Сиротка в Академии Драконов (СИ)

— Конечно, на «ты», — кивнула я. — Благодарю, Далия, если это удобно, буду очень рада.
— Друзья Марты — мои друзья, — просто ответила девушка и улыбнулась. — Олаф будет, скорее всего, — добавила, и улыбка как-то сама собой стекла с милого личика. В прекрасных глазах появилась боль. Девушка вздохнула и посмотрела задумчивым взглядом в окно кареты. — Ты слышала, Марта, как вопила от счастья Ювина? Как думаешь, это правда? — Далия с надеждой взглянула на Марту, и в тёмных глазах девушки блеснули слёзы.
Марта сочувственно кивнула:
— Давай будем реалистами, Далия. Думаю, да, — и пожала руку сидящей напротив девушке. — Она, конечно, та еще дрянь, но похоже, что на этот раз не врёт. Долго она его обхаживала.
— Знаешь, я не понимаю, они что, её по кругу пустили⁈ — сверкнув глазами, спросила Далия.
Марта, коротко глянув на меня, сделала подруге знак и улыбнулась:
— Ну, дорогая, здесь дети!
— Я всё понимаю, — возмутилась я отношением ко мне, как к ребёнку. — Мне тоже совсем не симпатична Ювина. Её поведение возмутительно!
— О, и правда, всё понимает, — смешно подтвердила Марта. — Брось переживать, Далия! Надо чем-то отвлечься и не думать о нём вовсе! Пусть он переживает! У него началась не самая светлая полоса в жизни, раз он связался с Ювиной, — подмигнула нам и рассмеялась.
Доехали мы быстро. Марте удалось отвлечь Далию от переживаний и, подъезжая к трёхэтажному каменному дому в центре города, мы уже дружно смеялись над рассказом Далии, о её однокурсниках — магах земли — на практике сбора урожая в одном из южных графств.
Попрощавшись с Далией, мы с Мартой вышли из кареты на серые тротуарные камни брусчатки и поднялись на крыльцо парадного входа. Ударив дверным молоточком, Марта обернулась ко мне:
— Не переживай, Аста, и не смущайся, — улыбнулась. — У нас не страшно. Мама любит всех, кого я знаю: «Ах, цветочек! Боже, какая пчёлка! Листик! Удивительная форма!», — широко распахнув глаза и смешно складывая руки, изобразила свою маму Марта.
Массивная входная дверь отворилась, и дворецкий — высокий степенный мужчина средних лет — впустил нас внутрь, с улыбкой приветствуя Марту.
Тут же в холл из комнат справа распахнулись двойные двери, впуская в, освещенное массивной люстрой, помещение райскую птицу в сказочном оперении.
— Марта! — райская птица, счастливо улыбаясь, закружила подругу по холлу. — Ну, наконец-то, дорогая! Что я тебе сейчас покажу! Я сегодня поймала такое освещение! Это просто что-то фантастическое!
— Мама, познакомься, это Аста Вебранд, она учится в академии на подготовительных курсах и теперь живёт со мной в одной комнате, — задержав женщину за локоть, на одном дыхании выпалила Марта.
Женщина в радужном шифоновом одеянии, наконец заметила меня, и, поправив на голове шифоновый шарф, ловко вкрученный в прическу вокруг головы, запросто протянула мне руку и представилась:
— Лив! — обдав заодно и меня теплотой своей лучезарной улыбки. Я заметила, что у Марты её весёлые, чуть раскосые искристые глаза и форма чуть вздёрнутого, чуть длинноватого носа. — Девчонки, а давайте я покажу вам картины! — по-детски радостно и непосредственно хлопнула в ладоши женщина. — Я нашла их сегодня утром на чердаке! Боже мой, вы не поверите! Три из них — точно подлинники, написанные в…
— О, егоза приехала! — раздался насмешливый мужской голос от еще одной двери в холле.
— Папа! — подпрыгнула Марта и бросилась в объятия невысокого, полноватого, когда-то рыжего, как и Марта, а нынче почти лысого мужчины.
— Привет, сестрёнка! — рыжий мальчик лет десяти, вышедший из кабинета вслед за отцом, чмокнул Марту в щеку, после того, как она выбралась из отцовских объятий.
— Привет, мелкий! Как ты? Предки не достали? — потрепала мальчика по макушке Марта.
— Достали, — серьезно вздохнул мальчик. — А что делать? Не всем так повезло, как тебе! Родиться сразу двадцатилетней — высшее благо нашего мира, — пошутил, хмыкнув.
