нужно благодарить нашего старого друга — Лимека. Мерзавец не перестает нам гадить.
— Что теперь будет?
— Все то же самое, но придется раскрыть, кто ты есть. Это немного усложнит задачу. Не стоит пока об этом волноваться. Сегодня же Мульер! И под бурнусом мало кто может тебя рассмотреть.
Ульвира со скрипом открыла ящик и извлекла из него две бархатные коробки. В обеих лежали странные монеты размером с яблоко с гравировкой змеи на гранях. В одной коробке лежали серебряные, в другой — золотые.
— Это коин, — догадалась Харэн.
— Да. Это коины, которые дарит шаяни мужчинам, приглашая их на церемонию посвящения. Сегодня вы обе будете их разносить.
— Разве не я одна должна это делать? — удивилась я.
— Золотые коины дарит только дарайя. Ты возьмешь только три. Серебряные будут у Харэн. Она притворится тобой и разнесет остальные. Мы должны беречь тебя, Марианна. Нельзя позволить, чтобы с тобой что-то случилось. — Хромая выдала мне три монеты, а Харэн достался внушительный мешочек с серебром. Я с сожалением посмотрела на подругу — ей предстоит тяжелая работа. — Для вас приготовили два бурнуса, а через несколько минут прибудет два экипажа. Марианна, теперь ты дарайя, и у тебя больше прав, чем у обычной шаяни. Помни об этом.
— Хорошо, — я посмотрела на монеты в моей ладони, — Кому я должна их отдать?
— Азара Девлату, как твоему первому господину. Его младшего брату — Бахраму, за дорогие подарки, которыми тебя одаривает… — Я сжала губы в тонкую линию. Уверена, Бахрам подкупил Ульвиру. — … Третий — Камилю Анвару.
— А ему за что? — возмутилась ее выбору.
— За то, что помог найти тебя. Камиль рассказал мне, где тебя искать, и это твоя обязанность — вознаградить его монетой.
— Вы же говорили, что услышали зов Змеицы?.. — смотрела во все глаза на Ульвиру.
— Говорила. Но Камиль облегчил мои поиски. За это я ему очень благодарна. И ты тоже должна быть. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы ты попалась на глаза прислужникам какой-то из нагайн. Так что ты должна быть ему признательна, он сохранил твою жизнь и хранил тайну.
— Это он виноват, что я здесь оказалась.
— Он оказал большую щедрость, помогая тебе.
«Помни мою щедрость», — вспомнились его слова в экипаже, когда он хотел меня забрать. Так вот он о чем говорил.
Умом я понимала, что Камиль поступил правильно — опасно разгуливать со Змеицей по городу. Кто-нибудь обязательно узнал бы отметку, и у меня возникли бы серьезные проблемы. Но душа болела. Как он мог обречь меня на такую участь? Теперь я вынуждена ломать свои принципы и привычки, подстраиваясь под враждебный для меня мир.
Харэн молчаливо посматривала на меня, но не задавала вопросов. Камеристка помогла нам облачиться в бурнусы, и в сопровождение охраны мы заняли два экипажа.
Только когда карета тронулась, я вспомнила, что даже не пожелала компаньонке удачи. Ей предстоит проделать огромную работу за меня. Ульвира, наверное, направила ее ко всем нагам и дахарам города — эта женщина не упустит шанс заработать.
Первым местом, куда меня привез экипаж, стал родительский дом Девлатов. Азар живет за городом, и уже который год все коины приносят в дом его отца — Дариуша. Здесь же получал коины и Бахрам. Я надеялась, что мне удастся незаметно положить монеты и уйти.
Возле дома остановилось сразу три кареты. Девушки в черных непроницаемых накидках почти одновременно уверенной походкой пошли к главным воротам. Я пристроилась за ними на небольшом расстоянии. За поросшим диким виноградом забором оказалась просторная территория с садом, брусчатыми дорожками и трёхъярусным фонтаном у вдоха в главную резиденцию Девлатов.
Навстречу нашей троице шла еще одна группка девушек в бурнусах. Видимо, паломничество к дахарам шло не первый час. Я немного расслабилась.
Входные двери дома были открыты нараспашку, в гостиной нас встретила женщина к строгой одежде.
 
— Добрый день, шаяни. Азара Девлата сегодня нет на месте, но все коины ему будут обязательно переданы. Бахрам принимает всех желающих. Пойдемте…
Мы послушно пошли за ней к кабинет Бахрама. Она осталась ждать нас за дверью.
