Эрхольские близнецы (СИ)

  
Птица Регина-Эрхольские близнецы
 
Пролог
 - Теперь они принадлежат тебе, и ты отвечаешь за них головой.
Мама дорогая, а я-то думала, что это вчера у меня был неудачный день…
Передо мной на коленях, широко расставив бёдра и скрестив руки за спиной, стояли двое полуголых мужчин. Ну как, мужчин…
Двое были одинаковы с лица, и на вид обоим было около двадцати. Волосы у обоих коротко подстрижены – прямо ёжик. Только что Ивановский объяснил мне, что это следствие какой-то сложной череды недоразумений. У одного раньше волосы были подлиннее, как нравилось его бывшей хозяйке. Потом она повздорила с мужем на почве своего эстетства, и тот обкорнал раба так, что пришлось побрить на лысо.
Другой как раз-таки принадлежал её мужу. Никто особо не вдавался в историю его причёски, возможно, у него она такой всегда и была.
Оба одеты по земным меркам несколько эксцентрично: ниже пояса – штаны. У одного – очень узкие, так что сквозь них в деталях выделяется всё самое ценное. У другого – свободные и какие-то бесформенные, ближе к тому, что может одеть земной подросток. Впрочем, я привыкла, что окружающие меня мужчины выбирают одежду более ответственно.
Выше пояса у обоих – ничего.
Накачанным ни одного из них не назвать, хотя у того, что носит обтягивающие штаны – очень красивый рельеф мускулов, пусть и не слишком широкие плечи, но парень явно следит за собой. Был у меня дружок атлет, так вот от него я знаю, что чтобы добиться такого результата надо каждую часть тела ежедневно мерить сантиметром.
Второй более жилист, живот у него впалый и кожа погрубей, более пористая. Не сразу понимаю, что создаёт такой эффект – волосы на руках. Ну, не то чтобы прям волосы, но лёгкий прозрачный пушок, которого у первого и в помине нет.
Не совсем веря своим глазам, подхожу к парням поближе. Останавливаюсь между ними и, взяв обоих за подбородки, подначиваю запрокинуть головы назад.
Оба послушно подчиняются жесту, только один при этом всё ещё смотрит куда-то мимо меня и в пол. Другой на мгновение поднимает глаза, зрачки многозначительно сверкают – но уже через мгновение взгляд гаснет, и кажется, что ничего и не было. Однако парень всё ещё пристально смотрит мне в глаза. Меня от этого взгляда пробирает дрожь.
Лица у них абсолютно одинаковые – различия не более, ни менее, как те же, что и ниже шеи. У одного щёки чуть более запали, бледные губы плотно сжаты. У другого изгиб рта выглядит почти капризным, обиженным и растерянным.
- Корней Леонович…
Я замолкаю, не знаю, как продолжить. Нельзя же, в самом деле, сказать в лицо начальству, что его слова мне кажутся шуткой. Да и не замечала я за Ивановским чувства юмора. Проверка? Вроде тоже не похоже на тот стиль отношений, в котором мы тут работаем. Впрочем, чтобы сотрудникам на дом выдавали рабов – тоже нечто новое. А именно это только что и произошло.
Отмотав историю немного назад, стоит сказать, что на земле рабства нет. Уже много веков. У нас, конечно, тоже есть свои социальные загибы, но в целом Земная Империя – конгломерат довольно благополучных планет. Более респектабельных - ближе к земле, более запущенных - ближе к окраинам… Но уж точно не какое-нибудь доисторическое общество, где один человек мог бы принадлежать другому.
Другое дело, что мы ведём исследования и заключаем союзы – в самых разных мирах и с самыми разными мирами.
Наши отношения с Содружеством, в которое входит большая часть освоивших космос цивилизаций – весьма запутаны, и мы не перестаём искать ресурсы, которые позволили бы нам противостоять этой конгломерации, а то и послать её далеко и надолго.
Одна из планет, на которые у нас возлагают большие надежды – это Эрхол. Вот только Эрхол живёт совсем по другим порядкам. На этой планете изначально было две разумных расы, одна из которых поработила другую. Представители этой, другой – лероны – сейчас и стоят на коленях передо мной.
- Нам удалось выменять их у одной супружеской пары в обмен на вид на жительство на одном из земных миров, - сказал мне Ивановский полчаса назад. И показал на экране фото, где улыбающийся импозантный испанец обнимал такую-же улыбчивую чернокудрую красавицу.
 
