Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

– Пра-авда? – сквозь всхлип спросила я, недоверчиво прищурившись.
– Правда. Куда нам торопиться? Успеем ещё. Прости, хотел тебя поддразнить немного, неудачно вышло. Я сам ещё в себя до конца не пришёл. Ну, хочешь мармеладку, только не плачь.
Мимо нас проходили какие-то люди, глядя огромными глазами на самого главного имперского дознавателя, который, наплевав на их удивление, воркует над ревущей ушастой ящерицей.
– Хочу! Нет, это детям! Там ещё полно в вазочке было, а вы меня утащи-и-или, – запричитала я. Я и так вся бедная-несчастная, а тут ещё и не удалось полакомиться досыта, и от этого слёзы лились ещё сильнее.
– Я тебе целую корзину мармелада куплю. Две! Три корзины – и ты прямо сейчас перестаёшь плакать.
– Я лопну! – но плакать прекратила моментально. Это было очень сложно, я ещё повсхлипывала немножко, но больше уже не рыдала. – Ладно, три корзины и никакого разговора о замужестве… ммм… – я задумалась и тут же получила подсказку:
– Неделю.
– Год! – возмутилась я.
– Десять дней, – начал торговаться дракон. – Платок, – он протянул ладонь к одному из лакеев, стоящих возле какой-то роскошно украшенной двери. Моментально получив требуемое, вытер мою зарёванную мордочку, вернул платок владельцу и зашагал дальше.
– Одиннадцать месяцев, – ладно, поторгуемся.
– Две недели…
В итоге сошлись на двух месяцах и десяти днях. Маловато, конечно, но хоть что-то. А то словно киянкой по голове – чей поцелуй разбудит крылья, за того и замуж выходи! А он мне ещё даже цветочка несчастного не подарил! Тоже мне, жених!
Ну, хоть мармелад пообещал, и то хорошо. А раз обещал, то не обманет, почему-то я была в этом абсолютно уверена.
А мы всё шли и шли, я давно потеряла направление и хотя бы малейшее представление, где мы находимся, даже не знала, куда мы вообще сейчас идём. Но спокойно сидела у дракона на руке, даже невидимой не становясь – было уже наплевать на взгляды, кажется, скоро и так всем станет известно, кто я такая. Пусть глядят, лишь бы не трогали.
Чуть отстранившись и вытянув шею, я заглянула дракону в лицо. Он глядел вперёд, снова надев ледяную маску, потом, видимо, почувствовав мой пристальный взгляд, опустил глаза и широко мне улыбнулся. Я тут же улыбнулась в ответ, вот не получалось у меня иначе, его улыбка была такой заразительной.
Но, видимо, только для меня. Потому что, послышался сдавленный вдох удивления, и, оглядевшись, я увидела, как все те, кто шёл по своим делам или просто находился неподалёку и мог нас видеть, почему-то дружно отшатнулись с ужасом в глазах. Странные какие-то. Ну вот как можно бояться лорда Корбеда, когда он так улыбается?
А учитывая, какой он красивый… Им любоваться нужно, а не отшатываться. Хотя, может, окружающим плевать на его красоту, потому что они сплошь мужчины? Но нет, вон там две горничные замерли со стопками белья в руках, эти смотрят на нас, словно мыши на ястреба. Ну и хорошо, наверное, мне бы не понравилось, если бы они улыбались моему дракону.
А эта мысль откуда взялась? Что такого в том, если бы ему окружающие улыбались? Или не просто окружающие, а именно женщины? Я что, уже настолько лорда Корбеда своим считаю, что уже и ревновать начала? Когда успела-то?
Но всё равно хорошо, что эти девушки ему не улыбнулись. А ведь ему, бедняге, вообще никто не улыбается, кроме меня, Силли и Эйдера, ну, Брандерон пару раз улыбку подарил, только совсем робкую. Я мысленно пробежалась по своей памяти – нет, больше, из тех, кого я рядом с ним видела – никто. Ну, лорд Питаэл улыбался, но это скорее мне и всей ситуации, а не лично лорду Корбеду.
Бедняга, как непросто ему живётся, впрочем, я это давно знала. Но всё равно, пусть ему кроме меня только дети и улыбаются. Ну, ещё мужчины. А девушки пускай пугаются. Мне от этого на душе спокойнее будет.
