Осколки. На острие боли (СИ)

С этого дня Никита мне больше не писал. А мои сообщения ему так и остались висеть непрочитанными. Он меня просто заблокировал.
  
Глава 6
 
Никита 
Целовалась Алина неплохо. Стоила того времени, которое я на нее тратил. Макар увел ее закомплексованную сестрицу в тир, а мы с Алиной медленно шли следом. Пока она не выпрыгнула передо мной. Ее руки легли на мою шею, и мне пришлось слегка наклониться.
– Кстати, пока не забыла, я сказать тебе хотела. Заблочь мой старый номер, плиз. Я новый купила. Давай через него будем переписываться.
– Что случилось?
– Ай, один сталкер достал меня.
Девчонка уставилась на меня так, будто ждала, что я предложу ей разобраться с ее преследователем, но я хмыкнул и просто заблокировал ее старый номер.
– Новые цифры диктуй.
Записал, сохранил и снова двинулся вперед. Ее рука лежала на моем локте.
– Давай после парка в клуб сходим, Ники? – произнесла она и приклеилась ко мне, вжимаясь так крепко, словно хотела стать со мной одним целым.
Я сморщился, услышав ее “Ники”, но промолчал. Пока не получил то, что хотел, так что потерплю.
– Мы с пацанами в Дарксайд собираемся. Подгребай к одиннадцати туда.
– Может, заедешь за мной?
– Нас пятеро будет, мест нет, – сказал я и пожал плечами, наблюдая за ее мимикой. Интересно, стерпит ли?
– На такси приеду, – вздохнула она и ни слова против не сказала.
Ни капли самоуважения у девчонки. Впрочем, все они велись на меня и не обижались на мое равнодушие. Каждая верила, что будет для меня той самой.
– Обратно ко мне поедем, м? – наклонился и прошептал ей на ухо, обдавая ее кожу жаром своего дыхания. Она вздрогнула, а я с удовольствием трогал ее талию, опускаясь ниже.
Ответом мне послужили ее учащенные вздохи, а затем поцелуй. Клубничка почти поспела, этой ночью я ее сорву и перейду к новой клумбе.
***
Софья
Ник молчал. С той встречи в парке аттракционов от него ни слова. Я не стала унижаться и писать ему с другого номера, но сердце, несмотря на принятое решение отступить, всё равно болело.
Леська на меня по-прежнему обижалась, хотя всё равно не сдала матери в прошлый раз. Надо будет извиниться перед ней и позвать на пиццу, но сил пока не было. Я сидела за столом в своей комнате и гипнотизировала взглядом черный монитор компьютера. Из головы никак не выходила Алина. Неужели у них с Ником всё серьезно, и она приведет его знакомиться с родителями?
– Твоя классная руководительница звонила, – вдруг раздался сзади голос мамы.
Она подкралась ко мне незаметно, я не услышала ее шагов, оттого она застала меня врасплох, и я вскочила, судорожно размахивая руками, даже чуть не снесла процессор.
– Ты меня напугала, мам.
Вид у нее был не особо доброжелательный, но я была настолько поглощена драмой в своей жизни, что ее настроение – последнее, что меня беспокоило.
– Даже не спросишь, зачем Раиса Павловна звонила?
– На собрание позвала? – сделала я предположение и втянула голову в плечи. Совсем забыла предупредить маму и предстоящем собрании.
– И это тоже. Но главное не это. Ты скатилась по английскому. Каким образом собираешься на переводческий поступать? Имей в виду, у нас с отцом таких деньжищ нет, чтобы за твою учебу в универе платить. Если ЕГЭ провалишь, пойдешь посудомойкой работать, мне в доме нахлебницы не нужны.
– Но за Алинку ведь платите. Она тоже не на бюджете.
– Не сравнивай! Она бы прошла, если бы места не отдали каким-то мажорам, у нее талант.
– Ты забыла добавить “в отличие от тебя”.
– Огрызаться вздумала?!
– Нет, просто это несправедливо, – впервые, я, казалось, высказала то, что думала и чувствовала внутри себя. – Я вам что, неродная дочь? Почему ты так со мной, мам?
– Не реви, и без того красотой не блещешь.
– …красотой не блещешь, – закончила я с ней одновременно, повторяя слова, уже набившие оскомину.
– Хватит жалеть себя, София. Лучше бери пример с Алины, она ведь согласилась подтянуть тебя по английскому, ты почему отказалась?
 