1
Вообще-то, конечно, ни тот, ни другая, никакого отношения к земным латиносам не имеют. Точно не знаю, но, наверное, подобный типаж в принципе характерен для эрхов – второй расы, населяющей Эрхол.
- И что же их не устроило в жизни на родной планете? – скептически спросила я. Мы тогда ещё сидели в кабинете у шефа, и кроме нас двоих в комнате не было никого.
- Некоторые разногласия в совете менторов.
Совет менторов – главный правящий орган Эрхола. Если наша супружеская пара имела к нему какое-то отношение, значит, играла на планете не последнюю роль. И наверняка Ивановский, прежде чем позволить им иммиграцию, детально прозондировал вопрос. Но, судя по тому, как лаконично он ответил, мне об этом знать совсем необязательно.
Тут такие дела… Мне в СИЦ, похоже, не очень доверяют. И чую, связано это с моим отцом. На работу-то они меня взяли, но за три года мне не поручили ни одной полевой операции. Упекли на офисную работу в одном из региональных отделений и за милю не подпускают к серьёзным делам. Что делает ещё более странным тот факт, что мне, наконец, доверили хоть какую-то работу. Да не какую-то… Парни, которых удалось выманить у беглых эрхов – определённо могут стать ценнейшими источниками информации о планете. До сих пор, вопреки всем усилиям, нам, по большей части, удавалось увидеть жизнь на планете только глазами правящей касты. Самая первая экспедиция Меры Странницы – не в счёт. Ей удалось поговорить хотя бы с одним лероном, но оказалось, что он не очень-то много знает о национальных традициях.
Неужели я буду вторым человеком, которому удалось поближе познакомиться с этой расой? Первые несколько мгновений эта новость горячит мне кровь, пока Ивановский не подводит итоги нашего разговора замечательной фразой:
- Возьмёшь этих леронов к себе домой. На правах рабов.
- Что?
- Возьмёшь их к себе, - повторяет Корней. – на правах рабов. У них контрольные чипы зашиты вот здесь, - он показывает точку у себя в районе затылка. – Мы не можем просто их изъять. Чипы настроены на постоянного владельца. Если к вечеру ты не обновишь данные на них, информаторам станет очень нехорошо.
Я удивлённо и молча смотрю на него.
Спорить очень не хочется. Потому что это моё первое серьёзное задание.
В то же время ощущаю себя как в сюрреалистическом сне.
- Корней Леонович…
- Пошли. Посмотришь, что тебя ждёт.
И вот мы стоим и смотрим на моё приобретение. Корней забыл мне сказать, что двое парней, полученных с Эрхола – близнецы. Да это и не могло ничего изменить.
Тот, что слева, продолжает глядеть мне в глаза так пристально, что у меня всё леденеет внутри. Язык пересыхает, становится тяжело говорить. И я с трудом заставляю себя кашлянуть и отойти.
- Как активировать чип? – спрашиваю, оглядываясь на Корнея. Прямо-таки ищу в нём спасения от этого взгляда. Парни не то чтобы крупные, но в это мгновение я чувствую себя совсем маленькой, как будто меня внезапно понизили до практикантки.
- Нажатием, - впервые слышу голос одного из близнецов – чуть хрипловатый и мягкий. И вздрагиваю, поняв, что говорит тот, чей взгляд так меня напугал.
- Н-на что?
Парень молчит. Вопросительно смотрит на Корнея, как будто только что вспомнил, как нужно себя вести.
- На затылок, - подтверждает шеф. – Нащупай пальцем нужную точку. Там уплотнение, ты сразу поймёшь. Чип считает твой биоток и настроится на тебя.
Хочу спросить, что именно это значит, но молчу, потому что было бы некрасиво обсуждать это при близнецах.
Молча подхожу и кладу ладонь на щёку тому, кто так и не поднял глаз. Он вздрагивает, как будто хочет отодвинуться.