Наставник для Веры (СИ)

— Агата очень сообразительная девушка, у нее наверняка не один туз в рукаве припрятан. Но ты права: оставлять ее в доме одну нельзя. Ее никакие замки не остановят. Прости, я хотел этот вечер по-другому провести.
— А я как хотела. — Она так доверчиво прижимается ко мне, что мне становится совершенно плевать на маленькую пиявку, затаившуюся в соседней комнате. Не хватало, чтобы она оказалась дочерью этого Андрея.
— Они привозят заказ на дом, я сейчас же позвоню и все выясню. Поужинаем дома.
— Ужин? — В дверях возникла Агата, глаза ее по-прежнему были тусклыми и уставшими, но на лицо уже вернулся легкий румянец. — Я вам помешала? Ну извините. Значит, вы вместе, да? Мне когда свекровь ее сказала сегодня, я думала, она гонит. А когда Верка сегодня хвалиться начала… ну поздравляю.
Она, чуть покачиваясь, прошла несколько шагов вперед и села на стул.
— Ты что-то хотела, Агата? Может, воды?
— Мне там скучно одной, в комнате. Может, вы со мной посидите? Или я тут с вами?
Неприкаянная и озлобленная. На нее было жалко смотреть.
— Тебе все же лучше полежать.
— Одна я там точно не буду, но я, пока дремала, вспомнила кое-что. Не знаю, зачем тебе нужен мой отец, вообще не понимаю, каким боком он тебе, но, может, тебе пригодится. Если посидишь со мной, наверняка еще чего вспомню.
Встала, снова покачнулась.
— Пойдем, мы тебя отведем обратно в кровать. Вера, идем. — Мелкие манипуляции не раздражали, до бывшей жены Агате было все равно очень далеко.
— Так что ты вспомнила, Агат? — Вера сидела на краю кровати и вопросительно посматривала на сестру.
Мне тоже было интересно, хотя особой надежды я на ее рассказ не возлагал. Скорее уж Константин что-нибудь, наконец, найдет.
— Мне кажется, мой отец мертв, — неестественно спокойным голосом произнесла Агата и неожиданно резво закрутила головой, наслаждаясь произведенным эффектом.
Только не это.
— Почему ты так думаешь?
— Марк, не можешь подушку поправить чуточку? А то голове неудобно.
— Я поправлю. — Вера уже стоит перед сестрой. — Так почему тебе кажется?
— Не помню, мне лет семь было, мама была такая довольная, мы с ней только что пришли из сада, у нее такое платье было красивое. Нам позвонили по телефону, домашнему, она так страшно закричала. Я на всю жизнь запомнила. Вер, сядь, а? Ничего не видно за тобой.
— Вера, иди ко мне. — Она послушно подходит, а я ловлю очередной обиженный взгляд ее сестры. — А что дальше?
— А дальше она плакала весь вечер, и я вместе с ней, потому что не понимала, что происходит. Первый и последний раз такое было с ней.
— На похоронах мамы тетя Зина не плакала, да. — Вера сидит рядом, напряжена как пружина.
— Я еще чего запомнила: через пару дней узнала, что у меня, оказывается, сестра есть двоюродная, а у мамы — родная.
Она выжидающе смотрела то на меня, то на Веру. Яснее эта история не становилась, не говоря уже о том, что Агата могла просто врать, чтобы притянуть к себе внимание.
— Спасибо, ты отдыхай, а я пойду ужин нам всем закажу.
— Хорошо. Мне что-нибудь легкое и не очень калорийное?
— Понял. Вера, пойдем. Агате нужно отдохнуть.
— Ты знаешь, я думаю, она правду говорит.
Пока я копался в телефоне, разыскивая сайт ресторана, Вера прохаживалась из стороны в сторону. Вид у нее был порядком уставший.
— Кто? Агата?
На экране вспыхивает входящий вызов. Лора! Не вовремя.
Отбой. Говори, моя девочка.
— Ну да… Знаешь, я ведь поменьше ее была, но теперь тоже вспоминаю. — Вера кутается в тонкую кофту, словно ей холодно. Да, тебя так быстро не отогреешь с такой-то родней. — И моя мама чем-то была расстроена перед тем, как я узнала про Агату и тетю Зину. Это было очень давно.
— Значит, твоя мама тоже знала этого Андрея? Рассказ Агаты пока ни о чем, так, обрывки воспоминаний, перемешанных с домыслами.
— Мне кажется, что да. Чисто интуитивно. Может, мы тогда и виделись с ними из-за его смерти? Нас с Агатой даже оставили вместе у какой-то женщины часа на два. Помню, как ревела, когда мама меня забрала.
 
