Брачный приговор (СИ)

- Слушай, Лекс! Слушать придется долго и внимательно.
И я слушал, слушал каждое слово. И с каждым поворотам ее рассказа, я испытывал гамму новых чувств. А когда она закончила, я просто не мог поверить в услышанное.
Глава 57
Я сбежала еще до казни отца и бежала я в сторону леса, за которым скрывалась рыбацкая деревушка.
Всю дорогу я плакала, спотыкалась и падала, и винила себя. Когда глаза уже болели от слез, а ноги от ходьбы, я успокоилась, во мне словно закончились силы рыдать.
Тогда я почувствовала на себе чей-то взгляд. Но, будучи в состоянии полной апатии, я пропустила это.
К вечеру я дошла до деревушки. Вот только что делать дальше, я не знала. Мой живот урчал, я мечтала хотя бы о кусочке хлеба, но была слишком гордой, чтобы просить помощи.
Так я начала слоняться по деревне, пока не добрела до таверны, из которой пахло алкоголем и едой…
Не зная, что делать дальше, я встала, вдыхая запах еды, и почти решилась войти и попросить помощи, как почувствовала, что со спины меня кто-то прижал к себе.
Я обернулась и увидела перед собой мужчину средних лет, с повязкой на глазу, а рядом еще одного с седой неухоженной бородой.
- Какая красотка, начал первый. Что ты здесь делаешь, в таком виде, совсем одна?
Вид у меня на самом деле был жалкий, порванное от веток платье, взъерошенные волосы и красные припухшие глаза.
- Я путница, – ответила спокойно. – Хочу попросить ночлега и еды.
В тот момент, должно быть, разум и страх уступали место горечи и апатии, я совершенно не чувствовала опасности.
- Мы поможем тебе, деточка, – сказал мужчина с седой бородой. - Дадим кров и еду, чтобы ты могла продолжить путь.
Оба мужчины гадко улыбнулись, но я не увидела этого и пошла вместе с ними. Шли мы как-то странно, какими-то заковыристыми путями.
Между домов и маленьких деревенских магазинчиков. Деревушка оказалась больше, чем я предполагала.
- Вот здесь пойдет? - сказал один из них, когда мы шли по узкому темному проулку.
- Здесь ваш дом? – задала я глупый вопрос, от которого сама же растерялась.
Мужик с повязкой прижал меня к себе спиной. Я закричала, но он тут же закрыл мой рот.
- Сладенькая, мы прекрасно проведем время, - сказал второй с бородой, облизываясь и задирая подол моего платья.
Я пыталась отбиваться, но мое хрупкое истерзанное тело было не способно дать отпор двум сильным мужчинам.
Думаю, они бы использовали меня и убили, ведь изнасилование это преступление. А так скинули бы мое тело в речку, а после всего сказали бы, что я утопилась.
Вот только ночи любви не случилось, одного из мужчин словно оттащило от меня в сторону, и он стукнулся об стену одного из домов.
Второй тоже вскрикнул, а я упала испуганная, но когда подняла голову, страх словно ушел. Статная старуха с длинными белыми волосами изучающе смотрела на меня.
- Ведьма! – заверещал один из них, но тут же захрипел, лишившись голоса.
- Ай-яй-яй, – сказала она красивым, как ручеек, голосом. – Вы считаете, что можете обижать слабую девушку, имея в штанах сучки, которые называете своим достоинством?
Даже в темноте я видела, как она вздернула бровь, а после рассмеялась. Я смотрела с открытым ртом, словно завороженная ее силой и статью, с которой она держалась.
- Думаю, тем, кто не умеет пользоваться мужским достоинством, оно ни к чему, – сказала задумавшись, а после что-то прошептала и взмахнула рукой. – Отныне ваши сучки, лишь завядшие палочки.
Мужчины вскочили на ноги и побежали прочь, что было сил. Она не пыталась удержать их.
Старуха повернула голову в мою сторону, я смотрела в ее ярко светящиеся голубые глаза, в них было что-то доброе и потаенное.
- Как твое имя, дитя? – обратилась она ко мне.
- Каралин Лейнтон, – ответила честно, у меня даже и мысли не было соврать ей.
- Где твоя семья?
Сердце сжалось от боли.
- У меня нет семьи.
Старуха покачала головой.
