Золушка для Бриллиантового Принца (СИ)

Говорят, если мальчик похож на мать ‒ он будет счастливым. Ложь и провокация. Я похож на маму больше, чем мне хотелось бы. У меня тонкие, немного женственные черты лица, высокий рост и сложение тела не то чтобы хрупкое, вполне даже спортивное, но до атлета мне всё же далековато. Маме нравились мои густые шелковистые волосы, и у меня всегда была стрижка до плеч. После её смерти я решил не обрезать волосы, и теперь они у меня намного ниже лопаток. Как ни странно, мне это идёт и особенно радует тот факт, что моя причёска ужасно раздражает отца и мачеху. Жаль цвет глаз у меня неизвестно от кого, хотя мама убеждала, что от бабушки ‒ ведьмачье-кошачьи. А проще говоря, серо-зелёные с коричневыми крапинками у меня глаза. И цвет они меняют в зависимости от моего настроения. Могут быть почти серыми, если я спокоен и тёмно-зелёными, если сильно сержусь. А у мамы-то были фиалковыми.
Мама у меня была по-своему уникальным человеком. И в ложь Галы я лично не поверил ни на йоту. Мама была слишком порядочной, чтобы совершать подобные поступки. Она вышла из довольно бедной семьи. Сделала головокружительную карьеру на модельном поприще, ещё в тринадцать лет удачно попав на глаза известному фотографу. Высокая, очень красивая девочка выглядела старше своих лет. И все годы, до самого замужества с моим отцом, она только и делала, что работала и училась. Репутация неприступной красавицы для Антона Лойе, «золотого мальчика» из России, стала как красная тряпка для быка. Он потратил год, чтобы завоевать её. И это тем более было трудно, так как дорогие шмотки, украшения и машины у красавицы Бьянки Росси не котировались. Её всегда в человеке интересовала его личность, а не суммы на банковском счёте. Отец покорил её своим характером, настойчивостью, обаянием и она, бросив суперуспешную карьеру, уехала вместе с ним. Они были счастливы тринадцать лет, пока мама не заболела, у неё обнаружили рак, в результате которого она через три года и умерла. Она любила моего отца до последнего дыхания и то, что он сделал после, лично я не воспринимаю иначе, как предательство.
Я приготовил ужин для своей весёлой семейки, с трудом удержавшись, чтобы не сыпануть слабительного в соус к мясу, на ходу перекусил сам и быстренько смотался. Перед поездкой хотелось увидеться с друзьями. Они, как всегда, были в старом спортзале, который наша неугомонная компания оккупировала вечерами под свои надобности. Года три назад мы создали наш небольшой танцевальный коллектив. Многие из нас в детстве посещали кто студии бальных танцев, кто трудился на ниве гимнастики, а кто самостоятельно с помощью скачанных из интернета роликов разучивал всякие сложные па и трюки. Группу создали не совсем и не столько ради удовольствия, а мечтая поправить финансовые дела.
Валет, наш главный вдохновитель, заимел связи в нескольких неплохих клубах, где ему предложили неплохой заработок. Он подтянул нас, своих друзей. Я, помимо учёбы, подрабатывал курьером в компании отца, но получаемого заработка было маловато. Конечно, мне в отличие от друзей с одной стороны было легче, за моим гардеробом следила Гала, всё-таки учёба в столь престижном вузе требовала соблюдения определённого стиля в одежде, иначе могла пострадать репутация отца. Если мне удастся сбежать от них, я весь чопорный гардеробчик Гале и оставлю. На память, так сказать. Так что на те вещи, которые были мне по вкусу приходилось зарабатывать самому, а учиться по ночам. Как я только умудрился окончить МГИМО с красным дипломом, сам не понимаю.
‒ Привет, Золушка! ‒ заорал Дампир, как обычно свешиваясь вниз головой с турника. Парни заржали, ожидая моей реакции, но мне было лень стаскивать эту красноволосую сволочь и мять ему бока.
‒ Как же я всех вас люблю, ‒ вздохнул я, падая на маты, сложенные в углу. ‒ Не надоело ещё?
‒ Не-а! Ты обычно так классно бесишься, ‒ пропел Славик, мой лучший друг.
‒ И ты, Брут, туда же. ‒ Золушкой меня прозвали в шутку, но прозвище прижилось, к сожалению.
‒ А чего это ты такой мирный сегодня? ‒ шлёпнулся рядом со мной Дампир, почувствовавший, что ему ничего не грозит.
 
‒ Вымотался, ребят. С отцом имел не самую приятную беседу, ‒ ответил я.
‒ Сестрица подсиропила? ‒ спросил Валет. Он видел Летти тогда в клубе, да предупредить не успел.
