Создана для любви
– Вы уверены, Мак? – скептично спросила Алекса. – Адам ни разу не навестил меня и не проявил беспокойства о нашей с вами судьбе вплоть до ночи накануне казни. И еще, как только я исчезла с горизонта, он продолжил встречаться с Гвен.
– Поверьте, Алекса, у Адама были причины так себя вести. Он не бросил нас, как могло показаться. Он с ума сходил от страха за вашу судьбу. Неужели вы действительно думаете, будто он стоял бы сложа руки и позволил вас повесить?
– Да, – упрямо сказала Алекса.
– Поймите, Адам – это человек, которому мы обязаны спасением. Они с Лисом вместе планировали наш побег.
– Откуда вы все это знаете? – подозрительно спросила Алекса.
– Когда прошлой ночью Адам приходил вас повидать, он остановился у моей камеры, якобы чтобы поиздеваться надо мной, – пояснил Мак. – Пока надзиратели глазели на Гвен, незаметно подбросил мне в камеру записку. Так что, видите, и леди Райт на что-то сгодилась. Остальное я узнал от Лиса и его людей.
– Значит, вы знали, что Лис придет.
– Да, в своей записке Адам коротко написал об этом.
– Как я могу простить ему, ведь Адам сделал всё, чтобы я думала, будто он бросил меня? – вскричала Алекса, приходя в ярость. – Не уверена даже, что когда-нибудь соглашусь разговаривать с этим человеком!
– Вы еще увидитесь, Алекса, – таинственно предсказал Мак, – и поговорите. А до тех пор я предоставлю ему объясняться с вами самому.
Только на следующий день у Алексы появилась возможность поговорить с Лисом наедине. Она целые сутки проспала в уютной каюте, отведенной для нее, а проснувшись, обнаружила рядом с койкой поднос, полный еды. Изголодавшаяся, жадно разделалась с завтраком, быстро оделась и поспешила на палубу, чтобы насладиться ярким солнечным светом, которого в последние недели почти не видела. Лис тайком наблюдал с мостика, как Алекса подставляет бледное лицо долгожданным лучам. Забывая дышать, он взглядом пил ее хрупкую красоту.
Она выглядела такой маленькой и тонкой, но в то же время ее тело было женственным и крепким. Густая масса полночно-черных волос укрывала плечи как богатая накидка и обрамляла лицо, которое преследовало Лиса во снах. Ее кожа была ослепительно-белой, словно дорогой фарфор, за исключением нежно-розовых лепестков губ. Лис понимал: такой бледной Алексу сделали недели заключения. Он проклинал англичан за то, что те нарушили ее хрупкую красоту и подорвали здоровье. Лис страстно хотел воздать ей за все пережитое из‑за него.
Ее магнетизм был настолько силен, что он и сам не заметил, как оказался рядом. Передав штурвал Фолеру, своему первому помощнику, тихо, чтобы не вспугнуть, подошел к Алексе. Но она, чувствительная к таинственной ауре, окружавшей Лиса, сразу почувствовала его приближение.
– Я не успела толком поблагодарить вас за то, что вы спасли мне жизнь, – сказала Алекса, поворачиваясь к Лису. Она увидела – тот по-прежнему в маске и черном платке, повязанном на пиратский манер. Алекса ощутила горькое разочарование, ведь капитан так и не открыл ей лица.
– Не стоит благодарности, сударыня, – поклонился Лис. – Если бы я узнал о вашей беде раньше, вам не пришлось бы все эти недели проводить в тюрьме. Сомневаюсь, что пребывание там было приятным.
– Да, – тихо признала Алекса, – приятного мало. – Желая переменить тему, она сказала: – Мак говорил, «Серый призрак» сильно пострадал, но, на мой взгляд, он отлично выглядит.
– Тот «Призрак» англичане потопили, когда поймали нас в ловушку. Мы плывем на британском фрегате, который я забрал в качестве трофея и переделал так, чтобы он напоминал старый «Призрак», – объяснил Лис. – Этот корабль почти такой же изящный и быстроходный, как его предшественник. У меня к нему никаких претензий.
– Мак говорил, вы были ранены.
– Да, получил пулю в плечо и еще одну в бедро. Долго приходил в себя.
– В «надежном» доме, по словам Мака. Я так понимаю, вам помогал патриот.
– Да, мне повезло. Я доплыл до берега и попался колонисту, прятавшему меня, пока… пока меня не нашел ваш муж.
