Белая Смерть (ЛП)

Ник кивнул, запрокинув голову и положив затылок на спинку дивана.
Выдохнув, он посмотрел в потолок.
— Это чертовски долгая история, дорогая, — сказал он.
— Но это тот же Блэк, верно? Квентин Блэк? Тот, кто практически рассказал миру о существовании видящих? Тот, кто по слухам превращался в дракона?
Последовало молчание.
Затем Ник снова кивнул, глянув на неё.
— Честно, я удивлен, что эта история до сих пор жива, — подумав над этим, он хмыкнул. — Учитывая войну и всё остальное... и двести с лишним лет вмешательства... и почти полное разрушение планеты. Кажется, остальное столетие должно было её затмить. Я думал, большинство людей уже не вспомнят об этом.
— Но он превращался в дракона? — настаивала Уинтер.
Ник кивнул, потирая глаза пальцами.
— Да.
— И ты знал их? Его самого и его жену?
Ник снова кивнул, повернув голову, но не поднимая её со спинки дивана.
— Да. Я знал их. Я знал жену Блэка задолго до того, как Блэк встретил её. На самом деле, можно сказать, что я их познакомил. Мири встретила Блэка, потому что я его арестовал... когда я ещё был человеком и детективом в полиции Сан-Франциско.
Помедлив, он всмотрелся в лицо Уинтер, ощутив, что она реагирует, но не совсем понимая, как именно.
— Я расскажу тебе всё, — пообещал он. — Безо всяких секретов. Серьёзно. Просто я не уверен, что готов к этому прямо сейчас. Мне надо разобраться, что делать с Бриком. Похоже, Брик думает, что я единственный, с кем будет говорить Йи. Он хочет, чтобы я вернулся.
Подумав об этом, об их разговоре, Ник прикусил губу.
Он поколебался, подумывал сказать ей, затем решил держать рот на замке.
Но Уинтер уже интуитивно догадалась о той части, которую он опустил.
— Он хочет, чтобы ты привёл меня, — сказала Уинтер. — Брик. Он попросил привести меня на следующую беседу. Ведь так? Этого просил не только Йи.
Ник почувствовал, как его челюсти сжимаются.
Мгновение спустя он пожал плечами, всё ещё уставившись невидящим взглядом в монитор.
— Да.
Уинтер фыркнула, собираясь сказать больше, но Ник её перебил.
— Всё сложно, Уинтер, — сказа он чуть резче. — Брик хочет, чтобы я поговорил с Кит. И с Сен-Мартен. С Морли. С Джорданом. Может, даже с шефом полиции. Он практически хочет нанять меня в роли какого-то посредника. Не только с «Архангелом»... но с видящими, с Малеком и Тай, с тобой, с Сен-Мартен, с полицией Нью-Йорка... и с Йи, конечно, и возможно, даже с последователями Йи. Он хочет, чтобы все вы позволили мне выступать каким-то посредником для обмена информацией.
Последовало молчание.
Ник наблюдал, как его девушка ест свой завтрак.
Он невольно подмечал, что жёсткое выражение до сих пор не ушло из её глаз.
После паузы, показавшейся долгой, Уинтер кивнула.
— Понятно.
Уинтер нахмурилась, набрав ещё одну ложку йогурта из миски. Засунув её в рот, она стала хрустеть гранолой и ягодами, отрешённо глядя перед собой и, похоже, стараясь обдумать его слова без излишне острой реакции.
— Ладно, — сказала она, проглотив то, что было во рту, и глянув на Ника. — Я понимаю, почему ты не решаешься вести меня туда. Но вот честно? Я не думаю, что у нас есть выбор.
Поставив миску на его журнальный столик, она встала и обошла диван.
Ник проследил за ней взглядом, поворачиваясь на диване, чтобы посмотреть, как она подходит к небольшому столу и нескольким встроенным книжным шкафам у дальней стены. Он помог ей обустроить эту часть его гостиной в качестве рабочего места на тот период, что она оставалась с ним здесь.
С тех пор она добавила некоторые вещи, когда Ника не было дома.
Он наблюдал, как она взяла со стола планшет, включила, пролистала несколько экранов, сложила какие-то ВР-проекции и трёхмерные диаграммы, пока не нашла нужные ей открытые вкладки.
Подойдя обратно к дивану, она положила планшет на колени Ника.
Ник посмотрел на изображение там и нахмурился.
— Ты нашла что-то по символу?
— Ага.
— Ты не можешь просто сказать мне?
— Сначала послушай, — настаивала она. — Я восполню пробелы.
 
