Потерянная пара альфы (СИ)

— И? На что-то наткнулись? — поторапливаю.
Не терпится узнать любую мелочь. Потому что она приближает меня к моей паре, дает хоть какое-то понимание, куда двигаться дальше.
— Не на что-то. На кого-то.
— Не понял твоих загадок. Мию нашли?
— Нет, тех кто ее ищет, — улыбается Дорс, только доброй улыбку назвать сложно. Скорее, предвкушающий оскал. — Есть предположения, кто это может быть?
— Уверен, что не жалкие остатки бывшей банды Сайка. В северо-восточном пределе мы порядок навели. В ближайшее время они вряд ли высунут нос. — размышляю вслух. — Значит, шавки Винса?
— Первые — да, именно крысы Ноева.
— Точно?
— Ага, одного из волков наши парни опознали. Видели в охране у терема лже-Мии.
— Плохо. Слишком быстро они след взяли. Слишком… Подозрительно это, — сжимаю кулаки до щелчков в суставах.
— Да-нет. Вполне объяснимо. Смотрите, сами, — Стив расхаживает из угла в угол, не глядя на нас, чтобы было легче строить логическую цепочку. — Миа, которая настоящая, сбегает одновременно с тем, как уезжает Чак. Подозрительно? Конечно. Дальше мы через день все срываемся с места без предупреждения, а следом приходит информация, что остатки шайки Сайка уничтожены. Еще одна зацепка для Винса. Я бы на его месте задумался и, как минимум, направил своих ребят проверить.
— А заодно и порасспрашивать местное население, — добавляет Дорс, — обо всех странностях, происходящих в последнее время.
— И кто-нибудь, — заключаю уже я, — вполне мог ляпнуть, что чужаки ищут девчонку. А дальше сложить «два» плюс «два» — дело техники.
— Согласен, — кивает побратим, сжимая пластиковую бутылку так, что она превращается в мячик.
— Погоди. Ты сказал — первые. Значит, есть и вторые? — Стив замирает, словно на стену налетел.
Подходит к дивану, садится на подлокотник, откидывает голову назад и ерошит и без того торчащие во все стороны волосы.
— Ага, есть, — кивает Дорс, как китайский болванчик. — И вот про них вообще неясно: кто, что и зачем.
— Может, кого-то другого вынюхивают? — кидаю предположение, скорее себя успокаивая, чем действительно в него веря. — В лесу вечно кто-то теряется. Мало ли…
— Нет, Райден, уверен, что они тоже ищут твою истинную, — выдыхает длинно Стив, а затем выпрямляется и глядит на нас по очереди, не мигая. — Дьявол! И я даже догадываюсь, кто.
— Ну?
— Кто?
Не только у меня, но и у побратима сдают нервы.
— Борсов.
— ЧТО? — не замечаю, как вылетаю из кресла и делаю несколько шагов в сторону беты, сжимая кулаки. — С чего бы он… — обрываю сам себя, понимая, что вопрос глупый, и задаю другой. — Уверен?
— Да.
— Объясни.
— У нас крыса завелась. Жирная, сцука, крыса, сливающая информацию.
— КТО? — нездоровое спокойствие опускается на плечи, окутывая, как пуховое покрывало. А на губах растягивается широкая улыбка. Правда, ни Стив, ни Дорс ее не оценивают, становясь белыми, как снег.
— Райдэн, — тихо произносит побратим, медленно приподнимая руки и показывая пустые ладони, — братишка, а давай не будем горячиться. Ты его потом порвешь, вначале бы неплохо информацией разжиться.
— Непременно, — не стирая улыбки, киваю другу. — Он у меня сейчас птичкой запоет.
— Соловей, мля, — выплевывает спустя час Дорс.
Мэт, молодой оборотень, решивший подсобить сестре, крутившей роман с кем-то из шестерок Грега, за довольно приличный гонорар не только подтвердил догадки Борсова о том, что я встретил пару, но и щедро поделился сведениями, куда конкретно отправились наши парни, чтобы ее найти.
Болтун почти не сопротивлялся и выложил всё, о чём успел наплести на сторону, стоило Серому, которому я уступил место, войти в сарай, где его заперли. Щенок ныл и молил о пощаде, знал, что соврать вожаку не выйдет. Лишь в одном упирался — не хотел превращаться в волка и принимать вызов.
Наивный. Показательный бой состоялся тут же. На поляне. После того, как обвинения были прилюдно озвучены. Предателей нигде не любят. И у Мэта оставалось два пути: либо один на один со мной, либо против всей стаи.
 
