Великий и Ужасный 5 (СИ)
— Че злисся? — раздалось откуда-то с потолка, прямо надо мной. Там, вынув пластиковую панель и уцепившись обеими ногами за какую-то железяку болтался вниз головой гоблин и вазюкал пальцем в планшете, к которому были подключены какие-то провода. — Я ваще-то трудюсь тут в поте лица… В поте морды? В поте рожи? В поте чего я трудюсь-то? Эсси, вот у тебя — лицо, это ваще понятно. У Хурджина — харя! У Бабая, ясен хрен — рожа! А у гоблинсов — что?
— А у гоблинсов, — сказал я, подкрадываясь к нему. — У гоблинсов вот-вот начнутся большие проблемы, потому что ты клятвенно обещал что найдешь нам расположение хранилищ и складов сам! И потому я не взял с собой Латифа!
— Ой, еще консервных банок бы с собой насобирал! — пошевелил ушами гоблин. — Я тут вон че нашел! Разъездеформация! Развезнасракция! А-а-а-а ухи-ухи-ухи!!! Пусти, Бабай, я читал сегодня словарь!!! Сведения я нашел ценные, и про имущество, и по Хунедоаре! Эсси, скажи ему! У меня и так ухи большие красивые, чего он тянет!
Ухи я отпустил, потому что в целом Кузя был прав и вообще — большой молодец! Я даже дал ему протеиновый батончик, чтобы он не хныкал. Потому что он нашел кое-что действительно важное, с чем предстояло разобраться несколько позже. И кое-что полезное прямо сейчас: схему подвалов здания битком набитых тем самым ОЧЕНЬ ЦЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ!
Награбленные драгоценности и всякие волшебные штучки-дрючки, которые местные вампиры тащили в свою цитадель после карательных рейдов, ждали прямо под нашими ногами!
— Полный вперед! — скомандовал я. — Идем напролом, вниз, по лестницам! Вперед, за золотом и штучками-дрючками!!!
— Лок-тар огар!!! — откликнулись соратнички и мы ломанулись вниз по лестницам.
Редкие вампиры и военнослужащие-люди из местного гарнизона, конечно, пытались оказать сопротивление, выстраивая оборону на лестничных маршах и площадках. Они опрометчиво думали, что какое-то количество снага, людей и гномов — это довольно слабый и привычный противник, по сравнению со страшной-ужасной паучихой, которая сновала то тут, то там, хотели устроить нам Фермопилы, пользуясь узким пространством… И были за такое многократно биты толпой.
Мы прорвались в подвалы минут через сорок, и жадный зеленый прилив затопил местные арсеналы, хранилища и кладовые… Тут действительно нашлось чем поживиться! Доспехи, оружие, артефакты, драгоценности, звонкая монета из благородных металлов — то, что никогда не потеряет ценности ни в одном из миров! Это вам не циферки на банковском счету…
Жадные, загребущие руки ордынцев вскрывали сундуки, взламывали сейфы, потрошили коробки и ящики… Я, впрочем, занимался тем же самым, когда Эсси в своем росомашьем шлеме вдруг поднесла руку к виску и доложила:
— Брегалад говорит — танковая колонна выстраивается вдоль границы Хтони, в четырех километрах отсюда! Он предполагает, что станут лупить болванками!
— Какие разумные сволочи! — восхитился я. — Взрываться-то и выстреливать оно будет у них там, а лететь, соответственно — сюда! Какая-то героическая падла сообщила, что у мы здесь орудуем!
А потом заорал во всю глотку:
— Хватайте всё, что можете унести, мужики! Пора сваливать! — и стал сгребать в рюкзак разные приятные мелочи типа артефактного оружия и золотых слитков, а потом спохватился: — Ох, ять! Это ж на двадцатый этаж теперь всё переть!
И мы перли, и вокруг нас всё горело, и рушилось, и летали снаряды и бегала суетливая паучиха, но бросить такую огромную кучу всего — это было не в наших, орочьих силах.
* * *Всего в этом томе осталась еще одна глава и одна интерлюдия, вроде как. Посмотрим, как пойдет.
