Повелитель Теней (СИ)

— Вчера взяла в библиотеке, — я захлопнула книгу и положила её на подлокотник. — Да, конечно. Сэм сказал, что у него сегодня утром тренировка, и сразу после того, как он освободится, пойдем… — и добавила: — Не влипнуть бы во что-нибудь.
Эльфийка поморщилась и, откинувшись на спинку, пренебрежительно махнула рукой:
— Как мы уже поняли, главное — только обороняться. Прибегут, конечно, стражники, но им сразу придется нас отпустить.
— Понятно, что придется. А ректор всё равно по максимуму нам штрафных баллов влепит, — не поддержала я ее оптимизма.
— Ну и пусть. У декана Тэрина не так и плохо. Преподаватели симпатичные постоянно ходят. А какой у нас проректор! — мечтательно промурлыкала она. — Синие глазища в пол-лица. А эти губы…
Не желая в сотый раз слушать про красавца проректора, о котором мне Максин уже все уши прожужжала, про невероятные глаза и губы, из которых, видимо, его лицо только и состояло, судя по словам подруги, я поднялась:
— Завтрак на столе. А мне надо в оранжерею.
— Иди-иди, — мне помахали на прощание ладошкой, и я благоразумно ретировалась.
Выйдя на улицу, сладко потянулась. Помахала руками, разминаясь, и бодро потопала по знакомому маршруту мимо деревьев Акати с голубыми листьями и крохотными белыми цветами. Мне они всегда напоминали полноводную реку со вспененной водой. Потом был участок с розами черного цвета и красной бахромой. Проходя мимо, я всегда останавливалась рядом, вдыхала нежный аромат, аккуратно прикасалась к удивительным бархатным бутонам. Но ни разу за всё это время я не осмелилась сорвать даже крошечный цветок. Они были слишком прекрасны и удивительны.
Вот и сейчас, дойдя до них, я замерла, любуясь ими, наслаждаясь тишиной: было только начало седьмого, редкие адепты бы встали в свой выходной так рано и вышли на прогулку…
Внезапно я услышала мужской хохот и женское хихиканье.
«Ну если они только ещё не ложились», — мрачно подумала я и огляделась по сторонам, пытаясь понять, откуда доносятся голоса, чтобы не пересечься с их владельцами.
Но смех вскоре оборвался, снова наступила тишина, и я, более не задерживаясь, поторопилась в оранжерею.
Ускорившись, я добежала до беседки и, резко завернув за угол, со всей силы ударилась обо что-то.
Женский голос испуганно ойкнул, послышались легкий хлопок и шелест ткани.
Тряхнув головой, потирая ушибленный лоб, бессознательно залечивая ушиб, я увидела, что передо мной на дорожке по уши в пыли в некогда нежно-голубом, а сейчас серо-голубом, платье валяется… та самая принцесса «с травмой ладошки»!
  
Глава 8. Замечательные друзья, симпатичный мужчина рядом и порция отборных неприятностей
 
Осознав, что только что произошло, я протянула девушке руку, чтобы помочь ей встать. Но по моей ладони со всей силы ударил парень в дорогом камзоле, стоящий рядом.
— Проваливай! — рявкнул он на меня.
Окатив его недовольством, тем не менее произнесла:
— Простите, — оббежала их и побежала дальше. Уже понимая, что вскоре меня ждут крупные неприятности. То, с какой ненавистью на меня смотрели принцесса и её спутник, даже слишком явно на это намекали. Они точно не упустят теперь возможность выплеснуть недовольство и гнев на меня и будут везде искать. Ну или кто-то из их свиты, что более вероятно, сами-то они не из тех, кто будет руки марать, чтобы потом отрабатывать штрафные баллы.
Через пару часов, собрав первый урожай, отнесла ингредиенты в лечебницу. Разложила их аккуратно в одной из палат на бумаге, чтобы сохли. И окольными путями, озираясь, направилась в общежитие.
Тарх и Сэм встретили меня около дверей: мужчинам в женские корпуса было запрещено заходить. Пообещав им, что мне нужно только пять минут, я поднялась к себе, быстро переоделась под надзором всех девушек. Которые грустно вздыхали, глядя на моё единственное приличное платье.
А всего через час, смеясь, забыв об утреннем происшествии, я ходила со всеми по рынку. Купить пока я ничего не могла, но зато могла прицениться. И уже в следующие выходные точно буду знать, на что мне хватит и какое платье я смогу себе позволить.
 
