Дневники Киллербота (сборник)
– Я пытаюсь создать безопасную зону.
– Он пытается создать безопасную зону, – сказала Амена, повернувшись к Расу.
Он снова перевел взгляд с нее на меня и обратно, я шагнул мимо него и посмотрел в проход. В перекрестке моргнули и пропали три моих дрона. Я бросился вперед, перекатился по коридору до перекрестка и выстрелил в двух поджидающих там вражеских дронов из излучателя левой руки. Один упал на палубу, второй завихлял в воздухе. Я поднялся и разбил его о переборку.
Дрон-разведчик № 2 в вестибюле у командной палубы записал, как Цели снова приближаются к задраенному люку. Неужели они думают, что мы или еще кто-то внутри? Они говорили без автопереводчика, и я не мог понять разговор.
Я велел основной формации дронов лететь дальше по коридору, к медотсеку, и убедиться, что там чисто.
– Бегом! – велел я людям.
Никто не стал спорить, все быстро похромали за мной.
Мы прошли по двум коридорам, повернули и оказались на месте. Стол медсистемы был обесточен и тих, хирургическая система свернута к потолку, и никаких следов медицинских дронов. Странно было снова увидеть это место. Не в плохом смысле странно, просто странно. Именно здесь ГИК внес изменения в мою конфигурацию, чтобы помочь мне сойти за человека, когда он спас мою клиентку Тапан.
О-хо-хо, эмоции…
Я проверил отсек, просканировал туалет, душевую, морг и другие примыкающие помещения, убедившись, что там нет вражеских дронов или еще каких неопознанных враждебных объектов. Люди стояли в центре комнаты и с напряжением наблюдали за мной.
– Оставайтесь здесь, – сказал я, закончив с обыском.
Я оставил один дрон в качестве передатчика для связи с Аменой и ушел, закрыв за собой люк.
Послав дронов вперед, я побежал за ними, к люку на противоположной стороне модуля. Если Цели вычислили, что я делаю, этот люк – ближайший к вестибюлю командной зоны, где они сейчас собрались.
Добравшись до люка, который собирался задраить, я рискнул высунуться в короткий проход к следующему отсеку. Органическая нервная ткань засекла движение, и я тут же опустил люк и задраил его вручную. Оставил дрона в карауле и помчался к последнему люку.
Люди в медотсеке по-прежнему кучковались вместе.
– Ты можешь сказать, что он делает? – прошептала Элетра.
– Задраивает люки, он же сказал, – ответила Амена.
Рас выглядел раздраженным и нетерпеливым, но спорить не стал.
Третий люк вел в смежный отсек, откуда имелся запасной проход в инженерный модуль. Этот люк уже был закрыт и задраен, но я все равно спалил панель ручного управления. В других отсеках корабля я уже потерял все дроны, кроме четырех: Разведчик № 1 был заперт в кают-компании на командной палубе вместе с двумя мертвыми Целями, Разведчик № 2 завис у потолка вестибюля, присматривая за Целями, собравшимися у задраенного люка, а дроны № 3 и № 4 держались у потолочных балок в ближайших коридорах.
Я пошел обратно в медотсек, позволив сопровождающим меня дронам-наблюдателям немного рассеяться. В теле что-то болело, пришлось приглушить болевые сенсоры.
В коридоре у медотсека я разделил дроны на два взвода и отправил их в противоположные стороны. Следовало проверить этот отсек и убедиться, что я не запер здесь вместе с нами какую-нибудь дрянь, но сначала мне нужно было узнать кое-что другое.
– Что происходит? – спросил Рас, как только я вошел в медотсек. – Он посмотрел на Амену, по-прежнему не понимая, к кому обращаться. – Мы здесь в безопасности?
Я знал обычный размер экипажа ГИКа – только командный состав насчитывал восемь человек плюс меняющиеся преподаватели и студенты. После краткой разведки я убедился, что в последнее время в медотсеке никого не лечили, а в морге не было мертвецов. И это хорошо, если только тела не выкинули в космос. Я знал, что по этому поводу почувствовал бы ГИК.
– Где команда корабля? – спросил я.
Рас снова посмотрел на Амену. Она нахмурилась и обратилась ко мне:
– Я думала, они и есть команда.
– Нет, – сказала Элетра. Она тоже выглядела запутавшейся. – Мы с корабля компании «Бариш-Эстранца».
Амена повернулась к Расу и Элетре.