Но какой же всё-таки красавец! Так-то драконы, во всяком случае, те, которых я видела, очень привлекательные внешне – лорд Питаэл не в счёт, там за морщинами вообще непонятно, как он выглядит, а в молодости вполне мог быть писаным красавцем, – но мой герцог самый лучший из них. И это хорошо. Потому что, это пока я отсрочку выторговала, а пройдут два месяца и десять дней – и снова разговор о замужестве зайдёт.
 
Замуж я не хотела, вот вообще. Слишком рано мне пришлось взвалить на себя все обязанности жены, кроме постельных, слишком рано закончилось моё относительно беззаботное детство. И как ни страшно было оставаться без дома и с детьми на руках, сейчас я принадлежала только себе, и никто был мне не указ – ну, кроме как по работе. Но это другое дело, совсем другое. 
В нашей маленькой семье сейчас именно я была главой, и с тех пор, как попала в дом герцога, вдруг поняла, как же это здорово – что-то решать самой. Не знаю, как бы я рассуждала, если бы до сих пор искала работу в Тонреше, может, тогда бы мне очень хотелось, чтобы кто-то взял на себя заботу о нас, пусть бы вновь пришлось потерять свою свободу. Но сейчас мне нравилась моя жизнь, и что-то менять в ней не хотелось.
Наверное, это потому, что в последнее время и так было слишком много изменений, а сегодня ещё и добавилось. Хотелось, чтобы хоть немного моя жизнь постояла на одном месте, чтобы в ней ничего не менялось, давая мне возможность привыкнуть, обжиться и продышаться прежде, чем двигаться дальше.
Наверное, почти все девушки нашего мира покрутили бы пальцем у виска, посчитав меня идиоткой. Многие отдали бы двадцать лет жизни и все коренные зубы в придачу за возможность выйти за такого жениха – дракон, герцог, родственник самого императора, аж целый главный имперский дознаватель, плюс красавец, каких ещё поискать, и вряд ли найдёшь! А ещё он добрый, надёжный, щедрый, готовый всегда прийти на помощь, с обаятельной улыбкой, отличным чувством юмора и такими ласковыми пальцами. И ещё с кучей, просто огромной кучей достоинств.
Вот чего мне ещё надо-то, а?!
Только время – ответила я сама себе. Совсем немного времени, чтобы привыкнуть к очередным изменениям в моей жизни. Два месяца и десять дней – и я выйду за него замуж. С радостью выйду. Потом, позже. 
А пока – пусть хоть немножечко поухаживает за мной, что ли. Правда, я не очень представляла, как аристократы ухаживают за девушками, может, вообще никак. Но на букетик цветов всё же намекну. Прогулки на закате – тоже неплохо. За ручку подержаться…
Он, правда, и так меня то за руку водит, то на руках носит. Но это он по делу, а я хотела бы ухаживаний. Хоть капельку.
Но он, может, просто не умеет? Женат-то ни разу не был, а любовницам, от которых у него сыновья, он, может, цветы вовсе и не дарил. 
В общем, поговорить нам нужно. Но не сейчас и не сегодня. Пока мне есть о чём другом подумать. 
И тут мне в голову пришло, что кое-чего о своей «истинной и взаимной любви» я не знаю.
– А как вас зовут? – спросила у дракона.
Его принц как-то называл и вроде бы друзья тоже, но по-разному. И оба раза я его имя – или прозвище, – не запомнила. Не до того было.
– Ва́ндерик, – спокойно ответил лорд Корбед. – Для друзей и родственников просто Дэр.
«Вандерик» – красивое имя. Такое же красивое, как и сам дракон. А вот «Дэр» мне не нравится, какое-то оно грубое, рубленное, совсем ему не подходит. Хотя, учитывая, что его «друзья и родственники» – исключительно мужчины, не удивительно.
– Дэр, – раздалось вдруг откуда-то сбоку. Лорд Корбед притормозил, и я увидела, как из бокового коридора быстрым шагом выходит синеволосый дракон, которому меня показывали в поместье герцога. Это он ставил охрану на его поместье. Кажется, он главный императорский маг, или что-то в этом роде. Имя его я вновь благополучно забыла. – Ты что здесь делаешь? А я как раз планировал к тебе ехать, у меня такие новости!
Тут он застыл, глядя на меня, сидящую на руке герцога. И было в его взгляде что-то такое, непонятное. Удивление, неверие, задумчивость и, кажется, капелька восхищения – последнее я только сегодня в глазах лорда Питаэла видела.