Вообще, мы замечательно провели тот день. Пообедали в кафе, побродили по городу, который оказался ещё прекраснее, чем мы себе представляли. Начиная от центра и ближе к императорскому дворцу, дома поражали своей красотой, повсюду цвели разные цветы, которых я до этого никогда не встречала, кустарники, фонтанчики, белоснежные скамеечки в парках, резные беседки, статуи. Дойдя до дворца императорской семьи, мы немного полюбовались на него через кованную решетку и вернулись в более простые кварталы. Прогулялись уже по магазинам. И девчонки купили мне платье! Сказав, что им больно на меня смотреть, скинулись и подарили одно из тех, что я мерила — из легкой ткани удивительного темно-лилового оттенка. Стирая слёзы, поблагодарив их за заботу, я пообещала им всё вернуть, пусть и не деньгами, раз они их не хотят принимать, однако полезными «товарами», которые им пригодятся.
А Сэм, который вновь за мной, будто невзначай, аккуратно ухаживал, когда остальные пошли в посудную лавку, и мы с ним остались вдвоем… вдруг подарил мне тоненькую цепочку серебристого цвета с небольшим кулоном в виде распущенного цветка.
— Я… Я не могу это принять, — прошептала, глядя на украшение на его ладони. — Прости…
— Но почему? — мужчина, склонив голову, пытался заглянуть мне в глаза, которые я старательно отводила. Он мне, нравился, честно. Но было слишком много против того, чтобы мы встречались, даже если не вспоминать про Марка. И ему было бы лучше с другой девушкой, которая могла бы ответить взаимностью.
Водить Сэма за нос не было никакого желания, и я, подняв взгляд, произнесла:
— Ты очень хороший, симпатичный. А твоя забота просто обескураживает… Но у меня есть жених. Извини, я должна была тебе сразу всё сказать.
— Лана, неужели ты думаешь, что я об этом не знал? — дроу мне обескураживающе улыбнулся. — Знал. С первого дня.
— Откуда?.. Тогда… почему?!
— Потому, что ты мне нравишься, — он пожал плечами. — И, мне кажется, жениха ты не любишь. Плюс ты ещё не его жена, а значит, раз я тут, а он — там, у меня есть отличный шанс.
Прикусив губу, я замялась, не зная, что сказать. Потому как Сэм сказал правду о том, что я не люблю Марка. И, по правде говоря, будь сейчас он рядом, я бы предпочла ему этого темноволосого мужчину. По какой-то причине он уже запал куда глубже в моё сердце, чем Марк, с которым я росла. Тот никогда так обо мне не заботился, не оберегал, подарки дарил те, что покупали его родители, и то только строго по определенным праздникам. Да он даже не говорил, что я ему нравлюсь! Может, конечно, причина заключается именно в том, что мы столько лет с ним знакомы… Не знаю! Мне кажется, я вообще перестала быть той Ланой, когда сюда, в Хаш’шат, попала, и мне сказали, что я поступила в Академию. Словно та тихоня, находящаяся под постоянным надзором родителей, жениха и его родителей, отступила на второй план. А на первый вышла любознательная девушка, которая сама желает распоряжаться своей судьбой. И выбирать, как жить, с кем дружить и встречаться. И мне это чертовски нравилось!
Мужчина же, по своему расценив мое молчание, добавил:
— Это просто подарок, поверь, он ни к чему тебя не обязывает. И в прошлый раз я слишком поспешил, когда захотел тебя поцеловать. Но ты меня так очаровала, что я забыл про манеры, и… — он опять протянул распахнутую ладонь. — Прими, пожалуйста. И в следующий раз я поцелую тебя лишь только, когда ты будешь готова, и сама этого захочешь.
Мои глаза распахнулись шире, сердце забилось чуть чаще, и я, покрываясь легким румянцем от смущения на его признания и от того, что я на такое решилась, прошептала:
— Спасибо большое. Оно очень красивое! — и, едва касаясь, провела кончиками пальцев по кулону.
— Ты мне позволишь его надеть?
И я кивнула, и в этот момент произошло что-то странное. Его глаза как-то странно блеснули, а затем вместо черного они внезапно стали темно-синими, бархатными, как звездное небо здесь.