– Так где же команда этого корабля?
Рас сердито покачал головой.
– Слушай, ты еще совсем молода. Я так понимаю, автостражу приказали тебя охранять, но…
Амена саркастически фыркнула.
– Я ему даже не нравлюсь.
Признаю, люди меня раздражают, но она была несправедлива, потому что первой меня невзлюбила.
– Если ты велишь ему подчиняться нам, – сделал еще одну попытку Рас, – станет куда проще.
Элетра кивнула:
– Так будет лучше. Похоже, ты плохо понимаешь, как им управлять.
Амена нетерпеливо взмахнула руками:
– Слушайте, дело не…
Я понял, что настало время установить кое-какие оперативные параметры.
Я пересек комнату, схватил Раса за грудки, прижал к медплатформе и потребовал:
– Отвечай на вопрос.
За моей спиной съежилась и попятилась Элетра.
– Автостраж! – выкрикнула Амена. – Мама рассердится, если ты его покалечишь!
Ах вот как, мы решили прибегнуть к такой тактике?
– Ты явно не в курсе, что твоя мама думает о корпорациях, – ответил я.
– Мы не знаем, где команда! – лихорадочно выпалила Элетра. – Рас, скажи ему, что мы не знаем!
– Мы не знаем! – просипел Рас.
– Это правда или вы только что это сочинили? – спросил я.
– Это правда, – выдохнул Рас. – Мы не знаем, что с ними случилось.
– Честное слово, мы не знаем, – добавила Элетра, достаточно убедительно. – С тех пор как мы попали на борт, мы никого не видели, только этих… этих людей.
Я выпустил Раса, и он отполз к Элетре в дальний угол комнаты. На его лице было напуганное и удивленное выражение.
– Прекрати быть таким гнусным, – зашипела Амена.
– Я просто пытаюсь сохранить тебе жизнь, – сказал я совершенно спокойно, понизив голос, как будто и вовсе не расстроен.
– Я это ценю, но… – Она покосилась на меня. – Ты паршиво выглядишь. Уверен, что все в порядке? Тот дрон тебя крепко приложил.
Ну да, но сейчас я ничего не могу с этим поделать.
– Нужно заняться твоей ногой, – сказал я. – Но не включай медсистему. Ее контролировал… – Почти на десять секунд я забылся. – Бот-пилот. Его взломали, прежде чем… уничтожили, иначе он убил бы налетчиков. Но что-то управляет кораблем, ведет нас через червоточину, и оно же может контролировать медсистему.
Амена бросила встревоженный взгляд на молчаливую медплатформу. Рас и Элетра тоже.
– Я не знала, что бот-пилот способен убивать людей, – сказала Амена.
– Боты почти так же опасны, как люди.
Знаю, знаю, из всех возможных аргументов этот войдет в пятерку самых идиотских.
Амена озадаченно уставилась на меня.
– Хорошо, никакой медсистемы. Наверняка где-то есть обычные медицинские принадлежности.
– Воспользуйся наборами неотложной помощи из того шкафчика. А мне нужно закончить осмотр отсека.
А по нашей частной сети я добавил:
«Оставлю тебе несколько дронов».
Я выделил из отряда восемь дронов и велел им остаться с ней.
Глаза Амены округлились, она заколебалась. Три секунды я не мог понять почему. Она не испугалась, когда я схватил Раса, тогда выражение ее лица было скорее раздраженным. А потом я сообразил – она не хочет со мной расставаться. Но затем она резко выдохнула.
– Хорошо, – сказала она.
И добавила по сети:
«Дроны – это замечательно. Всегда об этом мечтала».
Я мог бы ответить «Только не говори, что я ничего тебе не дарил», и мы обменялись бы бодрящими подколками, как в сериалах. Но я ходил по трупу ГИКа, так что меня невозможно было взбодрить.
«Я буду на связи», – ответил я.
Я вышел, направившись к жилым каютам. Разведчик № 2 в вестибюле командной палубы по-прежнему следил за спутанным и оживленным разговором Целей. Постойте-ка, а ведь в их шлемах что-то изменилось. Я отмотал видео назад и увидел, в чем дело: цвет поменялся с тускло-серого на такую же пятнистую стелс-расцветку, как у вражеских дронов. Цели тоже это заметили, тыча друг в друга пальцами и комментируя случившееся, но это явно не было для них чем-то из ряда вон выходящим.