Дахар стоял спиной к нам возле секретера, просматривая какие-то бумаги, совершенно не обращая на нас внимания. Я сжала в кармане золотой коин. Ничего не говоря, первая девушка положила серебряную монету на стол. За ней вторая. Бахрам не шевельнулся. С облегчением я положила на край золотой коин. Внезапно мое запястье обхватила мужская рука. Я не успела понять, когда он обернулся. Сквозь сетку бурнуса на меня смотрели два зеленых змеиных глаза.
— Спасибо за ваши дары, девушки. Можете быть свободны, — произнес, не отпуская мою руку.
Дверь захлопнулась, и мы остались одни с Бахрамом. Он внимательно посмотрел на мою руку, украшенную Змеицей.
— Отпусти, — попыталась вырваться, но ничего не вышло.
Резко отдернул мой капюшон — на его лице пронеслась смесь удивления и неприязни. Дахару не понравилось, что скрывалось под накидкой.
— Значит, это ты дарайя, о которой ходят слухи… — произнес после продолжительной паузы.
— Отпусти руку, — повторила, и на этот раз он выполнил мою просьбу.
Он взял со стала золотой коин.
— Спасибо, польщен. В моей коллекции не было золотых монеток. У Азара была, но для всех это ничем хорошим не закончилось. Я так понимаю, вторую ты хотела передать ему?
— Да.
Бахрам ухмыльнулся.
— Теперь понятно, почему он тебя покрывает. Я все голову ломал, зачем он в тебя так вцепился.
— Он меня не покрывает, — удивилась его прозорливости.
— Я знаю своего брата и сразу понял, что между вами договоренности другого характера. Если он тебя выгораживает, мне повезло получить монетку за расположение твоей хозяйки, кто же тогда третий?
— О чем ты? Нет никакого третьего.
Без единого предупреждения он сунул засуну руку в мой карман и достал оттуда еще два коина. Монеты за звоном упали на стол, подтверждая мою ложь.
— Назови мне имя третьего дахара. Кому ты должна была отдать последнюю монету? Я верю в порядочность своего брата, но он не будет просто так выгораживать дарайю. Его кто-то попросил об этом. Кто, Марианна? Кому принадлежит эта чертова монета! — не в силах сдержать эмоции, он ударил кулаком по секретеру. Я дернулась и отступила. Монеты подпрыгнули на столе. — Ты не выйдешь отсюда, пока не назовешь его имя.
Глядя в его яростный глаза мне стало страшно.
— Камиль Анвар, — прошептала.
Лицо Бахрама стало непроницаемым.
— Можешь идти, — мой взгляд скользнул к коину на столе, который я должна была отдать Камилю. Бахрам проследил за мной: — Я сам ему передам монету. Иди, дарайя.
Биться за коин с Бахрамом? Уверена, при всем желании у меня ничего не выйдет. Я накинула капюшон бурнуса и под тяжелым взглядом дахара покинула кабинет.
Почти бегом покинула резиденцию Девлатов и, только оказавшись в карете с охранником, смогла немного унять дрожь. Что же теперь будет? Бахрам передаст коин Камилю? Или расскажет Диларе, и на меня ополчатся все нагайны города? И что он имел в виду, говоря, что Азар меня покрывает по просьбе Камиля?
Я не хотела ехать к Анвару, но теперь мне жизненно необходимо увидеть его. Карета мчалась быстро, но время до дома Камиля показалось мне безразмерным. Поместье находилось на окраине города. Из-за высокого забора из белых кирпичей выглядывали верхушки башен со шпилями. Ступив на территорию имения, я почувствовала себя лисой в охотничьем домике. Если бы не Бахрам, я бы выбросила коин где-нибудь на улице, и никто бы об этом не узнал. Теперь крадусь как хищница, за чужим семейным счастьем. Хотя о каком счастье можно говорить в городе, где любовницы необходимы дахарам как воздух?
 
Немного поодаль заприметила две черные фигуры, которые скрылись в дверях трехэтажного особняка. Фасад дома восхищал: высокий портик с колоннами украшен лепниной, окна с рельефными наличниками, между которыми красовались декоративные пилястры. Красиво и совсем не похоже на остальные дома Хрустального города. Разукрась его в розовые и голубые цвета — выйдет кукольный домик. Входная дверь открыта на распашку. Меня встретил дворецкий и без объяснений попросил проследовать за ним. Я оказалась в гостевой комнате с еще двумя девушками в бурнусах. За их спинами я не сразу увидела, что встречал нас не Камиль, а Дилара.