Дневники Киллербота (сборник)

Если вы только что прибыли на капсуле и наткнулись на свору Целей, дерущихся друг с другом в зале посадки, то наверняка побежите в очевидном направлении – в вестибюль лифта. И тут обнаружите, что энергия отключена и капсула неактивна, а вы застряли внизу. Я послал дрона рассмотреть человека пристальнее.
И получил четкое изображение человека, скрючившегося за стеклянной стеной. Это была Айрис, из экипажа ГИКа.
Ух ты! ГИК будет рад.
Айрис была худенькой и миниатюрной, более худой, чем Ратти, и немногим выше Амены. Пышную кудрявую шевелюру она стягивала сзади лентой. На ней были толстовка, брюки и мягкие туфли в синих цветах ГИКа, на коленях и локтях пятна, ладони исцарапаны, а на левом предплечье уже выцветающий синяк, но вроде никаких серьезных ран.
Дрон подкрался к ней ближе, завернул за угол и пролетел по короткому коридору в лифтовой вестибюль. Там обнаружились остальные.
Четыре человека затаились у стены рядом с входом в капсулу. Они вскрыли панель управления и ковырялись в ней не подходящими для этого инструментами при свете крохотного фонарика. Видимо, пытались открыть дверь лифтовой шахты и вскарабкаться наверх.
Ну, это будет непросто.
«Оверс, как у вас дела?» – спросил я.
«У нас все в порядке, – отозвалась она. – Нашел что-нибудь?»
Камера дрона показывала, что они с Тиаго по-прежнему в вестибюле ремонтной капсулы, обыскивают шкафчики.
Я отправил им изображение с дрона – схватку Целей и команду ГИКа. Послышались тихие, но возбужденные восклицания.
«Мы можем их вытащить через лифт, каким-то образом включить энергию?» – спросил Тиаго.
«Не получится, – вмешалась Оверс. – Придется найти электростанцию и запустить ее. Но если мы сумеем забраться в шахту над ними и открыть дверь на их уровне изнутри…»
Мне этот план не понравился. Мы не знаем, как долго уже длится сражение, и оно в любой момент может закончиться, а победитель захватит оказавшихся в ловушке людей.
«Это займет слишком много времени, – сказал я. – И капсула блокирует шахту. У меня есть идея получше».
Ну, по крайней мере, тогда мне так казалось.
Труднее всего было перебороть тысячи часов тренировок и опыта, да и здравый смысл, говорящий, что нельзя давать человеку оружие, а уж тем более приказывать им воспользоваться. Хотя имелись в виду безобидные хлопушки, а человеком была Оверс, которая никогда не паникует. И все же…
Она последовала за дроном на балкон, который я обнаружил. Ужасная позиция для снайпера, но сойдет для этой задачи. Я остался с Тиаго в коридоре нижнего уровня, по которому, будем надеяться, мы смоемся. В отсутствие сети мне пришлось создать через дрона прямое соединение с Приманкой-01 и Приманкой-02. Дрон установил соединение семнадцать секунд назад, так что мы начнем, как только Оверс окажется на позиции. И как раз вовремя, потому что 1,4 минуты назад в зоне второй заварушки, в коридорах к востоку от зала прибытия, наступило затишье, а сейчас мне меньше всего было нужно, чтобы Цели объявили перемирие и прекратили стрелять друг в друга.
Тиаго, стоящий рядом со мной за опорной балкой, выглядел напряженным.
– Уверен, что у тебя получится? – спросил я вполголоса.
– Уверен. И оттого, что ты будешь спрашивать меня снова и снова, лучше не станет.
Ну, тут он точно не ошибся. Проблема была главным образом во мне, я чувствовал себя виноватым, попросив о помощи, хотя и старался устроить все так, чтобы люди не попали под обстрел.
Дроны показали, что Оверс добралась до выхода на балкон. Она опустилась на колени и подползла к низкой стенке.
«Полная готовность», – сказал я по сети.
Тиаго собрался с духом.
