Меч для королевы амазонок 2 (СИ)

— Проходи Блейк. Присаживайся, — пригласила Алекса, показывая на пустое кресло, самое дальнее от нее.
— Господа, позвольте представить вам Блейка — короля древних воинов, — обратилась она к мужчинам. — Блейк позволь представить тебе моих близких. Ника Роуэна ты уже знаешь. А это мои деды. Господин Кулхан — отец моего отца. Господин Кормак — отец моей матери.
Блейк смотрел как оба мужчины кивнули ему со своих мест.
— Сила крови, — тихо проговорил он и посмотрел на королеву. — Сила твоей крови королева — огромная мощь. И похоже тебе потребуется каждая унция этой силы.
— Похоже ты что-то узнал?
— Да. Масштабы этой катастрофы просто ужасны. Я думаю, что если Лонгону удастся осуществить задуманное, то это конец всему, — Блейк глубоко вздохнул и продолжил: — Если портал открыть, то древние демоны будут только уничтожать.
— Какой смысл во всем этом? — тихо спросила она, задумчиво глядя перед собой.
— Смысл в том, что Лонгон хочет править вечно, — ответил Кормак. — Зло восторжествует и тогда миллионы грешных душ будут низвергнуты в ад, без малейшего шанса вымолить прощение. И когда это произойдет, огромная армия рабов будет послушна его воле.
— Неужели он надеется подчинить себе демонов, — которых хочет выпустить?
— Он уверен, что сможет ими управлять, — вмешался Блейк. — Что-то такое у него есть и это что-то вселяет в него уверенность в его могуществе.
— Что бы это ни было, я сомневаюсь, что одна вещь может держать в подчинении весь ад, — Алекса откинулась на спинку кресла: — Одного демона еще куда ни шло, но всех — это вряд ли.
— Не знаю, но ведет он себя очень уверенно, — задумчиво проговорил Блейк. — Да, и еще его очень сильно интересуют два места в этой большой стране. Одно из них находится на севере на Пяозере. Там есть старинный алтарь. Этот алтарь очень заинтересовал Лонгона. Второе место — на юге, но где точно я не знаю. Знаю только, что место это очень интересует его. Он даже посылал туда эту ведьму Морену.
— О, как интересно, — протянула Алекса.
— Вы упускаете кое-что, — вдруг вмешался в разговор Ник. — Это вполне может быть отвлекающим маневром и существует третий вариант.
— Он прав, — кивнул Кормак. — Что мешает им старательно замести следы?
— Но ведь есть же еще старая легенда, — горячо возразил Джайлз, выпрямляясь в своем кресле. — Неужели вы забыли о ней? Там ясно указано, что это юг.
— Это еще ничего не значит, — Ник повернулся к старику. — Вполне возможно, что это какая — то другая местность.
Джайлз только возмущенно фыркнул. Он был твердо уверен, что легенда рассказывает о Пятигорске и не хотел слушать другие версии. Блейк с интересом поглядывал на него, но поняв, что Джайлз спорить не собирается, решительно встал и посмотрел на Алексу.
— Все, что знал, я рассказал. Теперь мне пора. Не нужно, что бы Лонгон догадался о моих визитах сюда.
— Хорошо. Спасибо за сведенья и удачи тебе Блейк, — Алекса поднялась с кресла. — Будь осторожен, не рискуй напрасно.
— Вся моя жизнь — это сплошной риск, — слабо улыбнулся он. — Что ж, до встречи, — он поклонился Алексе, кивнул мужчинам и пошел к выходу. Спустя секунду его уже не было в комнате.
— Ты ему действительно доверяешь? — спросил Кормак у внучки.
— С очень большой осторожностью, — ответила она, возвращаясь на свое место.
— Спасибо Богу и за малые милости, — иронично заметил колдун. — Король древних воронов! Да они из древних веков были на темной стороне!
— Верно, кивнула она. — Но также верно и то, что они умирают от рук темных магов. Те используют их силу и жизнь в своих целях. А если Лонгон добьется своего, то древние вороны обречены.
— Да, и Блейк это прекрасно понимает, — согласился Кормак.
— Он просто пытается спасти свой народ. Не думаю, что я в праве его осуждать.
— Я не понимаю, о чем вы спорите, — вмешался в разговор Ник. — В любом случае мы присмотрим за королем черных воронов.
