Звёзды

Лаборатория была разрушена, к тому же стала очевидна необходимость усилить меры безопасности. Исследователей проекта «Звезды» в рамках защиты вывезли из университета и отправили в более отдаленный военно-исследовательский институт – на военную базу в горах. Все находились под строгим военным управлением, невозможно было не то что выйти – даже во время еды и похода в туалет за дверями кто-то бдел, а затем, после множества проверок, снова исчезло несколько исследователей.
Все работы прекратили, пока не выяснится, откуда американские шпионы добыли данные, и не будет гарантирована безопасность проекта. В горном комплексе, который позже стал Первой базой проекта «Звезды», раньше проводили эксперименты с новым оружием, поэтому здесь было больше места и меньше людей. Жизнь исследователей на новой базе ничем не отличалась от жизни заключенных. Проверка-отдых, проверка-отдых, возможно, даже хуже, чем у заключенных. Чтобы не дать ученым общаться друг с другом, их лишили даже свободы встречаться и болтать. Но чтобы они не сошли с ума, на базе специально подготовили индивидуальную программу для каждого. Ван Хайчэн получил совершенно новую игровую консоль, и это говорило о том, что военные тщательно изучили интересы и увлечения каждого и дали им возможность развлекаться привычным образом.
Это были самые ужасные дни в жизни Ван Хайчэна. Страх перед Конструктором больше не маячил на горизонте, зато там оказался дом, свидетельство о владении которым было у него на руках. Он даже не мог найти адвоката, чтобы обратиться в суд, так как с базы его не выпускали. Что еще хуже, во время проверок с каждого исследователя слой за слоем снимали шкуру, задавали и задавали вопросы, на которые хотелось и не хотелось отвечать, под прицел попали даже личные отношения всех со всеми.
– В каких отношениях вы состоите с Бай Хунъюй?
– Если вы с ней просто учитель и ученица, почему же вы так близки?
– О чем вы говорили с Ань Сэньцином?
– Куда вы с Бай Хунъюй ходили в день взрыва?
– Почему вы решили позвать ее? Я думаю, вы можете дать полное объяснение. Тут все умные люди, а момент довольно чувствительный, нам же не нужно объяснять?
– Итак, я могу понять это так: вы не планируете сотрудничать?
– Может ли Бай Хунъюй подтвердить ваши слова?
– Хе-хе, то есть, говоря простым языком, вы хотите сказать, что даже сами не понимали, что это любовь безответная, так? Хорошее оправдание.
– Можете ли вы сказать прямо: вы когда-нибудь спали со своей студенткой?
В тот день в комнате для допросов Ван Хайчэн не мог сдержать тошноты, и его вывернуло наизнанку обедом. Все было сломано и раздавлено, обнажено и вывешено на всеобщее обозрение, он почти видел недобрый настрой тех, кто его допрашивал. Но больше всего его беспокоило то, как эти люди будут допрашивать Бай Хунъюй, о чем они спросят. На самом деле, беспокоиться не было никакого смысла, потому что Ван Хайчэн точно знал: когда его ключ не смог открыть дверь квартиры, многое на этом и закончилось. Теперь все безвозвратно пошло в худшую сторону.
Взрыв все ускорил гораздо сильнее, чем можно было себе представить, и, что более важно, он раскрыл ту сторону, с которой ученые-теоретики, такие как Ван Хайчэн, никогда раньше не сталкивались: на Земле есть страны, а наука – часть их национальных интересов.
– Как вы там, физики, говорите? «Сферический петух в вакууме»? Вот именно такое у меня о вас впечатление. Возможно, у вас и нет мыслей Родину предавать, но, похоже, в вашем сознании не хватает какой-то струны, и вы не осознаете очень простого факта: знание – это сила. Обладая силой, вы можете повалить на землю и растоптать кого угодно. Что, если этой силой завладеет враг? Вы слишком хорошо думаете о мире, как будто это просто рай на земле. Я думаю, мне нужно объяснить вам одну очень простую вещь. Ценность каждой технологии в проекте «Звезды» безгранична и может изменить мир. Вопрос в том, кто будет его менять, кто возьмет на себя инициативу, кто будет стоять на вершине мира. Как вы думаете, это совпадение, что у всех пяти постоянных членов Организации Объединенных Наций есть ядерное оружие?
