Звёзды

Юнь Шань не знала, как Ван Хайчэн контролировал эффект «Цзаофу». Она смогла увидеть лишь то, как черная бусина раскрылась и прилипла к двери. Пространство радиусом около метра стало прозрачным, словно дверь из нержавеющей стали втянуло в иной мир, туда, где ненадолго встретились реальность и потустороннее, накладываясь друг на друга, как призраки. Мгновение спустя другой мир вместе с частью двери, которую он проглотил, отчалили из реальности, оставив дыру в толстой металлической стене, достаточно большую, чтобы взрослый мужчина мог пролезть в нее, пригнувшись.
Не успел «Цзаофу» принять первоначальную форму, как здоровенный мужчина в авангарде отряда протянул руку, чтобы забрать его, – и вдруг из дыры вылетела пуля. Судя по всему, после того, как на базе засекли вторжение, из центра перед блокадой отправили солдат на защиту хранилища тектосов. Четверка Ван Хайчэна мигом метнулась в сторону, потому как стоявшие по ту сторону солдаты явно имели богатый боевой опыт. Высадив целую серию пуль, они прекратили огонь.
Ван Хайчэн ожидал сопротивления, поэтому не стал паниковать, лишь слегка махнул рукой за спину. Стоявший за нею человек передал ему светошумовую бомбу, и Ван Хайчэн, аккуратно вытащив чеку, подержал ее в руке пару секунд, а затем забросил внутрь. Бомба влетела в защитный бокс и взорвалась в полете. Даже стоя в тридцати метрах от эпицентра, под защитой стены, Юнь Шань все же ощутила, как палаш ударной волны врезался ей в темя, одновременно сотрясая все помещение.
Раздалось несколько выстрелов. Юнь Шань высунулась из укрытия и увидела четырех человек, несущихся гуськом один за другим. Ей показалось, что у двух из них заплетаются ноги и движения малость замедлены – у них и без того не было хоть какой-то боевой подготовки, а тут еще и светошумовая бомба жахнула.
– Оставить в живых! – крикнул Ван Хайчэн.
Несколько человек прыгнули в кабину, раздались два или три выстрела и приглушенные стоны, а затем звон пистолета, который ударился о металлическую стену.
Юнь Шань была озадачена, зачем сейчас говорить о том, чтобы кого-то оставить в живых. Какая разница, если Ван Хайчэн скоро превратит базу вместе со всеми людьми на ней в кучку пепла!
Или у него поменялись планы, он наконец все понял и отказался от самоубийственной затеи?
Если это так, подумала Юнь Шань, было бы здорово. Она совладала с чувствами и тихонько двинулась следом. Добравшись до стены, встала возле ловко проделанной дыры, внимательно слушая.
– Директор У, – голос Ван Хайчэна был ледяным и эхом отдавался в кабине. – Пять лет прошло, не ожидал встретить вас здесь.
Раздался еще один «ай» и лязг металла, в котором Юнь Шань опознала отброшенный пинком пистолет. Вероятно, это было последнее средство самообороны директора У.
– Похоже, что и вы взлетели за последние пять лет. Вместе с центром жили, вместе с центром и умрете.
– Это моя ответственность, – голос принадлежал женщине средних лет и звучал предельно спокойно и неторопливо. – Ну что ж, и вы не уступаете. Не ожидала, что вы станете таким. И уж конечно не ожидала, что эти двое тоже на вашей стороне. – Директор помедлила. – Вы здесь уже больше трех лет, верно? Ветераны, пришли в проект в самом начале. Похоже, что проверки оставляли желать лучшего, не всех рыбешек выловили.
Хотя Юнь Шань и не знала, о ком говорила директор У, она примерно поняла, что происходит: среди четырех человек, за которыми она проследила, были кроты с центральной базы. Впрочем, разве это не очевидно? С самого начала у Ван Хайчэна никогда не было недостатка в осведомителях. На каждом шагу они могли ускользнуть от наблюдения разведывательной сети, игнорируя строгие меры безопасности, и все потому, что внутри цели сидели его союзники.
Несмотря на принадлежность к слабому полу, директор У под дулом пистолета держалась спокойно и невозмутимо, с завидным хладнокровием не поддаваясь грубой силе.
– Профессор Ван, я же могу по-прежнему называть вас профессором? Это то, чего вы хотите? Вы же ученый, а не убийца, что вы, черт побери, творите?
