Потерянная пара альфы (СИ)

Райдэн показал фото этого волка на телефоне еще в комнате и назвал Чаком. Именно с ним мне предстоит провести ближайшие часы и совершить невозможное — покинуть восточный предел навсегда.
Минуты три назад, пожелав друг другу удачи, мы расстались с альфой Грасом. С моей парой, истинным, который от меня отказался, доходчиво объяснив рамки, в которые я, по его мнению, вписываюсь.
Что ж, каждый имеет право на своё решение. Пусть и неприемлемое для другого.
И нет, я не обижаюсь на него, ведь в чем-то вожак прав. Например, я точно не соответствую тому уровню, что установлен для его спутницы жизни, обязанной быть сильной и безупречной.
И в то же время я благодарна Райдэну за честность и откровенность. В отличие от Винса он не стал юлить и обманывать, рисуя воздушные замки в моей доверчивой голове.
— Всё в порядке? — возвращает в реальность вопрос оборотня.
— В порядке, — подтверждаю тихонько.
— Вот и отлично, — не оглядываясь, так как передние окна не затемнены, Чак перекидывает с соседнего сидения плед. — Приляг пока и прикройся. Сейчас ненадолго к центральному крыльцу подъедем. Там есть местные, которые должны видеть, что я уезжаю один.
— Хорошо, — укладываю прямо в ногах свой рюкзак, а сама опускаюсь вниз и натягиваю сверху покрывало. — Готово.
— Тогда поехали, — слышу веселье в голосе парня, и он выжимает газ. — Я скажу, когда можно будет подняться.
Поскорее бы.
Отвечаю мысленно.
Не понимать ситуации и не видеть, что происходит в такой момент, как сейчас, это словно ослепнуть. Ужасно неуютно и некомфортно.
Меньше чем через минуту после начала движения ощущаю, что машина вновь притормаживает, и я слышу Райдэна, громко и четко отдающего приказы моему водителю.
— Отвезешь документы Рону. Не позднее завтрашнего утра он должен их переправить в банк на наших фирменных бланках.
Явно всё разыгрывается для находящихся тут оборотней.
Понимаю четко, поскольку улавливаю присутствие не менее трех незнакомых мужчин, тихонько переговаривающихся метрах в десяти.
— Понял, альфа. Всё сделаю.
— Головой отвечаешь, — произносит серьезно Грас.
И мне в какой-то момент кажется, что это относится не к папке, которая плюхается на меня сверху и по факту оказывается пустой, а ко мне.
Мия, перестань грезить и вернись в реальность.
Одергиваю саму себя.
Тебя не признали. На этом всё. Так что, вместо глупостей, начинай уже думать о дальнейшем плане действий.
— Понял, альфа, — повторяет Чак серьезно, и машина вновь трогается.
В течение десяти минут, кажущихся бесконечно растянутыми, мы пересекаем весь поселок и подъезжаем к первому рубежу охраны.
Я этого не вижу, но предусмотрительный водитель предупреждает заранее, чтобы была тихой, как мышка.
— Не спеши, я должен уточнить у альфы, — слышу недовольство в голосе незнакомого оборотня, когда Чак просит выпустить машину с территории.
— Ты что-то путаешь, дядя, сегодня день погребения вашего вожака. Поэтому вряд ли ты сможешь что-то у него уточнить.
— Помолчи, сопляк. Много понимаешь в местных порядках, — рыкает охранник, обходя машину вокруг.
Его запах такой резкий и насыщенно-мускусный, так режет обоняние и забивает легкие, что натягиваю плед повыше, чтобы даже щели не оставалось, и прикрываю ладошкой нос, дыша через рот.
Бр-р! Какая мерзость. Еще чихнуть не хватало.
— Пропусти, — раздается голос второго охранника, что говорил с кем-то по телефону.
— Проезжай, умник, — фыркает «вонючий» оборотень и с такой силой бьет ладонью по капоту внедорожника, что я вздрагиваю всем телом.
— Вот болван, — бурчит Чак, давая по газам. — Тоже мне пупы земли, устроили тут непонятно что, оставшись без нормального вожака.
Мысленно соглашаюсь с ним и прошу у папы прощения за то, что сбегаю неизвестно куда, оставляя его стаю на произвол Винса. Надеюсь, он не будет за это меня ненавидеть, а поймет и простит.