— Подозреваю, что он мог и раньше что-то химичить, — почесывает макушку Рон, третий бета. — Он же был хорошим программистом.
— Программистом хорошим… а толка от его работы что-то не заметили, — добавляет Стив. — И мы виноваты в том, что это пропустили.
Перевожу взгляд с одного на другого, пытаясь одновременно надеть привычную камуфляжную экипировку, зашнуровать ботинки и удержать плечом телефон, слушая доклад ребят, отправленных на поиски Мии.
— Стив, попытайся вновь связаться с Форсом. Нам, кровь из носу, нужны его мозги, чтобы разрулить вопрос с пропажей денег по кредитам Мика. Что-то там явно нечисто, — даю распоряжение, как только прерываю связь.
Парни правы: если Мэт скрысил в одном деле, не факт, что и в другом он также не нагадил.
— Сделаю, — кивает бета.
— Пообещай двадцать процентов от суммы, которую ему удастся вернуть.
— Ох, ничего себе, так там на всю оставшуюся жизнь бабла хватит, если он цепочку размотает, — присвистывает Рон.
— Вот и пусть поработает, — проверяю время на часах.
— Что ты задумал, Дэн? — побратим переводит всё подмечающий взгляд с телефона в моих руках в глаза.
Вот уж кого не проведешь, так это его. Всегда умел меня считывать, как никто.
— Еду к парням. Чувствую, что что-то назревает. Серый волнуется. Да и в деревне какой-то мутный человечек объявился, решивший срубить за информацию о девушке денег. И похоже, что не только с нас.
— Идиот.
— Не то слово.
— Я с тобой, — не вопрос, утверждение. — Одного не пущу.
— Стартуем через час. Стив, ты за главного. Рон, на подхвате, — киваю бетам.
 Глава 26 
 
МИЯ
— Мне нужно бежать, — как только машина скрывается за поворотом, озвучиваю решение деду Исаю.
— Согласен, бежать надобно. Януш — мужик ушлый, только для вида дурачком прикидывается. А свое дело знает хорошо. И то, что ты тут — раскусил быстро.
— Я случайно стол задела с чашкой, он и услышал, — выдыхаю с сожалением, заламывая пальцы, и сетую на свою оплошность.
— Вот тут ошибаешься. Мой помощник ехал сюда, заранее предчувствуя удачу. Бабы — народ болтливый. Каждую мелочь перетрут раз по сто, вместо того, чтобы делами заниматься. А где удобнее всего собирать новости? Непременно в сельмаге. Так что без вариантов, смекнул он шустро еще в деревне, как услышал, чего мне продали, а примчался лишь удостовериться.
— Тогда и пришлые могут уже знать, где я.
— Сомневаюсь. У нас народ пусть и языкатый, но токмо между своими, чужаков не жалуют. Про знакомых болтать кому-попало не станут. А я — свой. И Януш — свой.
— Всё равно потороплюсь, вдруг он уже помчался меня сдавать.
Выскакиваю на улицу и начинаю аккуратно укладывать бруснику в деревянный короб. Нельзя бросать начатое на половине. Руки проворно собирают горсточки, а в голове уже во всю кипит мыслительный процесс — что попросить у хозяина с собой в дорогу и в какую сторону лучше двигаться, ориентируясь на рассказы лесничего.
— Дочка, погоди.
Тяжелая старческая рука опускается на плечо, не сильно его сжимая. Задираю подбородок и встречаюсь с внимательным взглядом деда, в который раз удивляясь, насколько яснее и моложе кажутся его глаза по сравнению с морщинистым лицом, заросшим бородой.
— Не гони коней, милая. Успеем… Всё успеем.
— Но…
— Не-не-не… Я ж тебе говорю: Януш — мужик ушлый. А это что значит? — приподнимает кустистую бровь.
— Что? — повторяю попугаем.
— То, что он до последнего станет искать выгоду. Смотри сама. Тебя три разных стаи из ваших, двуликих, выслеживают. Правильно?
Киваю, вместо ответа.
— Значит, мой помощник, даруй Бог ему жадности втройне, чтоб подавился и лопнул, пока точно не поймет, от кого ему перепадет кусок пожирнее, выдавать нас не станет. Потому-то, Аля, у нас с тобой есть еще, как минимум, сутки, чтобы спокойно собраться, затариться провизией и тихонько, но надежно спрятаться.