- Я тоже потеряла свою семью, – с болью сказала она. – Мы могли бы помочь друг другу.
И мы помогли. Сейчас будучи взрослой, я бы испугалась, увидев самую могущественную черную ведьму, но тогда неопытная и совсем глупая, я потянулась за ней, о чем не пожалела.
 
Нифида была последней в своем шабаше и вся сила перешла к ней. Она была одинока и стара. Жила в лесу, как и положено ведьме, лечила животных и выращивала самые необыкновенные растения.
У меня не было магии, ни крупицы. Она давала мне понемногу совей и учила ею пользоваться. Познав, что такое магия, я уже не смогла от нее отказаться. Она грела, делала меня сильной и давала возможность…приносить пользу!
Этому меня Нифида и учила – приносить пользу другим. Для этого и нужна магия и неважно светлая она или черная.
Мы варили зелья. В город я не ходила, только Нифида, она продавала эти самые зелья и покупала для меня красивые платья, которые мне некуда было носить. А еще различные гостинцы и книги.
Однажды в наш лес забрели молодые лорды. Ради развлечения они стреляли дичь.
Нифида позволяла честную охоту бедным крестьянам ради еды, но ради развлечений и мехов она не позволяла убивать невинных животных.
Ведьма запутала их пути, и заставила ходить кругами, и выпустила лишь тогда, когда они устали.
Естественно, охотники не смогли подстрелить ни одну птицу, что очень их оскорбило. Они решили, что возвращаться без добычи вовсе, намного больший позор, чем вернуться хотя бы с какой-то добычей.
Оружие прогремело резко, даже мы с Нифидой не успели помочь их, казалось бы, бесполезной цели – маленькому ворону, так неудачно заснувшему на ветках одного из деревьев.
Маленький птенчик упал практически замертво.
- Фу.
Только и сказал один из них, пиная еле дышащее тело ногой.
- Я думал, это дрозд, - ответил ему второй. Он хотел придавить Ворона ногой, но Нифида вовремя активировала заклинание. Всю обратную дорогу они бежали из леса, гонимые ветвями, которые хлестали их по задницам.
Я кинулась к маленькому птенцу, и Нифида вместе со мной. Птенчик еще издавал какие-то звуки, но слабо.
Нифида прочитала заклинание, для излечивания, а после покачала головой.
- Его не спасти, Кара. Этот вороненок настоящий боец, удивительно, как он еще жив.
По моим щекам потекли слезы, эта маленькая птичка напомнила мне меня. Я подумала, что мы бы стали отличными друзьями, ведь вороны очень умные птицы.
Положив руку на его маленькое все еще бьющееся сердечко, я желала видеть его живым и здоровым, и магия, которую Нифида вливала в меня по капле, откликнулась.
Я почувствовала тонкую ниточку, а после – связь.
- Кар-р-р, – сказал он, подскакивая и рассматривая меня во все глаза.
Я улыбнулась, чувствуя тепло, исходящее от него. Я боялась, что Нифида разозлится, но она лишь улыбнулась.
- Теперь он твой магический спутник, Кара, твой фамильяр, и ты за него в ответе.
И я начала заботиться о нем, обучала говорить. Даже Нифида удивлялась интеллекту Ворона. Она часто говорила, что даже для фамильяра этот вороненок необычайно умен. А еще он был для меня родным.
Казалось, мне никто не был нужен в целом мире, только Нифида и Ворон. Бывало, я тосковала по родным, по сестре и вспомнила тот день, проведенный с охотником на берегу.
И ненавидела себя за эти воспоминания.
Вот только времени наслаждаться у меня оказалось немного: Нифида вскоре умерла. Я не могла поверить в такую утрату.
Я узнала о ее смерти проснувшись рано утром от всплеска силы. Верховная ведьма передала всю силу умершего шабаша мне, вместе с книгой артефактом.
Теперь мне пришлось выходить в деревню, чтобы продавать зелья. Ничего страшного я не продавала, только лекарства от мигрени или от зубов.
В один такой поход, мне суждена была судьбоносная встреча. Я повстречала Оливию. Она пыталась обворовать какого-то рыбака, но не удачно – тот поймал ее с поличным.
Я заступилась за сестрицу.
- Я думала, ты умерла! – сказала испуганно сестре.