— Мира, вылезай, — отвлекает от грустных дум мой спаситель. — Пока никого нет. Теперь будем еще минут тридцать ехать до второго пропускного контроля, а там уже всё. Общие земли.
 
— Спасибо, — выпрямляюсь на сидении и только сейчас внимательнее рассматриваю молодого мужчину.
Такой же подтянутый и спортивный, как и Райдэн. Даже одежда камуфляжная, как у вожака. Но по ауре слабее, хотя вообще силен.
У Граса, что не подчиненные, то сплошь солдаты.
Хмыкаю про себя, вспоминая прочитанную в сети информацию.
Но до моего волка всё равно им далеко.
Ворчит, впервые за день подавая голос, Серебрянка.
Даже спорить не буду, милая.
Улыбаюсь своей девочке, что ласкается в груди, довольно жмурясь. Я безумно рада вновь чувствовать эту красавицу, хоть и не разделяю её мнение по поводу «мой волк, и всё тут».
— Было б за что, — отвечает тем временем подчиненный северного вожака, цепляя мой взгляд через зеркало заднего вида.
Я же киваю, принимая ответ.
Под несложные вопросы, не заставляющие ломать голову над ответами, и легкую беседу мы достигаем второй точки проверяющих достаточно быстро. Вновь укрываюсь сзади и внимательно отслеживаю разговор между оборотнями разных стай. Но в этот раз заминок вообще не происходит, выпускают нас очень быстро.
— Фух, хоть здесь уже предупредили, — расплывается в улыбке Чак и, обернувшись, подмигивает. — Ну, теперь шесть с половиной часов, и будем на наших землях. Можешь вздремнуть, Мира. А-то по лицу видно, что умученная вся.
— Да, спасибо, с удовольствием.
* * *
— Да, альфа, в порядке. Проскочили быстро, — сквозь некрепкую дрему пробивается в сознание чужой голос.
В первый момент пугаюсь, замирая и не дыша, стараясь сориентироваться в ситуации: где я? С кем?
Уф, в машине, а разговаривает Чак.
Всплывает в полусонном мозгу воспоминание, позволяющее расслабить сжавшиеся в стрессе мышцы и немного успокоить зачастившее сердце.
Ни разу до этого не спала в дороге, да и посторонний оборотень рядом. Что для меня совсем уж дикость. Но к этому нужно привыкать и очень быстро.
Если я буду шарахаться от людей или двуликих — явно привлеку ненужное внимание. Потому выдыхаю, аккуратненько наматываю нервы на кулачок и стараюсь сдерживать свои панические атаки, с которыми раньше и знакома не была. Зато в последнее время буквально подружилась.
— Нет, спит… Да почти сразу… Ага, как территорию восточных покинули.
Меня обсуждают.
Понимаю совершенно точно, стараясь замедлить дыхание и послушать подольше пусть и односторонний, но интересный разговор.
— Понял… Не спущу… Хорошо… Секунду…
Слышу шорох и чувствую скользящий взгляд Чака. Проверяет.
Расслабляю глаза, чтобы реснички не дрожали, и вдыхаю чуть глубже, дергая рукой, словно что-то переживательное снится.
— Нет, точно спит. Только беспокойно… Хорошо… А если она будет сопротивляться?.. Понял… Есть, дождаться вас. Не подведу.
Чак заканчивает разговор и еще раз на секунду оборачивается проверить меня. Но это уже не волнует. Я стараюсь прокрутить в голове обрывки услышанных фраз и уловить суть.
А Райдэн хитер.
Приходит понимание.
Не хочет отпускать человечку, не выжав из неё всё по максимуму. Понравилась? Пусть и неидеальная? Не могу утверждать, слишком мало его знаю. Хотя… может, это его чувство долга и ответственности грызет и заставляет еще чуть-чуть позаботиться обо мне? А заодно и совместить с непременным кувырканием в койке.
А что?
Вполне рабочая версия.
Человечка будет в новой среде, никого не знающая, шуганная-пуганная. Скорее всего без денег. А тут он — принц с жилплощадью и решением материальных проблем.
И ведь всё равно боится, что откажусь… Фраза Чака «А если она будет сопротивляться?» однозначно говорит, что отрицательный ответ на «приглашение пожить в квартире альфы Граса» в список правильных фраз не входит.