— Мы не в состоянии присмотреть за всем, — грустно улыбнулась Алекса. — К сожалению, я не могу созвать сюда амазонок для помощи, потому что зашевелилось не только здесь, но и во многих других местах этого мира. И оставить их без защиты я не могу. Вот и получается Ник, что худой мир лучше доброй войны.
 
— Так-то оно так, да только за вороном действительно присмотреть надо, — тихо сказал Кормак.
— Интересно, так где же это на севере или на юге? — задумчиво проговорила Алекса, не обращая внимания на спорящих мужчин.
Медленно пройдясь по кабинету, она вышла в коридор. Потом вошла в гостиную и остановилась перед портретом Асмеральды.
— Как же мне не ошибиться мама? — прошептала она, глядя в лицо Асмеральды. — Ведь слишком многое зависит от моего решения.
Алекса вглядывалась в портрет матери, словно надеясь получить ответ на свой вопрос. Тут она услышала тихие шаги, потом они смолкли. Алекса стояла молча и не оборачиваясь.
— Кто это? — раздался в тишине молодой мужской голос.
— Что вы здесь делаете, господин Булгаков, — спросила Алекса не оборачиваясь.
— Откуда вы знаете, что это я? — удивился он.
— Не важно. Так что вы тут делаете?
— Мы сделали все, что нам велел этот Дотс и теперь свободны, — нехотя объяснил Рыжий.
— Тогда где же ваши друзья? — Алекса повернулась.
— Они на кухне. Дотс дал нам поесть, вот они и объедаются.
— А что же вы не с ними?
— Я не очень хотел есть. Вот и пошел посмотреть дом, — он нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — Скажите, кто это? — Рыжий кивнул на портрет.
— Зачем это вам?
— Красивая телка! Сразу видно, что она серьезная дама, — одобрительно заметил он.
Алекса усмехнулась на это заявление и снова повернулась к портрету.
— Это моя мама, — тихо ответила она.
— Это ваша матушка? — переспросил Рыжий, с восхищением глядя на портрет. — Круто! Она что действительно умела пользоваться этим мечем?
Алекса улыбнулась и, повернувшись к нему, показала рукой на диван, приглашая сесть. Парень охотно воспользовался возможностью поболтать с хозяйкой дома и тут же уселся на диван.
Алекса опустилась в свое кресло и задумчиво улыбнулась:
— Да, господин Булгаков, она умела им пользоваться.
— Не называйте меня так! — поморщился он.
— Как же мне вас называть?
— Просто, Рыжий, — ответил он и спросил: — А где сейчас ваша матушка?
— Ее больше нет, — тихо ответила она. — Она погибла сразу после моего рождения.
— Во время родов что ли? — нахмурился Рыжий.
— Нет. Ее убили в сражении, — пояснила она, глядя перед собой.
— Скажите, как вас называть?
— Зовите меня — Алекса.
— Алекса, а кто вы? — он с любопытством посмотрел на нее. — Только не надо рассказывать мне сказки о том, что вы просто какая ни будь богатая дамочка.
— Почему же мне ею не быть?
— Нет! Тут все намного круче. Вы все здесь не просто обычные богачи.
Она мягко рассмеялась, услышав это уверенное заявление.
— Может ты и прав, Рыжий. Может ты и прав.
— Я тут походил, послушал. Только один черный ворон чего стоит. Влетел в окно, сел на подоконник, а потом спрыгнул на пол и превратился в мужика. А потом как ни в чем не бывало протопал в коридор, — Рыжий до сих пор не мог переварить это. — У нас челюсти так и по отпадали. Слушайте, а кто он?
— Это мой друг, — ответила Алекса. — Как ты сам понимаешь, друг не обычный. Знаешь, Рыжий лучше бы вам с друзьями не трепаться об этом.
— Да, я уже понял, что здесь все серьезно. Слушайте, Алекса — вы что ночной дозор что ли?
— А может дневной?
— Н-е-т, — протянул он. — Думается мне, что вы хорошие парни, так что — ночной.
— Ну логика железная, — Алекса весело улыбнулась, — Но ты прав, мы — хорошие парни.
— Ну и…? — нетерпеливо спросил он.
— Ну и мы сражаемся против зла.
— Да! Хорошо объяснила, нечего сказать, — хмыкнул Рыжий. — А против кого вы именно сражаетесь?
— Против плохих парней, — улыбнулась она.