Дневники Киллербота (сборник)

Я решил, что он хочет снова посмотреть «Первооткрывателей». Или что нашел новый сериал. Но он сказал:
«Сейчас обсуждается новая миссия, и может потребоваться твоя помощь».
Хм… Я ответил первое, что пришло в голову:
«Вряд ли твоим людям это придется по душе».
«Я обсужу это с ними».
Я промолчал. Не стал даже иронизировать над уверенностью ГИКа в том, что он убедит в своей правоте любого.
Не знаю, могу ли я доверять людям ГИКа и хочу ли. Но раньше меня никто не спасал, не считая доктора Мензах, когда она отправилась за мной в жилмодуль «Дельты», а ГИК готов был ради меня стереть колонию с лица планеты, и видео с людьми, составляющими план моего спасения, значило для меня… очень много, учитывая, что конструктов вроде меня создали с таким расчетом, чтобы бросать при необходимости на месте происшествия.
«Я знаю, тебе трудно принимать решения, так что я не требую ответа прямо сейчас», – сказал ГИК.
«Вовсе мне не трудно принимать решения, ты просто гну…» – начал я, но в этот момент как раз вернулся обратно в свое тело. И конечно же, уровень производительности немедленно рухнул, я свалился в принудительную перезагрузку.
Очнулся я на столе в медотсеке. Я снова подключился к сети, и у меня осталось пять дронов, включая того, которого забрали из космопорта, я также был подключен ко всем камерам корабля. Мартин, Кариме и Тури находились рядом, в медицинском изоляторе, и в сети вместе с остальными людьми. Ратти и Тиаго были в кают-компании рядом с камбузом, вместе с Сетом. Оверс – в инженерном отсеке с Маттео, Тариком и Кайди, изучала сканы остатков инопланетной штуковины с двигателя ГИКа. Выяснилось, что ГИКу понадобится помощь людей в дезактивации, прежде чем он сможет пройти через червоточину, и это не очень хорошая новость. Если появится подкрепление «Бариш-Эстранцы», у нас будут проблемы. Арада с Айрис были на командной палубе. Автостраж № 3 – тоже в кают-компании у камбуза, торчал в углу, прислушиваясь к разговорам людей.
Амена… Амена сидела на стуле рядом с медплатформой и листала по сети каталог Пансистемного университета.
– Я включился, – сообщил я.
Она улыбнулась.
– Скажу всем.
Я сел. Медсистема закончила начатое людьми, и уровень моей производительности снова вернулся к девяноста восьми процентам. На мне был халат, как на раненых людях, но дроны нашли мою одежду, почистили ее, починили и сложили на каталке.
– ГИК попросил меня присоединиться к его экипажу в одной миссии, – брякнул я, не успев как следует подумать.
ГИК слушал, как всегда, и таким образом я высказал ему, что думаю. По каким-то причинам оказалось проще сообщить об этом именно Амене. Может, потому что она умудрилась влезть в наши с ГИКом «отношения», так сказать.
Амена отвлеклась от сети и нахмурилась.
– И надолго?
– До выполнения задачи.
Но у меня было чувство, что ГИК считает это первым шагом для более долгих… связей.
На лбу Амены появились складки подозрений.
– Только одной задачи? Похоже на то, как приглашают пожить у кого-то во время отпуска и притереться друг к другу, прежде чем отношения станут серьезными.
– Я не знаю, что это означает, – сказал я, заметив, что ГИК не встрял, чтобы заявить, как она ошибается, а он непременно это сделал бы, если бы она и впрямь была не права. Однако она не ошиблась. – Но такое возможно.
Амена призадумалась.
– Пожалуй, я не удивлена. А ты что чувствуешь по этому поводу? – Видимо, выражение моего лица изменилось, потому что она закатила глаза. – Ох, прости, мне не следовало употреблять ужасное слово «чувствовать».
Никак не могу понять, за что ГИК так любит подростков.
– Не знаю, – ответил я.
– А… что, по-твоему, скажет моя вторая мама?
Я понятия не имел.
– А ты что скажешь?
Она фыркнула.
– Я уже начала к тебе привыкать. – Дрон показал, что она меня рассматривает. – Но мне это кажется неплохой идеей. Разве что… ГИК иногда работает в Корпоративном кольце, так? Не во всех миссиях он отправляется к потерянным колониям вроде этой.
