Звёзды

– Отдай, – Го Юань протянул руку, и Юнь Шань с недоверием передала ему «Пчеломатку».
Он думал, что сможет найти определенный центр в этой конструкции тектосов, место, где собирается фонтанирующий поток, но никак не мог его разглядеть. Взвесил «Пчеломатку» на ладони, прикидывая, как бы забросить ее внутрь конструкции. Но есть ли сейчас у этих штук в разодранных черных оболочках с гуляющим сказочным светом внутри физическое тело? Или это тело небытия, через которое «Пчеломатка» просто пролетит, не встретив препятствий?
В мгновение ока тектосы вспыхнули еще ярче, а нисходящий поток стал еще интенсивнее.
– Дай мне опору, – сказал Го Юань.
Не было времени объяснять. Он стремительно бросился к Юнь Шань. Та оглянулась и поняла, что он имел в виду. Не было времени возражать, и не было времени сказать что-либо еще, она скрестила руки, подставила правую ногу под прыгнувшего Го Юаня и отбросила его назад. За ними когда-то находилась легированная стена складской кабины. Когда случился выброс второй волны, стену разрезало на уровне груди, оставив глубокий шрам, и сейчас на нее можно было опереться. Го Юань наступил на нее, а затем развернулся и всем телом врезался в бок конструкции, которая зависла уже почти в трех метрах над землей.
Словно почуяв приближение «Пчеломатки», извергающиеся волны одна за другой устремились к Го Юаню, мгновенно поглотив его.
Го Юань не слышал криков внизу и даже не чувствовал света ударной волны, только стал легче, и теперь ему было не так трудно дышать. Цвет черного камешка в его руке изменился, прежняя оболочка внезапно исчезла, обнажив начинку. Внутри оказалась не пустота, а неописуемо сложная мягкая штука с закрученными спиралью канальцами, слегка пульсирующая в ладони, дышащая в унисон со всей конструкцией.
Он обнаружил, что вся Земля исчезла, и все, что было под подошвами его ног, – Ван Хайчэн, Бай Хунъюй, Юнь Шань – исчезло вместе с ней. Только он сам и конструкция висели посреди черного звездного неба. Исчезло даже Солнце.
Исчезла и разветвленная оболочка слившихся тектосов. Осталась только длинная башня со звездами и огоньками. Корпус башни светился крошечными разноцветными точками, которые тут же трансформировались в простые геометрические фигуры, разрастаясь, подобно фракталам, бесконечно пересекаясь и расширяясь, как интегральные схемы под микроскопом.
Нет, не так. Он поднял голову и проследил взглядом за башней по всей ее протяженности. Звездное небо вовсе не было черным. Солнце исчезло, но небосвод усыпали незнакомые светила, и небо, звезд в котором стало больше, чем он когда-либо видел, в несколько или даже в десятки раз, заслоняло горизонт. Когда-то Го Юань наблюдал Млечный Путь, невероятно яркий в разреженном воздухе Западно-Сычуаньского плато, но по сравнению с этим о нем вообще и упоминать не стоило. Удивительно яркие звезды перед ним казались искусственными, рукотворными, как лампочки, прикрепленные к детской колыбели, закрывающие небо и Солнце, бесконечные.
Го Юань понял, что все его тело перешло в темное состояние материи и провалилось внутрь сооружения из тектосов. Он ощущал только легкость, как будто все, что подавляло десятилетиями, наконец-то оставило его вместе с материальной Землей, и он наконец больше не имеет к нему никакого отношения.
Он уже понял свое предназначение: вся Земля, вся Солнечная система и даже вся материя, на которую они опирались, стали далеки, невидимы и неприкасаемы, отрезали от него все физическое воздействие. Обладая скудными познаниями в области физики, он понимал только то, что находится в пустоте, что потерял воздух, потерял поддержку электромагнитной силы и его тело вскоре рассеется, затерявшись в этом пространстве, оставив после себя лишь маленький и слабый гравитационный эффект.
Но Го Юань не чувствовал ни капли паники или беспокойства. Он никогда даже не думал, что, когда действительно встретится со смертью, его сердце будет исполнено покоем, которого он никогда не знал раньше, – абсолютным удовлетворением.