‒ Ага. Я не только спалился по поводу своей ориентации, так ещё она приплела к этому такое… В общем я не танцевал, а трахался за деньги и она лично видела, как мне их в конверте передали.
‒ Она совсем дура? ‒ выдал очевидный для меня факт Славик. ‒ Нет, ну я знал, что она «блондинко», но не до такой же степени!
‒ Отмазался? ‒ толкнул меня в плечо Дампир.
‒ Угу. Только от вас мне уйти придётся. А то мой папуля может подгадить, а оно вам надо? ‒ пожал я плечами.
‒ И чем заниматься планируешь? ‒ Славка завалился на маты с другой стороны от меня.
‒ На днях улетаю со святым семейством в Милан. Галка там отцовы деньги тратить будет, а я за барышнями присматривать. Отец пообещал отпустить меня после этой каторги. На все четыре стороны. Я подумываю, может, в Италии остаться. Гражданство у меня имеется, а с работой, может быть, Чезаре поможет.
‒ Это который твой крёстный? Модный фотограф? Гламур-тужур? ‒ осведомился Дампир, вызвав у меня улыбку.
‒ Видел бы ты этот гламур, ‒ заржал-таки я, представив Чезаре в гламурных шмотках. ‒ Боюсь, Дампирчик, получил бы ты по кумполу за гламур-тужур. У него известные продюсеры и модели со своими агентами строем ходят!
‒ Что, такой страшный? ‒ поинтересовался Валет.
‒ Нет, такой харизматичный!
Ещё с часик поболтал с парнями и поехал домой. Надо было на досуге обдумать планы на будущее. Эх! Весёлое всё же было лето. Отец послабил мне немного поводок, и появилось больше свободного времени, особенно когда они всей компанией дружно смотались на курорт. Валету по весне пришла в голову сумасшедшая идея сделать номер в стиле джаз-фанк, да ещё поставить нас на шпильки в десять сантиметров. Он месяц уговаривал меня, Славку, Дампира и ещё двух ребят на эту авантюру. Мы уж больно походили по фактуре на парней из нашумевшего танцевального проекта. В итоге я две недели учился сначала просто осторожненько ходить на каблуках, потом ходить быстро и затем только мы рискнули попробовать танцевать, скачав из интернета всё, что смогли найти. Пахали, не вылезая из зала, но успеха добились. Было весело однозначно, особенно когда самому Валету и ещё четверым крупным парням из группы пришлось стать нашими телохранителями и отгонять назойливых поклонников. Ну, я гей, мне мужское внимание-то привычно, а вот ребятам было стрёмно. Зато будет, что вспомнить, когда станут взрослыми и степенными.
========== Глава 2. ==========
Перелёт прошёл замечательно, особенно потому, что с Галой и её дочурками мы летели в разных салонах. Италия встретила нас тёплой погодой и радостными улыбками местных жителей. Особенно обрадовался носильщик в международном аэропорту Мальпенса, когда на его тележку свалилась гора дорогих чемоданов всех оттенков розового. Гала и Летти просто тащились от этого цвета, а Никки ничего другого не оставалось. Её, как говорится, не спрашивали. Хотя какая она Никки? Обычная милая девочка Ника, только больно зашуганная мамашей и сестрицей. Она лишний раз и рот открыть боялась, не то, что собственное мнение высказать. Когда Галы и Летти не было поблизости, мы с младшей сестрицей очень даже мило общались. Иногда она с удовольствием помогала мне по дому. Я знал многие её маленькие секреты: она неплохо рисовала и хотела быть художницей, ненавидела фотосессии, хотя получалась на них лучше, чем сестра, и хотела жить отдельно от своей семьи. Только смелости заявить обо всём этом у Ники не хватало. В итоге она делала всё, что хотела её мать. Стоило этим двум мегерам появиться дома, как Ника становилась Никки и начинала вести себя как они. Потом, наедине, извинялась, но мне от этого было не легче.
Так вот, о бедном носильщике замолвил я слово. Бедолага смотрел на розовое чудо и, вероятно, не мог поверить, что это всё досталось ему одному. Я сжалился над ним, забрал одну из сумок Никки, потом ещё одну Летти и, естественно, моя сумка осталась у меня на плече. Главное, в Милан ринулись-то за новым гардеробом, зачем старый-то тащить за собой? Барахольщицы! Носильщик тяжко вздохнул и двинул свою тележку вперёд. А я подумал и представил, как мне придётся всё это загружать в вагон поезда «Мальпенса-Экспресс», а потом выгружать, искать добровольца-носильщика и ловить такси, или в нашем случае скорее два такси. Сразу себя любимого стало жалко тоже. Одно хорошо, в Милане все такси белого цвета. Найду.