Синеока, что делать? (СИ)

— Может, скажем? — спросила Виола у Лавра. — Мы же хотели, — умоляюще посмотрела она на брата. Сезон сбора трав давно закончился. Амбар почти никто не посещал. Там на чердаке вылупился и уже три недели жил новорожденный дракончик.
— Ты всерьёз думаешь, что малыш на такое способен?
— Не знаю. Олени точно не его клыков дело. А ворона или лисица… допускаю.
— Он ещё маленький!
— А вдруг, когда никто не видит, он превращается в огромного огнедышащего дракона?
— Не смеши мои копыта! Когда нашли лисицу, дракон только-только появился на свет, — возмутился Лавр. — Насколько богатой фантазией могут обладать девчонки? Подумать на малыша такое!
Они дошли до амбара и оглянулись: никого. В самом деле, трудно было даже представить, что дракоша размером с цветочный горшок мог задрать лисицу. За три недели он подрос до размеров французского бульдога. Огонь выпускать пока не мог, всё еще сидел в коробке из-под унитаза и не мог даже взлететь, чтобы перемахнуть через край. Его тихие «кра-кра» перекликалось с бесконечной трескотнёй уток на озере. Никто из берегинь, заслышав подозрительные звуки, даже не потрудился бы присмотреться магическим оком. Зачем? Что они утку не видели!
— Вот он, мой Ярик. Мой огнедышащий монстрик! — засюсюкал Лавр, кидая в пасть дракоше куски яичницы и остатки жареной горбуши. — В следующий раз принесу тебе курятинки. Диетической…
— А потом лисятинки и оленятинки? — с иронией добавила сестричка.
— Он сам решит, чем ему питаться. Когда достигнет сознательного возраста.
— А если его выбор падёт на берегинь?
— Не смеши. Это волшебный дракон. Он будет послушным мальчиком. Да, Ярс?
— Ой, что-то мне не хорошо, — шепнула Виола и замерла.
Внизу послышалось шуршание ног. Кто-то шёл к ним целенаправленно, не сбавляя ходу.
— Тсс, — прижал палец к губам Лавр и выглянул из стога. Прямо перед ним вырос Шмель.
— Последнее время вы какие-то подозрительные. Ничего не хотите мне рассказать? Иногда кажется, что хотите.
— Ээээ, — Лавр посмотрел на Виолу, и та кивнула.
— У нас есть дракон! Он недавно вылупился и ещё совсем маленький. Шмель, это точно не он задрал лису.
— Дракон?
Шмель приподнялся на цыпочки и заглянул за стожок.
— Хм. Как вы его назвали?
— Ярс.
— Почему?
— Он начинает светиться, когда подносишь руку. Смотри!
Виолка поднесла к дракончику руку и погладила по бугристой головке. Ярс тут же вспыхнул в месте прикосновения, и золотисто-коричневое свечение вмиг разлилось от головы до хвоста.
— Чудо.
Шмель тоже поднёс руку и боязливо прикоснулся к дракону. Ничего не произошло. Только дракончик поднял головку, взглянул на Шмеля жёлтыми глазами и, рассердившись, выпустил в незнакомца сноп пара.
Шмель отдёрнул руку.
— Нужно немедленно вернуть его в пещеру.
— Почему! Там же холодно. Он поэтому так долго не вылуплялся, что там холодно, темно и страшно.
— Зато безопасно. И ему безопаснее, и нам. Такими темпами совсем скоро он начнёт плеваться огнём, и амбар вспыхнет, как рождественское дерево. А если до него доберётся тот… Кто знает, что с ним сделает неизвестный вредитель, который подкидывает нам под нос растерзанные трупики лис. А берегини? Не думаю, что они примут его, как котёнка. В пещере дракона можно хотя бы как-то изолировать. Мы не знаем, может ли он мимикрировать! Вдруг его смогут видеть люди? Тогда держись: не видать вам дракона, как своих ушей.
— Вы уже догадались кто мог задрать лисицу?
— Пока нет, — Шмель взял коробку с драконом и понёс в дом Синеоки.
Синеока упала в кресло и схватилась за сердце, при виде дракона.
— Как такое возможно?
— Я же говорил, что избранный! — выпятив грудь, ответил Лавр.
— Ты забыл про меня. Ничего? — напомнила Виолка.
— Мы с Виолой его оживили. Он реагирует на нас одинаково. Светится. Настало время драконов! — проскандировал Лавр последнюю фразу. Похоже, что он совсем зазнался…
— Что мы будем с ним делать? — Синеока была выбита из колеи. Спокойная жизнь прелестной обольстительницы, похоже, закончилась: люди, стройки, бизнес, проверки, наёмные бандиты, мстительные лесавки… Теперь дракон! Если раньше период активности у берегинь замирал к началу зимы, и они проводили холодное время года в сонном бездействии, то сейчас можно было ожидать чего угодно.
 