Как только Оверс зарядила все три хлопушки, я бросился бежать. Она метнула хлопушки через ограждение за две секунды до того, как я достиг входа в зал прибытия. Еще на лету хлопушки взорвались. Вспыхнул свет, словно молния в биозоне, и от стен зала эхом отразился грохот. Я уменьшил чувствительность слуха и прикрыл фильтром глаза, но все же увидел и услышал. Естественно, для меня эффект не был настолько же катастрофическим, как для Целей в другом углу зала. Они завизжали, заорали, упали на пол и начали палить из оружия куда придется. Я пробежал пятнадцать метров вдоль задней стены и обогнул стеклянную перегородку, отделяющую проход от вестибюля лифта.
 
Когда я метнулся вдоль стены, Айрис попятилась и чуть не упала из-за укрытия.
– Не выходи на линию огня, Айрис, – сказал я, остановившись.
Знаю, знаю, у меня плохо это получается. Работая по контракту, я бы сказал: «Пожалуйста, не пугайтесь, я ваш автостраж. Вы в опасности. Пожалуйста, немедленно перестаньте… (вставить название той глупости, которую они сейчас делают)».
Цели в вестибюле лифта вслепую палили друг в друга, убежденные в том, что это другая сторона запустила хлопушки перед атакой. Остальная команда ГИКа по-прежнему трудилась над панелью управления капсулы в глубине вестибюля, они отреагировали на шум, но не слышали, как я вошел.
– Здесь вас только пятеро. А где остальные?
– Ты кто?
Тяжело дыша, Айрис отпрянула от стены, но не запаниковала. Я заметил, как выражение ее лица изменилось с перепуганного и злого до смущенного, когда она узнала мой защитный костюм.
Оверс вместе с дронами помчалась по коридорам верхнего уровня, обратно к ремонтной капсуле, чтобы подготовиться к отходу. Тиаго ждал в коридоре, нетерпеливо подергивая коленом.
– Я позаимствовал костюм на твоем корабле, который послал меня вас вытащить, – сказал я. – Где остальные трое?
Она неуверенно и с опаской нахмурилась.
– Не сумели выбраться с корпоративного корабля. Нам помогла удрать одна колонистка, когда нас переводили на капсулу космопорта. Мы не смогли… – Она хорошо владела собой, но тут ее голос дрогнул. – Она сказала, их спасать уже слишком поздно. Ее тоже убили в доке, прежде чем я поняла, что случилось… – Она замолкла, уставившись на меня. – Если тебя послал наш корабль… То откуда? Откуда ты взялся?
Сканирование не показало каких-либо аномальных источников энергии.
– Тебе ведь не вставили имплант? – на всякий случай поинтересовался я. – Покажи затылок.
Она рассвирепела, что вполне понятно.
– Я не собираюсь поворачиваться затылком к незнакомцу, которого только что встретила на враждебной планете.
Я бы, конечно, мог возразить, что у меня вообще-то оружие, но не хотел начинать общение с людьми ГИКа с угроз, в которых не было необходимости. Это просто выглядело непродуктивно.
– Так сказал бы любой человек с имплантом, – произнес я. – Любой незнакомец на враждебной планете, которого я пытаюсь спасти.
Выражение ее лица было очень близко к сердитому, но она явно поняла, что моя просьба вполне разумна.
– Нет у меня импланта. Они вставили импланты людям из команды исследовательского корабля, но не нам.
Она повернулась, приподняла волосы и показала.
– Мне придется прикоснуться к твоей спине. Это быстро. – Я подошел поближе и отвернул ворот ее толстовки. Раны там не было. Я шагнул обратно. – Чисто. Примерно через пять минут ты вместе с остальными должна выйти отсюда вместе со мной, повернуть налево и бежать по первому коридору. Там встретишь человека в форме Перигелия. Следуйте за ним и делайте, что он скажет.
Она развернулась, поправила волосы и оценивающе меня оглядела.
– Ты автостраж?
Этот вопрос всегда звучал немного неловко. И первым моим побуждением было соврать, ведь мы с ней незнакомы, разве что она – человек ГИКа, а потому у меня вырвалось:
– С чего ты взяла?
Знаю, знаю.
Она только еще больше уверилась в своей правоте.
– Ты автостраж Пери.
Ого, а люди дали ГИКу забавное уменьшительное прозвище. Я тут же сохранил его в архиве.
– Я не автостраж Перигелия, – ответил я, а потом все испортил, добавив: – Все, что он обо мне говорил, неправда.
Она подняла брови.
– Но ты автостраж, о котором рассказывал Перигелий?
Значит, ГИК рассказывал обо мне всем этим людям.