Я переваривала сказанные мамой слова и не сразу смогла ответить.
– Я отказалась?
– В общем, ничего не знаю, в четверг после обеда она придет домой и позанимается с тобой. Цени, что она тратит на тебя свое время, и не вздумай отлынивать, я всё равно узнаю.
Слова мамы звучали безапелляционно, запрещали мне отказаться. Она смотрела на меня безотрывно и не уходила, вынуждая меня сказать “да” вслух.
– Хорошо, – ответила я спустя минуту молчания. 
Мама еще постояла, а после ушла, довольная моим согласием. Я же осталась сидеть на стуле и переваривать то вранье, которое Алина навешала на уши маме.
Я бы и дальше продолжала всхлипывать, но пришлось вдохнуть несколько раз и ответить на входящий вызов. Номер незнакомый, и обычно я не беру такие звонки, но надежда на то, что это Никита, перевесила все мои аргументы “против”.
– Алло.
– Привет, это Макар. Предвосхищая вопросы, скажу, что мне Алина твой номер дала.
– А. Привет, – произнесла я и растерялась, не представляя, зачем он мне звонит.
– Какие планы на среду?
– М. Да вроде никаких.
– Тогда как насчет кино? Что ты любишь? Мелодрама, юмор? Может, боевик или ужастик?
– Ужас, – выпалила я и выпучила глаза, – то есть, нет, ужас про ужастики, нет, то есть…
– Не части, Софи, – хохотнул Макар и разрядил обстановку. – Я тебя понял. Никакого паранормала и триллеров. Что насчет мелодрамы?
– Д-да, я такое смотрю.
– Тогда договорились, заеду за тобой в шесть. Спокойной ночи!
Он закончил разговор быстрее, чем я успела подумать. Его напор застал меня врасплох, и я сама не заметила, как согласилась пойти с ним на свидание. 
Говорить о предстоящем свидании я никому не стала. Даже Олесе, которая продолжала на меня дуться, но уже отходила. Даже дала мне списать домашку по математике, за что я была ей благодарна. Я настолько была поглощена любовными переживаниями, что учеба – это последнее, что меня беспокоило.
Как только наступила среда, я не стала снова просить Алину меня одеть и накрасить. Внутри меня всё еще горела обида. И боль, которую я не могла унять. Она осела в груди и не желала уходить оттуда, будто поселилась там навечно.
– Ты куда собралась? – возникла на пороге моей комнаты мама, как только увидела меня сидящей около зеркала.
Я замерла, ведь совсем не подумала, что скажу ей. Вот только она была чем-то озабочена и смотрела будто сквозь меня.
– Я в кино.
– Ясно. На обратном пути хлеб захвати. И раньше десяти дома не появляйся, у нас с твоим отцом будет серьезный разговор.
Это был неожиданный и непривычный поворот. Я ожидала, что она запретит мне гулять или учинит допрос, кто это меня позвал, и почему я не предупредила ее заранее. Но реальность оказалась куда страннее.
– Х-хорошо.
Я была немногословна. Боялась спугнуть удачу. О таком я и не мечтала.
Мама больше ничего не сказала, развернулась и ушла на кухню, как обычно, греметь посудой. Она явно не в настроении, но зла, видимо, на отца, раз у них намечается серьезный разговор. На душе у меня стало тревожно, но я снова посмотрела на свое отражение и постаралась абстрагироваться, чтобы не портить себе настроение.
На этот раз макияж был по минимуму, платье скромное, ниже колен. Алина бы сказала, что пуританское, но мне в таком было комфортнее. Да и выделываться перед Макаром я не хотела. Сердце по-прежнему плакало по Никите, а сама я вздрагивала всякий раз, когда мне приходили сообщения в мессенджерах, всё надеялась, что это он. Увы и ах. Это, видимо, не моя история любви.
– Я внизу жду, спускайся, – произнес Макар, позвонив мне спустя час, за пять минут до назначенного времени.
Я взяла сумку, надела кеды и поскакала вниз, не стала прощаться с мамой. Опасалась, что она запретит мне идти в последний момент.
Макар при моем появлении отмер не сразу. Долго смотрел и только потом протянул мне руку.