– Значит, это правда. Адам искал вашей помощи, – недоверчиво проговорила Алекса. – Судя по тому, с каким безразличием он ко мне отнесся, я решила: ему нет дела до нашей с Маком участи. Я удивлена, ведь вы согласились помочь ему, зная, что он роялист. Вы не боялись? Он ведь мог вас выдать.
– Нет, сударыня, между нами с Адамом существует… взаимопонимание, природу которого я пока не могу вам раскрыть. Скажу лишь, что достаточно хорошо знаю Адама, чтобы доверять ему.
– Все это не укладывается у меня в голове, – задумчиво проговорила Алекса.
– Однажды вам все расскажут, сударыня, обещаю, – бархатным шепотом поклялся Лис.
– Сейчас я придерживаюсь такого мнения: никакие слова и поступки Адама уже не вернут ему моего расположения. Он самым гнусным образом обманывал меня и позволял думать, будто я скоро умру. Не желаю больше его видеть!
Сквозь узкие прорези маски Лис всматривался в лицо Алексы, хмурясь и ведя с собой какую-то внутреннюю борьбу. Побелевшие костяшки его пальцев, стиснувшие поручень, свидетельствовали о том, что сражение выдалось ожесточенным. Наконец его лицо прояснилось. Здравый смысл победил, и капитан заметно расслабился под любопытным взглядом Алексы. Время откровений еще не настало, решил он. Отказываясь далее обсуждать мужа Алексы, Лис пожал плечами и устремил взгляд в морскую даль.
– Куда вы меня везете? – спросила Алекса, осознав, что Лис больше ничего не расскажет ей об Адаме.
– В Нассау на Багамах, – ответил Лис. – Там вы будете в безопасности. Сейчас остров контролируют американцы, и я держу там дом с полным штатом слуг в качестве базы. Я распоряжусь, чтобы о вас позаботились.
– Лис, возьмите меня с собой, – вдруг взмолилась Алекса. – Научите управлять кораблем и драться, я хочу воевать вместе с вами.
Ошеломленный, Лис посмотрел в лицо Алексы, сияющее огнем преданности. Ему стало ясно, что она не шутит. Алекса хотела рискнуть всем, чтобы бороться и умереть за дело, которое уже считала своим. Любовь и гордость переполнили сердце Лиса, но он не мог принять от Алексы такую жертву.
– Нет, сударыня, – решительно покачал он головой. – Я не позволю вам рисковать жизнью и пускаться в столь авантюрное предприятие.
– Почему? Из‑за того, что я женщина?
Ее васильковые глаза перечили ему, бросали вызов, но он не поддавался.
– Именно, – просипел он, весело посверкивая взглядом. – Я хочу, чтобы вы были в безопасности… я хочу вас… черт возьми! – хрипло признался он и умолк, не в силах продолжать.
Он хочет ее! Да, в своей жизни, в своей постели, навсегда. Пряча эмоции за сомкнутыми губами, Лис крепко стиснул челюсти – он отказывался говорить что-то еще.
Ощущая всю тяжесть его неодобрения, Алекса тем не менее упрямо гнула свою линию:
– Вы же понимаете, что я не могу вернуться в колонии, Лис, а пережидать войну в Нассау будет смертельно скучно. С вами мне ничего не страшно, и я стану частью борьбы за свободу. Пожалуйста, Лис, – взмолилась она, все больше загораясь этой идеей, – позвольте мне остаться на борту «Призрака».
– Это исключено, Алекса, – отрезал капитан, скрипя зубами от досады. При всем восхищении мужеством Алексы, он все-таки больше боялся за ее безопасность. – Тема закрыта. Вы отправитесь в Нассау, хотите того или нет. Думаете, Адам поблагодарил бы меня, если бы я сделал по-вашему?
– Полагаю, ему все равно, – надулась Алекса.
– Вы ошибаетесь, Алекса, Адаму далеко не все равно.
Почти рассерженно Лис повернулся и зашагал прочь, оставив Алексу размышлять в одиночестве.
Даже Мак не желал ее слушать. Его собственный корабль, «Леди А», проходил капитальный ремонт на верфях в Нассау, и Мак намеревался вернуться в бой, как только судно будет готово. Он неуклонно шел на поправку. Солнце и свежий воздух с поразительной быстротой возвращали ему силы.
К огорчению Алексы, Мак не принимал всерьез ее пламенных речей о том, как она хочет сражаться с англичанами наравне с ним и Лисом. Знай он, насколько решительно Алекса настроена, он бы слушал ее внимательней. А так лишь качал головой и бормотал что-то о безопасности каждый раз, когда Алекса затрагивала эту тему.