Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

– Я управляю огромной империей и, надеюсь, неплохо управляю. А вот собственного сына упустил.
– Я тоже, – лорд Корбед вздохнул не менее тяжело. – И мог потерять навсегда, если бы не Кимми.
– Твоё ушастое чудо, – понимающе усмехнулся император, наливая что-то тёмно-красное из графина в два бокала. – Может, познакомишь нас, наконец?
  
Глава 12. Сыновья.
 
День десятый
– С удовольствием, – и мой дракон расстегнул ещё пару пуговиц так, что я легко смогла выскользнуть на его подставленную ладонь. – Знакомьтесь, выше величество, это мисс Лиор, довольно сильный, хотя и необученный бытовой маг и, по совместительству – временная гувернантка моего младшего сына. Хотя, учитывая то, что я наблюдал в эти два дня – насчёт временной я уже не уверен. Кимми, перед тобой его императорское величество, Сиандерин первый.
Я в растерянности хлопала глазами, пытаясь одновременно уложить в голове слова моего дракона о том, что моя работа гувернанткой Брандерона может стать постоянной, и сообразить, что я должна делать после представления меня самому императору. Как себя вести и что говорить в таком случае, я даже и не представляла, но будь я в своём обычном виде, хотя бы книксен сделала. 
А как это сделать, будучи ящерицей, да ещё и лежащей пузом на ладони дракона? Хоть бы на стол меня посадил, что ли!
Всё это пронеслось у меня в голове за долю секунды, в итоге я склонила голову и сказала, что показалось правильным:
– Мне очень приятно, ваше величество.
Если ляпнула что-то не то – я не виновата! Лорду Корбеду отлично известно, где я выросла, мог бы и проинструктировать на случай чего-то подобного, а не молча пялиться в окно кареты почти час.
Но если я и нарушила какие-то правила этикета – а я точно это сделала! – мне об этом не сообщили. Император внимательно меня рассматривал, чуть склонив голову, никак не реагируя на мои слова, потом усмехнулся:
– Ты был прав – это на самом деле что-то невиданное. И очень странное, хотя и довольно милое. Говоришь, она действует на тебя успокаивающе?
– Верно. Сам не понимаю, как и почему, но успокаиваюсь почти мгновенно.
Это он погорячился, конечно. Там до «мгновенно» – меня гладить и гладить, я помню. Но, видимо, это в сравнение с тем, что было бы, не гладь меня дракон вообще и успокаивайся сам по себе.
– Ну-ка, дай сюда, – и ко мне протянулась императорская рука. – А то я сейчас, кажется, просто взорвусь.
Это что, меня и император гладить сейчас будет? Нет, я не хочу! Не надо!
Только кто бы меня слушал, даже заори я это вслух? Всё, на что я решилась, это слегка съёжиться и втянуть голову в… ну, пусть в плечи, которых у меня нет, когда меня вложили в протянутые руки императора. Хотя мне и показалось, что на какой-то миг рука лорда Корбеда замерла, словно ему тоже не хотелось меня отдавать – но в итоге я всё равно оказалась в чужих руках.
Совсем чужих! Они не были грубыми, спокойно, даже осторожно гладили меня, но расслабиться у меня всё равно не получилось. Я сидела на императорских коленях, вся напряжённая и съёжившаяся, и просто ждала, когда это закончится, уткнувшись взглядом в массивный шкаф с книгами, даже не пытаясь прочесть надписи на корешках. Просто покорно ждала, когда император успокоится и отпустит меня.
– А это что такое? – внезапно раздался в тишине взволнованный голос лорда Корбеда. – Сиандерин, ну-ка, дай сюда!
– Забирай. Всё равно никакого эффекта я не чувствую – до сих пор зол так, что готов связаться с академией и велеть всё же выпороть Кэмэнора, хотя и понимаю, что пользы от этого не будет, – голос императора звучал раздражённо, и он тут же сунул меня в руки моего дракона.
– А вот я сейчас догоню их и сам твоего паршивца выпорю, – голос герцога звучал сдавленно. – Если бы не способность Кимми игнорировать магию – она могла погибнуть! Как можно кидать огненными шарами в такое крохотное создание?
Я ничего не понимала – что случилось, почему он так взвился-то? И именно сейчас, спустя столько времени? Но тут почувствовала, что пальцы дракона обхватили мою левую заднюю лапку и осторожно её поворачивают. Оглянувшись, я поняла, что он внимательно рассматривает мою лапу, которую покрывала точно такая же чёрная копоть, как та, что оставалась на потолке, когда в него врезались посланные принцем огненные шары.
 
