Эрхольские близнецы (СИ)

Но на самом деле, увы моему эгоизму, этот разговор я веду совсем не потому, что забочусь об Атрее. А потому что я мучительно, нестерпимо хочу позлить одного красавца, который слишком привык, что все кругом тают при виде его зелёных глаз.
- Я хочу… - Атрей говорит очень медленно, и это должно было бы меня насторожить, - выйти к гостям.
Увы, не настораживает. Облегчённо вздыхаю.
- Вот и хорошо.
- Но я не знаю, как должен буду с ними себя вести.
- Также, как и со мной… - запинаюсь, осознав неоднозначность сказанного. – В том смысле, что не как со старыми хозяевами. Вообще не как с хозяевами. Не груби, но и не надо никаких торжественных обращений. Ты ничего им не обязан. И как только тебе чьё-то поведение перестанет нравиться – можешь тут же уйти к себе или найти меня и обо всём рассказать. Хорошо?
Атрей медленно, задумчиво кивает. Но всё же как будто мы обошлись без эксцесса.
- Пока я свободен, госпожа?
- Да. Можешь прогуляться в парке или отдохнуть у себя… или ещё что-нибудь.
Отвернувшись, я уже собираюсь отправиться к себе, когда спотыкаюсь на месте, поймав пристальный взгляд Сета. Сет стоит на пороге двери, ведущей в дом и мрачно, осуждающе смотрит на меня.
26
Тем вечером мы больше не разговариваем. Я пытаюсь наслаждаться новой причёской, но грудь не покидает неприятное противное чувство, как будто что-то я сделала не так. Пытаясь анализировать причины его появления, прихожу к выводу, что всё дело в этом странном взгляде Сета. Но я абсолютно не понимаю, чем его заслужила.
Почему-то сидеть в одиночестве в гостиной и наслаждаться не получается, подспудно я всё жду, что кто-нибудь из парней спустится ко мне и сделает комплимент. Но Атрей, как и говорил, отправился к себе. А Сет сидит на кухне, и, когда я пытаюсь туда заглянуть, торопливо говорит, что хочет сделать что-то в гостиной. У меня появляется чувство, что он меня избегает. В итоге вечер оказывается испорчен и плюнув на причёску я поднимаюсь к себе, заваливаюсь на кровать и пытаюсь вникнуть в книжку.
Как и все последние дни выходит с трудом. В голове кипит коктейль из обрывков разговоров, удачных и не очень. Воспоминания о последней поездке в офис мелькают среди них и заметно проигрывают другим событиям. Я вдруг понимаю, что абсолютно не хочу завтра видеть Колина. Не только потому, что вообще не хочу этого пикника, но и потому, что последняя беседка оставила в сознании неприятный осадок. И дело тут даже не в Ритке, которая, в сущности, ничем не отличается от кучи других девок, которые тянули руки к моему жениху раньше.
Гаденько от вопросов Колина о моих подопечных. «И как они, прямо совсем как рабы?» - кажется, как-то так. И тщетно я пытаюсь себя убедить, что его слова могли быть продиктованы ревностью. Никогда он меня ни к кому не ревновал. И, хотя ничего особенного он не сказал, я чувствую, что в этом вопросе что-то не так. Может быть то, что, в моём представлении, цивилизованный человек с благополучной Земли не должен проявлять такого любопытства по отношению к несчастьям других, кому не так повезло? Да нет, какая-то ерунда. Разве мне не должно быть всё равно?
Уже засыпая, смутно понимаю, что меня напрягло. Колин не думал о них как о других людях. В его сознании Сет и Атрей как будто бы второй сорт.
Наутро, чтобы успеть всё подготовить, приходится подключить к делу обоих парней. Мы ставим тенты, потому что прогноз погоды просто замечательный: на все три следующих дня обещают «частично облачно, возможны кратковременные дожди». Холодильники – у меня их два, и ещё один в подвале – выносим ближе к озеру, готовим мангалы, расставляем складные столы. Можно, конечно, подождать гостей и понадеяться на их помощь, но мне всё равно не усидеть на месте.
И всё время работы парни молчат. Что уже начинает меня напрягать.
Сначала Сет помогает мне руками и все временные сооружения мы ставим вдвоём. Мы оба проснулись раньше. Но когда в сад спускается Атрей, порядок работы несколько меняется. И не только потому, что меня вообще освобождают от процесса. Атрей, понаблюдав с полминуты, как мы корячимся, спрашивает:
 
- Можно тебя заменить, госпожа?