Снова звонок от Лоры. И снова отбой. Выступившие на глаза слезы моего грустного птенца куда важнее всего остального.
— Ты весь вечер мерзнешь. Иди ко мне греться.
  
Глава 48
 
Он и правда горячий. Жмусь к нему, как встревоженная кошка, и постепенно затихаю в его руках. Каждый день как на вулкане. Столько событий, что голова кругом. Даже не верится, что это сегодня я и со свекровью встретилась, и узнала, что моя тетя так тесно связана с таинственным Андреем, и, главное, Агата заявилась к нам в дом и теперь до утра с нами. Если, конечно, еще чего-то не случится. Я уже ничему, наверное, не удивлюсь.
— Не представляю, как бы я все это пережила, не будь ты рядом. Знаешь, когда я сбегала от Вадима, я просто бежала. Мечтала только о том, чтобы уцелеть, вырвавшись на свободу. Я же никогда одна не жила. А тут еще эта флешка с чужими тайнами, преследование…
— Я счастлив, что ты сбежала именно сюда. — Марк мягко прижимает меня к себе. Я словно в теплом коконе, слышу только его голос, вдыхаю только его аромат. — Ты подарила мне покой.
— Чего? — Я дернулась от удивления. — Покой? Я? Да у тебя одни проблемы со мной! Только Денис этот с Агатой чего стоили! Никогда не забуду, как на меня смотрел твой друг. Мне кажется, он был готов меня съесть.
— Ты подарила мне покой, — снова повторил Марк. — Я очень ценю ясность, Вера. И хоть ты не сразу рассказала мне свою историю, но ты не врала. Мне с тобой легко.
Я снова прикрыла глаза. Легко ему со мной. Чудеса, да и только. После смерти мамы я только и делала, что приносила всем проблемы: тетке, Агате, Вадику, его семье, даже Алке. А ему со мной легко… Так странно, но с ним я, кажется, уже и не чувствую себя никчемной. Даже омлет перестала ронять на пол. Хотя, даже если бы опять уронила, он не стал бы шпынять меня. В этом весь Марк. Добрый, великодушный, отзывчивый, терпеливый. Полная противоположность Вадику. Вот он бы Агате скорую не вызвал, а вышвырнул бы ее из квартиры и мне запретил бы к ней подходить.
Я поежилась. Так. Стоп! Никакой тварюги в голове. Никаких бывших. Только я и Марк. И такая нежная, особенная тишина, которая принадлежит только нам. Легкая тишина.
Наверное, я задремала у него на руках, поэтому не сразу сообразила, что происходит — великану кто-то звонил на мобильный. Первая же мысль заставила мгновенно проснуться. Вадим. Ему может звонить Вадим. Наверняка Марья Андреевна уже все передала сыну. Я не видела экрана, но, судя по легкой досаде, мелькнувшей на лице Марка, номер был ему знаком. Он тут же нажал на отбой.
— Кто это? — Трусь щекой о его шею.
— Лора. Потом ей наберу.
Бывшая жена! Ну да, никаких бывших! Тишина сразу перестала быть легкой. Марк молчал, но я чувствовала, что он собирается с мыслями. Кажется, я знаю, о ком он сейчас начнет говорить. И я не ошиблась.
— Мы познакомились с ней довольно давно. Любой профессиональный мир очень узок, все друг друга если не знают лично, то точно слышали. Так и я о Лоре. Знал, что она, несмотря на молодость, блестящий ученый, к тому же неплохой менеджер. Она умела собирать вокруг себя ярких, подающих надежды энтузиастов своего дела. Я сам не понял, как однажды оказался в ее команде.
Марк усмехнулся, а я слушала, затаив дыхание. Первый раз он говорил о своей бывшей так много.
— У нас, можно сказать, был служебный роман, который довольно скоро перерос в брак. Я любил ее, она — меня, мы в целом неплохо жили. Дополняли друг друга: Лора любила быть в центре внимания, а я ей не мешал. К тому же оба влюблены в науку, у нас даже не было соперничества.
А сейчас? Сейчас ты ее любишь?!
Как же мне хотелось набраться смелости и спросить! Но я не успела, мобильный снова зазвенел, и вот тут Марк ответил сразу:
— Мама, здравствуй.
Замолчал он минуты на две, не меньше, я изо всех сил прислушивалась, но вычленить слова из того речевого потока, который хлынул из телефона, было нереально. Великану было явно не привыкать, а я испугалась. Столько эмоций! Мне казалось, еще чуть-чуть — и она выпрыгнет из динамика прямо к нам на веранду. Серьезно. Ощущение, что его мама уже была здесь!