Осколки. На острие боли (СИ)

Заглянула в экран и набрала большим пальцем “Привет” и, не делая паузы, тут же нажала на значок отправки. Сообщение сразу же ушло, высвечивая две галочки, пока что серые.
– Ты что наделала? – отскочила в панике, не ожидая, что она отправит сообщение, не согласовав со мной.
Сердце мое резко пустилось вскачь, ритмично и без остановки барабаня в ушах. Вся кровь прилила к лицу, я даже ощутила, как от ужаса и стыда горели щеки. Хлопнула себя по ним и прикусила нижнюю губу. Но проблему это не решило, только еще больше ввело меня в невроз и панику.
– Решила проблему всего дня, – флегматично в это время поджала губы Леська и ухмыльнулась, наверняка посмеиваясь в душе над моей нерешительностью.
– А может, написать, что это я? Вдруг он примет меня за другую и… – мозг сумбурно пытался просчитать шаги наперед, но тут Леська воскликнула:
– Прочитал! – ткнула пальцем в мой телефон.
Я сглотнула, словно перед эшафотом, и только после перевела взгляд на экран.
– Ну, что там? – дернулась рядом Олеся, толкаясь своим плечом.
– Печатает что-то, – полушепотом сказала ей, не поворачивая головы, гипнотизировала всё это время экран, ни на секунду не отрывая свой взгляд.
А затем зажмурилась. И застонала.
– Боже, зачем я вообще решила ему написать? Почему ты меня не остановила? – посмотрела грустным и потерянным взглядом на сестру, которая только улыбалась при виде моих истеричных метаний.
Не знаю, что она хотела сказать, я отвлеклась, прерывая ее речь, ведь в этот момент раздался звук входящего сообщения в мессенджере. Я растянула губы уголками вниз, выпучила глаза и в панике задышала, глядя вопрошающе на сестру.
– Перед смертью не надышишься, – с улыбкой ответила она на мой молчаливый кивок и выразительно глянула на мой телефон.
Я резко выдохнула, набираясь храбрости, и быстро открыла вкладку.
“Привет. Мы знакомы?)”
– Он написал “привет”, – радостная, глянула на Лесю, почти подпрыгнула на месте, отчего старенькая деревянная кровать натужно заскрипела. - И скобочку-улыбку в конце добавил. Как думаешь, это что-то значит? Что мне ответить?
Показала ей сообщение, ожидая ее ответа.
– Всё, что в голову приходит. Расслабься, Сонь, – погладила она меня по плечам, слегка зевнула, прикрывая рот ладонью, и встала с кровати. – Тебе всё равно придется самой потом переписываться. Начинай прямо сейчас. Всё, я домой.
– Может, с ночевкой останешься? – глянула на нее с надеждой. – Ужастик посмотрим под чипсы.
Она качнула головой, встала и закинула на плечо синий рюкзачок. Брелок в виде половинки сердечка, прицепленный к маленькому отсеку, звякнул, ударившись о замочек, и я машинально глянула на свой такой же школьный рюкзак, только черного цвета. На нем красовался такой же брелок, атрибут нашей дружбы на века.
– Мама просила пораньше прийти, гостей позвала, – пожала плечами Олеся, сморщила нос и демонстративно закатила глаза к потолку, – так что ждет меня сегодня кухонное рабство. Пойдем, проводишь меня.
Тетя Марина, папина младшая сестра, и правда была довольно гостеприимной женщиной, и Олеся частенько помогала той по кухне. В такие моменты я радовалась, что моя мама хоть и была более строгой и придирчивой, но гостей в дом особо не водила.
Я, как могла, растягивала время. Долго прощалась с сестрой, не оставляя попыток уговорить ее остаться, хотя понимала их тщетность, но хочешь не хочешь, а в скором времени я осталась в квартире одна. Наедине с собой, своими тревожными мыслями и телефоном, на экране которого продолжало высвечиваться сообщение от Никиты. И оно требовало от меня ответа.
Дома я была одна, но по привычке закрылась на щеколду и легла животом на кровать, дрожащими пальцами открывая мессенджер.
“Привет, мы знакомы?)” – скобочка в конце по-прежнему заставляла мое сердце совершать кульбит.