Взяв планшет, Ник начал читать.
Затем, увидев длинные ряды символов, он вспомнил, что Уинтер сказала слушать, и с помощью мысленной команды подключил гарнитуру к планшету. Найдя кнопку воспроизведения на видео с коротким содержанием, он кликнул на символ, который в последний раз видел вырезанным на груди мёртвого вампира.
—Этот символ известен как «Уртре». Он обозначает один из планетарных символов загадочного происхождения, используемых для обозначения миров, которые не имеют научного подтверждения, но по слухам существуют вне нашей солнечной системы... возможно, даже вне нашего измерения реальности. Наиболее общепринятая гипотеза утверждает, что их принесли на Землю видящие до войны. Возможно, у них имелись карты реальных мест...
Ник поставил запись на паузу, повернулся и посмотрел на Уинтер.
— Разве не это ты нашла ранее? То, что символ Йи — это планета?
Уинтер кивнула, поставив пустую миску на журнальный столик и проглотив остатки завтрака.
— Однако тут впервые упоминаются другие измерения.
Ник нахмурился, всё ещё глядя на неё.
— Хочешь сказать, Уртре реальна? — озадаченно переспросил Ник. — Это должно быть версией Земли из измерения Йи? Или мы считаем это совершенно другой планетой?
Она показала ложкой в его сторону.
— Слушай дальше, — сказала она. — Ты дошёл до части про пустыню? До той истории в Нью-Мехико? Там говорится про это. Про то, когда видящие впервые пришли на Землю. Видимо, символ впервые нашли на стене какой-то пещеры в пустыне.
Вспомнив свой сон, Ник помрачнел.
— Шипрок?
Она моргнула, затем кивнула.
— Да. Тебе об этом известно?
Ник помрачнел ещё сильнее.
— Я жил в то время, Уинтер. Но то были не первые видящие, которые пришли сюда, на эту версию Земли. Как минимум несколько сотен видящих уже находились здесь. И Шипрок был не единственным порталом. Их были дюжины. Может, сотни. По всему миру.
Уинтер вскинула брови, когда его слова отложились в сознании.
— Ты присутствовал при этом? — спросила она. — В пустыне?
Ник покачал головой, нахмурившись.
— Нет, — бросив на неё напряжённый взгляд, он добавил: — Но ты там была.
В ответ на её озадаченное выражение он добавил:
— Именно там Даледжем впервые пришёл на эту Землю. Он прошёл через портал в Шипроке. Они открыли его... Шипрок стал самым известным, потому что там был Чарльз, и он давал показания об этом на суде против видящих. Блэк был там. Мириам была там. А ты была одним из видящих, прошедших через ту дверь.
Уинтер вскинула брови ещё выше.
Выдохнув, Ник провёл пальцами по волосам и слегка вздохнул, невольно вспоминая те годы.
Не суд, не Чарльза, не то безумие, которое привело к периоду настоящей войны. Скорее, время до этого, когда он ещё не знал о видящих или вампирах и думал, что самая большая его проблема — это как сделать так, чтобы мама перестала его донимать вопросами, когда он женится и заведёт детей. А ещё тот факт, что ему было за сорок, и ни жены, ни детей у него не было.
Он до сих пор думал о том времени, как о «нормальном» времени.
Времени настоящего неба, настоящей погоды, настоящей еды, настоящего кофе.
Времени человеческой жизни, секса без крови, сёрфинга в настоящем океане, фруктов, мяса и сыра, которые не были искусственно синтезированы. Вкуса еды. Возможности лежать на траве под солнцем в парке Золотые Ворота.
Тогда он ходил в кофейни под открытым небом и в походы.
Его родители всё ещё жили в Потреро-хилл.
 
Тогда Ник был другим детективом отдела убийств, который раскрывал преступления без вынюхивания крови, который после работы пропускал по стаканчику со своими лучшими друзьями Мири и Энджел, который ел в любимых ресторанчиках суши, смотрел фильмы, танцевал с женщинами, с которыми знакомился в городе.