Глава 23
Амбиции
правки в течение дня. или двух дней
Мы вернулись поздно ночью, тяжко нагруженные добычей, а еще — ранеными и мертвыми. Мы никого им не оставили! Потери были минимальными, больше всего ордынцев погибло от обстрела болванками… Я гордился нашими парнями — то, что мы устроили там, на той стороне Хладного Моста, всё это дело — с самого вторжения вампирских карателей и до нашего рейда на Хунедоару — это точно достойно отдельного живописного полотна… Ну, или боевичка от «Гоблин Пикчерз». Уверен — Кузя в лепешку расшибется, но сваяет нетленку, которую зальет в сеть во славу Орды!
Стоило отдать должное и эльфам: они ушли с крыши центральной башни последними. Стояли, не кланялись снарядам, прикрывали наш отход… Не только стрелами: среди добровольцев оказались сильные природные маги, которые сумели качнуть хтонический лес вокруг Оазиса и направить его разрушительную силу на гусеничные бронированные машины балканской армии. Да, и у балканцев было чем ответить, но как только обстрел башен перестал быть игрой в одни ворота — интенсивность канонады сильно снизилась…
В общем — мы сделали то, о чем и помыслить не могли великие стратеги и обученные полководцы из генштаба. Мы разгромили врага в его логове, ограбили крупную базу, все там обосрали и обоссали и оставили сюрприз в виде Вдовушки, которая, похоже, решила обосноваться на той стороне всерьез. По крайней мере, когда мы возвращались, под нашими ногами ползло целое скопище недобитых в Сколевских Бескидах паучат.
Очень отвратительное и очень паучительное зрелище.
* * *Вернувшись, мы сгрузили добычу в Сколе, предоставив главбуху и Кузе с гоблинами заниматься учетом и подсчетом, а сами занялись похоронами. Остатки вражьих тел мы просто скинули в овраг и закидали землей. Носферату были растерты в кашу и сожжены сразу, остальные вроде как из кусков прорасти не могли, так что пара бульдозеров из Сколе решило этот вопрос.
Эльфы в сражении на этой стороне потерь не понесли вовсе, а на той — потеряли семерых убитыми и несколько десятков — ранеными. Они занимались погребением по своему обряду, за пределами Хтони, на берегу речки Опир.
Мы же устроили все по нашим, ордынским обычаям, прямо на месте сражения. За обычаи у нас отвечал отец-основатель и пан-атаман — то бишь я. Так что именно мне пришлось стоять в окружении толпы орков, людей и гномов, которые стояли с факелами широким кругом, заполняя собой просеку, насколько хватало глаз. Мерцающий свет факелов разрывал ночную тьму, искры летели в укрытые хтонической хмарью мрачные небеса. Ряды тел, упакованные в автомобильные покрышки и политые горючим, давали полное и ужасающее впечатление о количестве погибших в бою с кровососами ордынцов.
Тысячи — вот сколько их было. Я взял факел из рук Хурджина факел и поднял его вверх и прокричал?
— О, вижу я отца своего… — и тысячи факелов поднялись вверх, и тысячи мужчин повторяли за мной: — О, вижу я и мать свою, и сестер с братьями! И друзей моих, и соратников, с кем стоял плечом к плечу! О, вижу я, как наяву, предков моих всех до единого, и павших товарищей своих! Они призывают, и зовут мое место занять рядом с ними, в небесных чертогах, где вечно живут храбрецы!
— … где вечно живут храбрецы! — вторила мне многоголосым, грохочущим голосом Орда.
— Победа или смерть! — я бросил факел и огонь вспыхнул, жадно облизывая автомобильные покрышки.
— Лок-тар огар! — факелы полетели метеоритным дождем, и вскоре вся просека полыхала, хороня храбрецов, которые грудь в грудь рубились с исконным врагом всего живого, и остались настоящими ордынцами до самой смерти.
А когда огонь догорел — народ рявкнул:
— ХАЙ!!! — и мы все пошли по своим делам.
Я понятия не имею, что должен был значить этот ритуал. Просто ребята думали, что так надо, поскольку Кузя или кто-то из его банды еще тогда, после смерти Садзынара Резчика, оказывается, снимал огненные похороны старого урука. Видео разошлось по сети, и теперь в каждом филиале под Белой Дланью наши пацаны считали, что так положено хоронить мертвых в Орде. Атаман-де такой пример показал!
Честно говоря, я был очень рад, что весь этот дурдом закончился, и теперь есть время на крохотную передышку. У меня совершенно точно имелось одно очень, очень важное дело! Есть время для смерти и есть время — для жизни, это я очень хорошо усвоил в этом мире, иначе сбрендил бы очень быстро.