На экране по ту сторону сообщение наверняка высветилось двумя синими галочками, возвещая владельца смартфона о прочтении. Я подложила под грудь декоративную подушку с нарисованным на ней мишкой, и задумчиво прикусила губу. Я никогда раньше не переписывалась с парнем. Спрашивать у одноклассников домашку в сети – другое. Там ведь с моей стороны нет любви.
 
“Я Софья. Младшая сестра Алины Отрадной”.
Мгновенное прочтение. Я всегда знала, что Никита не из робких парней, и эта черта его характера особо привлекала меня, но когда он сразу начал печатать ответ, включила блокировку экрана, чтобы сделать передышку.
“М. Сорри, не узнал. Ты что-то хотела?”
Не стала читать, чтобы он не подумал, что я тормознутая. В отличие от него, я сразу ответить не смогу.
Просмотрев в уведомлении текст сообщения, я часто задышала, а мои щеки покраснели от стыда. И что я могу ответить на этот вопрос? Я влюблена в тебя и хочу взаимности? Обрати на меня внимание, Никит, ведь я уверена, что я та самая, с которой ты до конца дней проживешь в любви и согласии?
Нет. Так сильно опозориться я не могла.
Выждала пять минут, как советовала своим подружкам Алина, а затем, когда я уже решила дать ответ, экран погас, и в его темном отражении я увидела свое лицо. На носу выскочил очередной прыщ, и я осознала всю неприглядность своей внешности.
Резко сняла блокировку, но отвращение к самой себе уже успело осесть комом в горле и тяжестью в груди. Поскольку из мессенджера я не выходила, то сразу же вошла в открытый чат с Никитой. Он был онлайн.
“Я плосто хотла”.
– Соня! Почему трубку не берешь? У тебя мать тяжелые пакеты на четвертый этаж сама тягала, хотя бы у порога забери!
Резкий зычный голос матери отвлек меня, и недописанное сообщение с позорными ошибками было тут же отправлено адресату. Черт-черт-черт! Только я хотела удалить пресловутое СМС, как высветились две синие галки. Текст был стерт, но было слишком поздно – Никита увидел мой конфуз. Громко сглотнула и встала с кровати, не отрывая при этом взгляда с экрана.
В этот момент залаял Федор, радостно приветствующий хозяйку, а я сморщилась. Он наверняка и до этого подавал голос, но я слишком увлеклась перепиской и не услышала.
– Соня! – раздался снова уже злой голос матери.
Ирина Отрадная была женщиной критичной и не особо ласковой, и не привыкла, чтобы ее просьбы-равно-приказы пропускались мимо ушей. Мне пришлось кинуть телефон на разворошенную помятую постель и быстро юркнуть к двери, открыть щеколду и выйти наружу, спеша родительнице на помощь.
– Ты подстриглась? Тебе идет, – вырвалось у меня.
После двух родов мама сумела сохранить стройную фигуру, так что вкупе с новой короткой стрижкой она, действительно, стала выглядеть моложе своих тридцати девяти лет.
– Правда? – комплимент пришелся ей по душе, недовольные морщины, залегшие в уголках глаз, разгладились, и она подошла к зеркалу, любуясь своим отражением. – Не представляешь, как я устала. Ты почему не предупредила, что лифт сломан? Еще и трубку не берешь, опять в свои рилсы залипала? Вот скажу отцу, и мы отберем у тебя телефон. Нечего всякую ерунду смотреть, у тебя ЕГЭ на носу.
– Я отнесу продукты на кухню.
Не желая слушать очередной виток родительских нравоучений, я быстро подхватила пакеты в обе руки и убежала, желая ей угодить своей расторопностью. Вот только когда она вошла в ванную, а после вышла и громко хлопнула дверью, поняла, что меня ждет взбучка.
– Ты убиралась, Соня, сегодня? М?
Вкрадчивый елейный женский голосок мог ввести в заблуждение кого угодно, но я знала этот тон много лет. И он не сулил мне ничего хорошего.
– Д-да.
Я втянула голову в плечи и вся сжалась, со страхом глядя на проем кухни. Как только мать войдет, то начнется скандал.
– Иди-ка сюда, Соня, или прикажешь мне за тобой идти?
– Мам, я честно-честно отдраю ванную, только на выходных, хорошо? – сразу же залебезила, надеясь, что мне не попадет.
После школы мы с Леськой вдвоем забурились к нам домой, так что времени заняться уборкой и правда не было. Да и желания, если честно, тоже.