Причём, покрывала сверху, то есть, это не от того, что я испачкалась. Это значит, что…
– Ой, он в меня всё же попал, – воскликнула я, поняв, что же случилось. Я вовсе не такая ловкая и везучая, как мне казалось, просто в этом виде к магии невосприимчивая. И если бы не это… – Мне нельзя умирать! Мне ещё брата с сестрой поднимать! – в панике высказала я то, что первым пришло в голову.
– Дэр, успокойся, – голос императора звучал взволнованно.
– Прибью мерзавца, – сквозь зубы процедил лорд Корбед, и я увидела, что он едва сдерживается, чтобы не взорваться. Примерно так же он выглядел вчера вечером – покрасневшее лицо, стиснутые зубы, глаза горят огнём. 
Не раздумывая ни секунды, я выдернула лапу из его пальцев и промчалась по драконьей руке к плечу, где прижалась щекой к его щеке и стала гладить его по лицу и голове, куда получалось.
– Тише, тише, спокойно, всё хорошо, я целая, ничего не случилось, тише, – бормотала я ему в ухо, чувствуя, как ладонь моего дракона привычно наглаживает мою спинку, почёсывает между лопатками и теребит уши. Приятно. Ничего общего с руками императора – те совсем чужие. 
– Потрясающе! – теперь голос императора звучал восхищённо. – Ни за что бы не поверил, если бы своими глазами не увидел. Жаль, что на меня не подействовало, пойду, пожалуй, полетаю, пар выпущу. Потом договорим. Самое главное вроде обсудили, остальное терпит.
И, не прощаясь, император вышел из своего кабинета. А мы остались. Лорд Корбед ещё какое-то время гладил меня – а я его, – пока дыхание и цвет лица дракона не пришли в норму. У императора, кстати, цвет лица не менялся – то ли он себя контролировал лучше, то ли не настолько распсиховался, как лорд Корбед. Всё же заварю я своему дракону успокоительный сбор, а то работа у него нервная. Только травки нужные раздобыть надо.
Когда мы вышли из кабинета – собственно, вышел дракон, а я, всё так же в виде ящерицы, ехала у него на руках, с плеча слезла, когда ему полегчало, – лорд Корбед остановился возле стола Радрика и положил на него какой-то артефакт, видимо, тот, записывающий. Потом поднял со стола и повертел в руках книжицу с парочкой на обложке – влюблённый пастушок, стоя на одном колене и протягивая руки, видимо, объяснялся в любви смущённо отвернувшейся девушке, прижавшей одну ладонь к груди, а вторую ко лбу.
– Ты это читала?
– Ага.
– Дочитывать планируешь? – голос дракона звучал скептически.
– Ну-у-у… – задумалась я. – Она такая глупая. Но забавная.
Лорд Корбед молча сунул книгу в просторный карман камзола, так же молча кивнул синему – тот ответил гораздо более низким поклоном, при этом с любопытством на меня поглядывая, – и вышел из комнаты, а потом и из дворца. В карете он так же молча пристроил меня на коленях, задумчиво поглаживая.
– А можно, я уже нормальный вид приму? – спросила, когда стук мостовой под колёсами стих – мы выехали из города. – Вы вроде бы уже успокоились.
– Что? Извини, задумался, – и меня пересадили на сиденье. Или переставили. – Конечно, обращайся. И прости за то, что случилось. Такого я никак не ожидал. Знал, что Кэмэнор вспыльчив и избалован, но того, что он так себя поведёт – и предположить не мог. Хотя, если бы знал, что вы с ним столкнётесь… Даже и не знаю, как бы поступил, просто и в мыслях чего-то подобного не было.
Очень хотелось задать вопрос, очень, но… Промолчала, не решилась. Несколько минут спустя дракон нарушил молчание:
– Спрашивай, что хотела.
– А как вы?..
– Ты сопишь, бросаешь на меня вопросительные взгляды и губу жуёшь. Не нужно быть менталистом, чтобы догадаться, чего ты хочешь. Спрашивай.