— Ищи плюсы, братишка, — подмигнула Марта. — Папа, Кай, разрешите представить вам графиню Асту Вебранд. Аста, это — тисс Ларс Дахл и тисс Кай Дахл. Мои отец и брат.
 
Мужчины раскланялись, я присела в лёгком книксене. И правда, как здорово, что Марта меня переодела! Хороша бы я была в своём стареньком платье!
— Дорогая, — подходя к жене, поинтересовался тисс Ларс, — мы будем сегодня обедать?
Лив посмотрела на мужа обожающим взглядом, абсолютно лисьих глаз и, пригладив сбоку прядку его волос, ответила на выдохе глубоким голосом, чуть качнув головой:
— Разумеется, дорогой!
Ларс поймал её руку и поцеловал. Марта с Каем переглянулись и дружно двинули бровями и головами.
— Дети, прошу всех в столовую! — обернулась к нам тисса Лив. — Рун, подавайте обед, — обратилась к дворецкому.
Марта ухватила меня за руку и потянула вверх по лестнице:
— У нас есть минут пятнадцать, — махнула рукой в сторону родителей, — пойдем, покажу тебе твою комнату.
Мы поднялись сразу на третий этаж, и Марта распахнула дверь в крайнюю комнату слева от лестницы.
— Это моя комната, — войдя, развела в стороны руки, показывая просторное помещение в бежевых и бледно-оливковых тонах. Напротив кровати на стене висела картина: пара драконов в небе на фоне восходящих лучей солнца.
— Как красиво! — вырвалось у меня непроизвольно.
— Это мамина картина, — улыбнулась Марта. — Она написала её лет десять назад.
— И в холле тоже картины тиссы Лив?
— Да, — рассмеялась Марта. — У нас её картины по всему дому.
— Марта, покажи мне их! — едва не взмолилась я.
— Да легко! — снова рассмеялась девушка. — Попросим маму, она с удовольствием проведет тебе экскурсию.
Марта открыла свой шкаф и стала передвигать платья на плечиках, — Так, сейчас мы подберем что-нибудь тебе переодеться. Вот, — вытащила светлое платье с длинным рукавом, — так, кожаный пояс тебе не нужен. А если вот так длинный шелковый шарф? Отлично! — развернулась ко мне. — Пойдем, Аста! — вышла в коридор. — А вот это, — Марта распахнула следующую по коридору дверь, — гостевая, но сейчас в ней редко кто-то останавливается. Раньше иногда со мной приезжала Тира, та, что жила в нашей комнате до тебя, но в прошлом году она закончила Академию и вышла замуж. Вот, Аста, располагайся, — провела меня в светлую комнату в персиковых тонах Марта, — можешь умыться, полотенца и халаты вот здесь, — показала, открывая шкаф. — Мыльные принадлежности — в ванной комнате, ну, разберешься, я думаю. Давай, обживайся и заходи ко мне, пойдем обедать.
Я поблагодарила Марту за заботу и за платье, быстро умылась и переоделась. Через десять минут мы уже спускались в столовую.
— Бедная девочка! — долетел до моих ушей приглушенный голос тиссы Лив. — Марта шепнула мне, чтобы я не задавала никаких вопросов о родителях.
Мы вошли в столовую, и мама Марты, всплеснув руками, начала подвигать к нам поближе какие-то удивительные витаминные салаты, требуя попробовать и оценить новые рецепты.
Тисс Ларс, разрезая на своей тарелке отбивную, смотрел на всё это снисходительно и с любовью, как на возню маленьких щенков на ковре в гостиной. Настойчивой тиссе Лив всё же удалось положить по ложке салатов и на его тарелку.
— Девочки, как успехи в Академии? — поинтересовался у нас отец Марты.
Я посмотрела на Марту.
— Нормально, пап, — прихлёбывая грибной суп-пюре, кивнула подруга. — Задолженностей не будет, всё стабильно хорошо.
— А у Вас, Аста? — вежливый тисс Ларс ждал моего ответа.
— Я только начала обучение, но мне всё очень нравится. И сама Академия и дисциплины, и преподаватели. Хотела бы учиться там и дальше.
— Пап, мы возьмём завтра с утра экипаж? — спросила Марта. — Нам нужно проехать по магазинам.
— Разумеется, — кивнул тисс Ларс. — После обеда зайди ко мне в кабинет за деньгами.
— Мне поехать с вами, девочки? — включилась мама Марты.
— Мы справимся, мам, спасибо, — отмахнулась Марта. — Мы так, по мелочи, в пару магазинов заглянем. И я понимаю, как важен для тебя утренний свет.