- Попробуй.
Однако, вместо того чтобы взяться за хитрую металлическую конструкцию – будущий тент – с моей стороны, он, дождавшись, когда я отойду, взглядом показывает брату отодвинуться, вытягивает руки и… тент, взлетев, начинает складывать сам себя.
Мне остаётся только ошарашено наблюдать за происходящим. Я, конечно же, видела фокусы с бутылкой и с сумками, но сейчас меня поражает масштаб происходящего.
Сет, помявшись в сторонке, подходит к брату. Они тихо обмениваются каким-то репликами. Я не решаюсь ни о чём спросить. А потом Сет, встаёт рядом с Атреем и тент начинает «чудить» - складываться не в ту сторону, путаться в собственных железных ногах… Парни стреляют друг в друга недовольными взглядами, но ни слова не говорят. Наконец, тент принимает нужную форму и вкапывается в землю. А со следующим процесс проходит уже более гладко. Кажется, Сет тоже освоил этот метод…
Только во второй половине дня, когда Атрей, первым уставший от происходящего, отпрашивается наверх («Привести себя в порядок и принять душ», - как он говорит), мы с Сетом остаёмся вдвоём. Он подходит ко мне и с укором говорит.
- Госпожа, ты же обещала.
В искреннем недоумении взираю на него.
- Ты уже не помнишь, да?
- Нет. Просто не понимаю, что ты сейчас имеешь в виду.
- Ты обещала, что если захочешь кого-то из нас отправить развлекать гостей, это буду я.
У меня на мгновение отвисает челюсть.
- Что вы опять себе придумали?! Я же ему сказала: если что-то не понравится – сразу может уходить к себе!
- Чтобы потом ты его наказала за нерадивость?
- Боже мой, я кого-то из вас хоть раз наказывала?!
- Я тебе верю.
- Уже хорошо, - на мгновение прикрываю глаза в искреннем облегчении.
- А Атрей – нет. И ты это знаешь. Я ведь тебя просил, если ты захочешь…
- Господи. Боже. Мой.
Тяжело вздыхаю.
- Сет, извини, но в данном случае мне нужен был именно Атрей. Если он так не хотел выходить, то мог бы мне об этом сказать.
- Он боится тебе отказать!
Оглядевшись по сторонам, тяжело опускаюсь на раскладной стул.
Сет, помешкав всего мгновение, встаёт на колени передо мной. Уже хочу его одёрнуть, но он касается кончиками пальцев моих сложенных на коленях рук.
- Можно, в таком случае, я спущусь вместе с ним… и если что… постараюсь ему помочь?
Он не говорит «подменить», но, кажется, у нас сейчас мелькает одна и та же мысль. Подменить уже не получится. Сутки назад их ещё можно было спутать, но никак не сейчас.
- Конечно можно, - устало говорю я. – тогда для тебя повторю то же, что сказала ему. С гостями будьте вежливы, не нарывайтесь на конфликты. Но если кто-то начнёт на вас давить… Я не думаю, что так будет, но вдруг… Сразу или рассказывайте мне, или уходите наверх. И вы никому из них ничего не должны.
Первые гости появляются около четырёх вечера – хотя рабочий день в офисе, вроде бы, ещё не закончился. Кто бы мог подумать, что это будут Рита и Колин. Вместе. На одной машине.
- Я хотела тебе помочь с подготовкой! – радостно заявляет мне сослуживица. – А Колин взялся меня подбросить.
Ситуация несколько тупиковая, потому что меня тянет остаться с Колином наедине. И заодно спросить, откуда такая галантность по отношению к Рите?
Но, с другой стороны, это означает оставить Риту наедине с близнецами. А она, похоже, только того и ждёт, потому что сразу же интересуется:
- Ну, где они?
- Да их-то вроде готовить не надо, - замечаю я. – К тому же, мы уже со всем справились. Отдохни, хочешь, провожу тебя к берегу озера? Там уже и столы накрыты.
- А разве не логично перед этим всех со всеми познакомить?
- Госпо… - голос Сета, прозвеневший с лестницы, заставляет мурашки побежать по спине. Вот жеж, он что, не слышал, что я пошла открывать дверь?! – Ника… - сдавлено заканчивает он.