— Однозначно, что дракона нужно вернуть в пещеры. Под замок! Как бы вы не возмущались. Выгуливать можно, когда этот чудик немного подрастёт. Но тоже осторожно. Мы не знаем всех его особенностей. Нужно понаблюдать, изучить повадки. А пока всё, что вы там планируете, планируйте только в сопровождении взрослых. Я устала от постоянно возникающих проблем!
— Покой нам только сниться! — философски сказал Колос Шмель. Он взял коробку и в сопровождении ребят понёс дракона в кристальный грот.
Проходя мимо Ясеня, они засмотрелись. С вдохновенным лицом тот вырезал из затейливой по форме коряги фигурку… дракона. Лавр даже перестал дышать: «Неужели он всё знает?»
В коробке дракончик громко чиркнул когтём, но Ясень даже не повернулся. Шмель заметно напрягся. Он не мог понять, чего можно ждать от лешака, а чего нельзя. Сознание Ясеня было скрыто и представляло из себя блуждание в тумане.
— Ясень! Очень красиво, — обратил на себя внимание Шмель.
— Да. Я увидел его во сне, — сказал он, и на лице появилось подобие улыбки.
— Может, действительно увидел? — пожал плечами Лавр.
* * *
— Думаю, с драконом в пещере будет все нормально. По легендам, пещеры — их естественное местообитание. Да и нам спокойнее… Я попрошу и в самой большой дальней пещере установят решетки… Синеока распорядиться. Берегины сделают всё, как полагается. Их магия более совершенная, чем моя.
Шмель, задумался о чем-то своём, и повернувшись пошёл прочь. Лавр и Виола, глядя на него, только пожали плечами.
— Чего это он? Я его не узнаю.
Шмель вышел из пещеры и, встретив Моха и Репня, остановился, передать им указания Владычицы.
— …Синеока просила сильно не распространяться по поводу дракона в деревне, — говорил он, и взгляд его невольно ловил в объектив Ясеня. Тот наверняка всё слышал. Хотел того или нет.
— Установите на вход в пещеру сигналку. Исключив Лавра и Виолу. Думаю, они будут шастать туда-сюда постоянно. Было бы неплохо выставить и живую охрану… — он снова задумался, наблюдая за Ясенем. Шмель не мог понять: хороший Ясень или плохой…
  
Нападение
 
Лавр думал, со стыда умрёт, но подарок отдать было нужно. Вот уже целый месяц он носил его в кармане, ловя подходящий момент. Кления постоянно была не одна. А в последнее время вообще редко выходила из домика без своих подруг.
К счастью, появился хороший повод. Денёк выдался жаркий. Уже с утра парило до невозможности.
— Мы с Виолкой собираемся на речку. Пойдёшь?
— Ладушки! С удовольствием.
— Ждём сестричку и айда. Как вам живётся у Мальвы?
— Не так страшно. В лесу хоть дом не покидай, до того жутко. А если вообразить, что это какой-нибудь сумасшедший лешак, то вообще не по себе становится, — сказала Кления, косясь в сторону Ясеня. Тот, как ни в чём не бывало, возился с корягой. Дракон под его пальцами с каждым днём становился всё реалистичнее. Все части деревянного тела находились в движении: когтистые лапы цеплялись за ствол, изогнутая шея, большая голова с распахнутой пастью выбрасывала струю огня.
«Даже глаза, кажется, отдают красным. Я же прекрасно помню, как Ясень вставлял в них два зелёных хризолита?» — подумал Лавр, а вслух сказал:
— Скоро преступника обнаружат. Я уверен!
Хоть Ясень и оставался главным подозреваемым, но Лавр с трудом представлял этого кроткого тихого лешего в роли монстра.
Из коттеджа Синеоки выскочила Виола и бегом направилась к ним. Она знала, что Лавр собирается пригласить подругу.