– Это стоит принять во внимание.
 
Хотя я подозревал, что полеты ГИКа в одиночестве в качестве грузового корабля – не что иное, как сбор разведданных обходным путем, чтобы не подкопался корпоративный мир.
Мысль о моем возвращении в Корпоративное кольцо явно не обрадовала Амену. Я тоже был от этого не в восторге.
– Думаю, ГИК очень тебя ценит, – медленно произнесла она. – Ты, наверное, уже слышал… Он загрузил на исследовательский корабль вирус только потому, что иначе пришлось бы посылать тебя, чтобы вызволить Айрис и остальных. То есть он послал вирус на опасное задание вместо тебя. Конечно, ты и так был в опасности, но в то время мы этого еще не знали. – Она немного поколебалась и добавила: – Вряд ли он пригласил бы тебя с собой в миссию, если бы не считал, что это пойдет тебе на пользу, понимаешь?
Нет, я по-прежнему не понимал.
Еще через три цикла остальные люди тоже покинули медотсек. Команду «Бариш-Эстранцы» отправили обратно на корабль Леониды, на их же шаттле. Никто больше не пытался захватить заложников, что было весьма необычно в такой ситуации, но и подкрепление «Бариш-Эстранцы» пока что не прибыло.
Двигатель для червоточины на корабле снабжения еще не починили, и он болтался неподалеку от нас, просто на всякий случай – вдруг кто-нибудь еще вздумает атаковать. А еще хотел удостовериться, что мы не собираемся украсть у них колонию. Хотя именно это и собирались сделать ГИК и его команда. Если получится. Люди почти все время обсуждали, как поступить с колонистами, как обеззаразить колонию и каким образом всех переселить, если потребуется. ГИК не станет этим заниматься, но его экипаж даст рекомендации университетскому отряду по обеззараживанию, когда он прибудет.
Из-за заражения инопланетными реликтами выдвинутые университетом судебные претензии больше не имеют смысла, сказала Кариме, и это серьезная проблема. Им понадобится помощь, чтобы оспорить притязания «Бариш-Эстранцы». Корпорация отправила через червоточину сообщение на базу, а ГИК – университету. И теперь мы ждали, кто появится первым.
А кроме того, была еще проблема с беглым автостражем на борту, и на сей раз не со мной.
Он занимался в основном тем же, чем и на корабле «Бариш-Эстранцы», то есть стоял на посту или патрулировал корабль. Правда, ГИК заставил его снять броню и сдать оружие и, как я подозреваю, просветил насчет того, что случится, если он вдруг решит пострелять из встроенных излучателей.
Амена и Ратти предлагали мне помочь ему «привыкнуть», что бы это ни значило. Но на его месте я бы предпочел, чтобы меня оставили в покое. И если он пока еще не садится на стул по собственному желанию, то, вероятно, и к разговору не готов.
Знаю, знаю, звучит так, будто я пытаюсь выдумать предлог не делать то, чего делать не хочу, но что есть, то есть.
А в конце третьего цикла, когда люди по большей части спали, я заметил, что он повсюду таскается за мной. Я решил, что он хочет поговорить. Остановился в пустом коридоре лицом к стене и спросил:
– В чем дело?
Он постоял 0,6 секунды со стандартно-нейтральным выражением лица. Дроны кружили в режиме ожидания над нашими головами. Потом его лицо немного расслабилось.
– Я видел твои файлы, – произнес он.
– 2.0 мне говорил.
– Но история не закончена.
– Потому что я пока жив.
– Ты продолжил исполнять обязанности, после того как взломал модуль контроля.
– Целых тридцать пять тысяч часов. – У меня вдруг возникло нехорошее предчувствие. – Ты хочешь вернуться обратно.
Он снова поколебался.
– Нет, не хочу. Я… не могу вернуться. Но не знаю, чем заняться.
Вот и хорошо. Нам необязательно становиться друзьями только потому, что мы оба – беглые автостражи, но я знал, что если он вернется, то погибнет. Я взломал модуль контроля и продолжал работать, потому что не знал, чем еще заняться, разве что начать все крушить и убивать всех подряд, но это помешало бы смотреть сериалы. Однако это совсем не то же самое, что сбежать и вернуться.