Апостат (СИ)

– Прости меня, – опустил я рогатую голову. – Я не хотел, чтобы все произошло вот так…
– Но еще, – продолжала моя супруга, будто не услышала меня, – я хотела тебя и отблагодарить. Мне больно помнить, что ты сделал и чем пожертвовал. Когда я переродилась в новом мире, то потеряла свои воспоминания. Только лишь короткие обрывки непонятных сновидений посещали меня ночами. Но потом, когда я предстала перед матерью всех людей, то вспомнила обо всем. О твоих глазах, твоих руках, твоей улыбке, твоем имени…
Кожей ощутив неладное, я аккуратно наложил свой гигантский палец на уста Ангелины, вынуждая замолчать.
– Только не произноси его, – попросил я. – Мне не хочется вспоминать. Отныне меня зовут Данмар, и больше никак.
– Хорошо, как скажешь… Данмар, – отчего-то хихикнула моя избранница. – Ты уже придумал, чем мы будем заниматься, коротая вечность?
– Боюсь, что Дьявол обо всем позаботился за меня, – хмуро отозвался я. – Он приказал мне завоевывать человеческие миры, и я не чувствую в себе сил перечить ему. Я проиграл и теперь вынужден подчиниться…
С лица Ангелины быстро сошла озорная улыбка, а вместо нее наползло выражение печали и разочарования. Похоже, она еще не в полной мере осознавала, кем я стал, и теперь ей предстояло узнавать меня заново. А ведь если подумать, то настоящего меня она никогда и не знала. В первой жизни я скрывал от нее свое истинное занятие. А во второй так и вовсе оказался обвешан всевозможными масками, больше походя на новогоднюю елку. И вот только сейчас ей выпал шанс познакомиться с моей истинной сутью.
– В таком случае, я в деле! – уверенно ответила она.
И, прежде чем я понял, что она имеет в виду, Ангелина потянулась, а затем коснулась дыры, оставшейся в моей грудине после лап Асмодея. Я успел перехватить узкую женскую ладонь, перепачканную черной кровью, однако остановить ее единственной уцелевшей рукой не смог. Моя избранница подалась вперед и слизала демонический ихор со своих пальцев.
Я взвыл и бестолково заметался по свободному пятачку зала, когда душа моей супруги рухнула на пол и забилась в конвульсиях.
– Дура!!! – заорал я, падая на колени рядом с ней. – Что ты натворила?! Ты же теперь навеки будешь привязана к Преисподней!!!
Я думал, что она меня не слышала, однако когда судороги перестали сотрясать ее тело, а сама Ангелина преобразилась, обзаведясь чешуей, рогами и бритвенно-острыми когтями и, Дьявол задери эту идиотку, гибким шипастым хвостом, она мне ответила:
– Посмотри на это с другой стороны, – томно промурлыкала она, облизывая раздвоенным языком насыщенно-синие губы, – ведь эту вечность мы сможем провести вместе…
– Зачем?! Зачем ты так сделала?! – прорычал я, зло смотря на свою избранницу. – Ты не понимаешь, чем пожертвовала! Если ты знала, что кровь демона может сотворить с человеческой душой, значит, говорила с Самайной об этом?! Так почему?! Ответь!!!
– Потому что мне не нужна свобода, если я не смогу разделить ее с тобой… лучше томиться в узилище, но вместе. Ты уже один раз обманул меня и сбежал. Думаешь, я теперь позволю тебе снова так поступить?
Изящная покрытая темной чешуей ладонь демоницы прикоснулась к моей щеке, и у меня в горле тотчас же возник тугой ком, который просто невозможно было проглотить. Черт… как же нелегко смотреть в глаза собственному прошлому. Но, раз я не могу уже ничего изменить, значит, мне остается только смириться с выбором Ангелины? Вроде бы так было принято поступать в моем первом мире – уважать решения своих избранников. Или я только что это придумал себе сам? Дьявол… не знаю!
Я бережно опустил обрамленную венком из длинных тонких рогов голову супруги, а затем встал на ноги. Протянув единственную оставшуюся у меня руку, я помог своей возлюбленной подняться, и она вскочила с пола легко, двигаясь пластично и изящно, будто пляшущие языки пламени. Невольно я залюбовался ее звериной грацией и отметил про себя, что никогда еще не встречал в Аду похожих на нее созданий.