 
Ван Хайчэн стоял с высоко поднятой головой. Он глубоко вздохнул, но ответил не сразу, а повернулся и сказал:
– Сяо Ма, Лао Ли, позаботьтесь.
Он сделал жест, и те двое послушно зашевелились. Эти Сяо Ма и Лао Ли, вероятно, и были кротами, о которых упоминала директор, подумала Юнь Шань. Сейчас она вообще не осмеливалась заглянуть внутрь и потому не знала, как они выглядели.
– Не паникуйте, охранникам снаружи потребуется не меньше двадцати минут, чтобы добраться сюда. Сначала они все заблокируют, не волнуйтесь.
Вплотную к стене кабины стояло два ряда ящиков для хранения, содержимое плотно запечатывал черный металл толщиной в несколько сантиметров. Они были выстроены по прямой в пять столбиков, каждый площадью около двадцати квадратных сантиметров, всего около сотни. Два «светлячка» отошли в сторону и заработали явно привычным образом – раздались щелчки, и дверца ящика отлетела в сторону.
– Директор У, вы планируете заболтать нас, пока не прибудет подкрепление извне? – спросил Ван Хайчэн. – Лучше этого не делать, чем меньше людей придет сейчас, тем лучше, я просто хочу уничтожить эти штуки, я не хочу утаскивать за собой лишних невинных людей. Мне потребовалось пять лет, чтобы найти способ уничтожить тектосы. Я надеялся выполнить эту задачу малой кровью, но благодаря вам теперь уже слишком поздно.
Хотя ее видели насквозь, директор осталась невозмутимой:
– Уничтожить? Разве вы не собираетесь их захватить? Я слышала…
– Захватить? Вы забыли, пять лет назад я говорил вам, что тектосы могут уничтожить всю Солнечную систему поэтому мы должны стереть их с лица земли.
Конечно же, никакой ошибки не было: «светлячки» хотели уничтожить инопланетные артефакты. Ужасный опыт столкновений с тектосами пронесся в памяти Юнь Шань один за другим, и, хотя он остался в прошлом, она все еще была так напугана, что ладонь, сжимающая пистолет, вспотела.
«Что плохого в том, чтобы исчезнуть?» – промелькнуло в голове Юнь Шань, и она тут же себя одернула. За короткое время подобные мысли появлялись у нее дважды, и это было уже слишком опасно. Неизвестно, как сейчас Го Юань, но, наверное, его ненормальный разум должен более спокойно справляться с такими вещами? Подумав об этом, она почувствовала небольшое облегчение.
Сяо Ма и Лао Ли доставали из ящиков коробочки, запечатанные тремя слоями изнутри и столькими же снаружи. В серебряном угадывался электромагнитный экранирующий слой, но для чего нужны черный и красный, было непонятно. Эту явно дорогую упаковку «светлячки» без сожаления рвали, доставали тектосы изнутри, а обрывки бросали посреди комнаты.
– Мне сказали, что вас завербовало ЦРУ, – сказала директор У.
– ЦРУ? – улыбнулся Ван Хайчэн и играючи взял со стола тектос цилиндрической формы. – ЦРУ действительно круты. Вы когда-нибудь думали, что одного подкупить, может, и легко, но насколько трудно подкупить многих? Можно ли так легко склонить на свою сторону людей, которые изучают тектосы? У ЦРУ, видимо, много денег?
Директор У не ответила.
– Чем больше понимаешь эту штуку, тем больше осознаешь ее ужас. Я не верю, что вы этого не знаете, директор У.
Юнь Шань осторожно вытянула шею и огляделась. Помещение было небольшим, около десяти квадратных метров. На столе посреди комнаты россыпью лежали тектосы. Он был сделан из какой-то гибкой мягкой резины, и, попадая на поверхность, артефакты слегка погружались в нее и больше не двигались. Их было три разных вида – призматические столбики, маленькие шарики и кольца. Горка из них постепенно росла и уже заполнила почти весь стол. Юнь Шань про себя считала звуки. Некоторые ящики оказывались пустыми, но в большинстве тектосы все-таки находили.
– Вы обвиняете меня в том, что я не прекратила исследования пять лет назад? – спросила директор У.
Ван Хайчэн улыбнулся:
– Раньше обвинял. Потом я все понял. Это было неизбежно, никто в системе не в состоянии остановить процесс. Это в тектосах и пугает больше всего. Они как наркотик, неважно, понимаешь ты или нет, что он разрушает тебя, все равно не можешь бросить.