 
То, как жить, важнее самой жизни. Он умрет как герой, прежде чем его поглотит бездна собственной души, прежде чем он станет демоном, умрет именно так, как изначально мечтал. Но это лишь малая часть причины, по которой Го Юань был доволен. Самая главное состояло в том, что он обрел свободу, свободу, которой раньше у него никогда не было.
Оковы, все оковы – человеческие, социальные, духовные, физические, электромагнитные, слабое взаимодействие, – все исчезло. Он был первым и единственным человеком в этом мире, который увидел истину о Вселенной. Вселенная выложила Го Юаню в лицо всю правду, что скрывалась в течение сотен миллионов лет. В свои последние мгновения Го Юань больше не нуждался в маскировке.
Хотя такая свобода и длилась всего мгновение, ему было достаточно. В этот момент, преодолевая барьер законов физики, он обладал величайшей свободой, которой человечество никогда не имело.
В этот миг он увидел истинный облик тектосов, увидел, где в их окончательной структуре должна находиться «Пчеломатка». Тончайшие потоки света оставляли отверстие чуть ниже центра структуры, они огибали его, прерывались, рассеивались, а затем извергались.
Очертания тела Го Юаня начали расплываться. Он полностью расслабился и наконец-то осознал свое место в жизни. Это больше не ответственность, а его свобода, его выбор, его судьба. Воспользовавшись инерцией последнего прыжка с материальной Земли, Го Юань подплыл ближе, с трудом удерживая пульсирующую, словно сердце, «Пчеломатку», и отправил ее внутрь…
Гигантская черная башня простиралась на сто семьдесят три метра под землю и более чем четыреста метров над ней. Она походила и на башню, и на столб, и на антенну одновременно.
Дуаньму Хуэй забрался в вертолет и медленно спустился на дно огромной глубокой ямы, служившей теперь фундаментом черному гиганту. К этому времени Юнь Шань уже встала, поддерживая Бай Хунъюй. До того она успела надеть наручники на Ван Хайчэна. Тот не сопротивлялся. Он застыл в искреннем оцепенении, задрав голову, и смотрел то ли на черную конструкцию, то ли в небо. Дуаньму Хуэй спросил о местонахождении Го Юаня, но никто не смог ему ответить.
Пропал без вести в ходе операции. Это была последняя запись в его досье.
Казалось, ничего не произошло, ничего больше не светилось, материя больше не падала в низкоэнергетическое состояние, не выделялась энергия, не излучался свет, все аномалии бесследно исчезли вместе с Го Юанем. Но они знали, что теперь на эту маленькую Солнечную систему незаметно несется цунами из бесконечной Вселенной. Наша галактика подобна мелководному рифу, где могут плавать только сампаны и каноэ, а за ее пределами, ограниченная великой силой, ожидала волна высотой в тысячу метров. Сегодня барьер окончательно исчез, и прилив хлынул внутрь. Люди поймут, насколько бессильны и хрупки сампаны и каноэ под мощью цунами, многих поглотят бушующие волны, не оставив даже костей, и на этих волнах в эту некогда неприступную отмель приплывут огромные военные корабли, стальные линкоры и авианосцы.
Скорость света, постоянная Планка, четыре основные силы, вся лежащая в основе этого мира логика менялась. Человеческая цивилизация, покидающая ясли, скоро столкнется лицом к лицу с этой реальной Вселенной и вызовами из самых низов физики.
Как и опасался «Светлячок» Ван Хайчэна, цунами фундаментальных законов обязательно повлечет множество катастроф цивилизационного уровня. Нынешняя наука, техника и инженерия, все, что мы накопили за тысячи лет, рухнет, и степень разрушения может быть такой огромной, какой Ван Хайчэн и Бай Хунъюй и представить себе не могли.
Человечество неизбежно израсходует все свои силы.
Самое главное, что мы встретимся с гостями из звездных туманностей на расстоянии тысячи световых лет и владельцами облака Дайсона на расстоянии девяти тысяч световых лет, а еще сможем приветствовать неизбежное пришествие Конструктора. Смогут ли люди к тому времени иметь возможность заявить о себе перед этой трансцендентной сущностью?