 
Когда дознаватель из лучших побуждений выдал ему горькую правду о политическом ландшафте и элементарные знания о мире, Ван Хайчэн, не удержавшись, расхохотался:
– То есть, пока мы тут пытаемся раскрыть тайну происхождения жизни на Земле, хотим понять правду о нашей Вселенной, вас волнует то, кто в мире будет доминировать? – Он смеялся, немного ненормально, а то и безумно. – Мы волнуемся о том, не сгорит ли планета, а вы – о том, кто ее подожжет. Это не кажется вам забавным? Вы вообще знаете, что такое тектосы?
– А вы вообще знаете, что такое люди? – холодно парировал дознаватель. – Поджечь Землю? Как вы думаете, если бы в руки террористов на Ближнем Востоке попал «Моисей», ах, нет, давайте более реалистично, водородная бомба, что бы они сделали? Не могли бы вы, пожалуйста, пожить на Земле, где есть воздух и гравитация? Профессор Сферический Петух в Вакууме. – Дознаватель внезапно странно улыбнулся: – Да и бог с ними, с другими. Я-то думал, что вы, профессор Ван, перестанете быть уверены в других людях после того, как получили столь важный урок! Если мир так прекрасен, как вы попали в ситуацию с вашей квартирой?
Его слова, словно сильный удар в грудь, застали Ван Хайчэна врасплох.
– Вот это и есть правда мира, профессор Сферический Петух в Вакууме. Каждый может погубить вашу жизнь в погоне за богатством. По вам мы еще продолжим расследование. Посмотрим, все ли будет в порядке. Позволю вам напомнить кое о чем. Не воображайте Вселенную такой прекрасной, мы еще не построили мир на Земле. Всегда имейте в виду: если даете кому-то нож, то тем самым вы толкаете его на преступление. А тектос и есть… ну, вы понимаете.
После череды проверок контрразведки Ван Хайчэн постепенно научился смотреть на проект «Звезды» другими глазами. Они были правы. Тектосы – это нож. При правильном использовании им можно переполосовать всю структуру власти в современном мире, а затем реконструировать в соответствии с замыслом владельца ножа. Для этого достаточно, чтобы «Моисей» вошел во вторую фазу. Разрыв между константой сильного взаимодействия вокруг объекта и в обычном мире уже был очень велик. И если разработать простое колебательное устройство, можно было использовать разницу в законах физики для получения невообразимой, неограниченной энергии. А она, бесплатная, чистая, способна вылепить совершенно новую экономическую и торговую структуру всей планеты.
Над вопросом, как люди смогут использовать тектосы, Ван Хайчэн раньше не задумывался. Ценность «Моисея» была очевидна, но что смогут сделать «Цзаофу» и «Долли»? Скорость света вблизи «Цзаофу» возрастала, и это само по себе находилось за пределами человеческого понимания, ведь подобное свойство могло перестроить пространственно-временную структуру всей Вселенной. Но для низкоскоростного мира, где живут люди, в этом, похоже, не было никакой практической пользы. Вот если бы человечество уже вступило в стадию сверхцивилизации с межзвездной иммиграцией, ценность тектоса могла бы возрасти многократно, но пока способа использовать его не было.
Насчет «Долли» даже идей не возникало. Что это за штука? Несовершенный биоксерокс?
И в этот момент в голову Ван Хайчэну пришла удивительная идея:
Важно не то, какую пользу тектосы несли людям, а какую пользу люди приносили их Конструктору.
Может, эффекты, которые люди смогли распознать и использовать, – это только побочное действие тектосов? А как насчет основного? Конструктор прислал людям чертежи этих ультрамикробных машин. Что он собирался сделать после того, как человечество построит их?
Исследователи проекта «Звезды» тратили все свое время и энергию на изучение эффектов, производимых тектосами. Они таили слишком много загадок. Какова структура черной оболочки? Как реализуется их функция? Если это ультрамикромашины, то какой механизм приводит их в действие? Каков размер микромасштабирования? Действительно ли невидимая и не осязаемая, за исключением оболочки, и не имеющая каких-либо электромагнитных эффектов начинка тектосов – это темная материя? Если да, то как обычная материя превратилась в темную?