– Ну и как ощущения? – хмуро спросил я, до сих пор злясь на собеседницу за ее глупый поступок.
 
– Очень необычные, – призналась она. – Такие, будто я стою на вершине целого мира и могу обнять его…
– Угу… посмотрим, что ты скажешь, когда черный обелиск начнет пожирать твою душу…
– Ох, да хватит тебе ворчать! – Супруга вознамерилась шутливо ткнуть меня локтем в бок, но я неуловимым движением ушел в сторону.
– Это не шутки, Ангелина! – попытался достучаться я до разума собеседницы. – Ты теперь камбион! Полудемон, получеловек!
– То есть, прямо как ты? – нисколько не смутилась она.
– Вот именно! – с вызовом рыкнул я.
– Ну и отлично, – снова улыбнулась демоница. – Муж и жена – одна Сатана.
От упоминания имени Мессера меня прострелило нервным импульсом от пяток и до кончиков обломанных рогов. Похоже, бесполезно ее вразумлять. Эту патологическую упрямицу проще прибить, нежели объяснить, насколько она заблуждается.
Молча отвернувшись, не желая омрачать наше воссоединение ссорой, я отправился в сторону Месиза, грубо расталкивая покачивающиеся в трансе души. А супруга поплелась за мной хвостиком, как приклеенная. Судя по всему, теперь она не собиралась отставать от меня даже на шаг.
Покосившись в сторону свой новообретённой хвостатой тени, я все же ничего не стал говорить. Вместо этого я встряхнул Храмовника за плечо, и взгляд бывшего паладина точно так же медленно приобрел осмысленность.
– Ох… что за черт… Пророк?! – камбион ошарашенно осмотрелся и, к моему удивлению, быстро все понял. – Мы проиграли, да?
В голосе полудемона не звучало отчаяния или горечи, а только лишь легкое сожаление и спокойное смирение.
– Да, Месиз, – кивнул я. – Мы проиграли битву, но война не окончена, покуда мы живы. Твой родной мир потерян, Дьявол завладел им и населяющими его душами. Но скажи, готов ли ты бороться дальше?
– Я готов, Пророк! – без колебаний ответил паладин. – Ты сам учил нас, что нужно сражаться, пока бьется сердце. Так как же я могу отринуть твою науку?
– Мне радостно слышать это! – в порыве чувств, я хлопнул камбиона уцелевшей рукой по плечу, отчего тот едва не рухнул. Но, судя по широкой клыкастой улыбке, он на меня за это совсем не обиделся.
– А кто твоя спутница, Пророк? – заметил наконец Месиз мнущуюся позади меня Ангелину.
– Одна очень упрямая особа, которая по своей невероятной глупости отравила собственную душу и обрекла себя на вечные муки, – ворчливо отозвался я.
– Данмар хотел сказать, что я его жена, – вставила слово демоница и робко улыбнулась.
– Для меня большая честь познакомиться с вами, домина, – степенно наклонил подбородок бывший храмовник.
А затем обе их рогатые головы повернулись ко мне.
– Ну, что дальше? – как ни в чем не бывало поинтересовалась Ангелина. – Разбудишь еще кого-нибудь?
– Пожалуй, что да… – выдохнул я, внутренне боясь осуждения от людей, которых использовал на своем жизненном пути.
Следующим я избрал Кавима. Честно говоря, у меня оставались определенные сомнения в том, что шахирец сумеет принять такого Данмара. Но ведь и держать его в качестве безмолвного зомби я не считал правильным. А стало быть, приходилось выбирать из двух зол…
Молодой Эль Муджах несколько раз моргнул, а затем с некоторым трудом сфокусировал взгляд на нашей троице. М-да, пожалуй, стоило мне подойти одному, потому что увидев перед собой сборище разномастных демонов, мужчина подпрыгнул чуть ли не выше своего роста.
– Исш’шантала! – выругался южанин и потянулся руками к поясу, где он обычно носил сабли.
Ясное дело, что никакого оружия у него с собой не оказалось, а потому он поднял на меня затравленный взгляд и попятился назад, сгорбив спину на звериный манер.
– Кавим, спокойно, – обратился я к нему. – Это же я.
– Дан… мар? – от удивления брови шахирца взлетели вверх и затерялись где-то под его густой черной челкой. – Почему у этой жуткой твари твое лицо? Глаза меня не обманывают?! Или это все насланный Иблисом морок?!