Монстролуние. Том 1 (СИ)

Следующий такой удар мог стать последним, однако его не случилось. Гремлин увернулся и с яростным визгом полоснул Швера когтями по ногам. Смотритель едва не упал и вынужден был разорвать дистанцию. Противник тем временем встал. Тряхнул головой и зашипел, разбрызгивая зеленую кровь. Швер тоже был ранен: когти твари прошлись по его бедру и голени.
«Это хорошо», — отметил я и покачал головой: вот уж не думал, что когда-нибудь буду радоваться ранам человека, сражающегося с тварью…
Швер попытался повторить трюк с кувырком и песком. Однако гремлины довольно сообразительные твари, и этот не был исключением. Он прекрасно помнил, что будет, если противник поднимется, и не позволил ему этого. Кинулся в атаку, когда Швер оказался на спине, обхватил его всеми четырьмя лапами. Впился зубами в плечо и с безумным рыком принялся мотать головой.
Каким-то чудом Шверу удалось подняться. Вместе с повисшим на нем гремлином. Не знаю, насколько сильную боль ему причиняли клыки твари, однако смотритель действовал без единого звука — ни стона, ни тем более крика.
Гремлин и не думал отцепляться, продолжая терзать плечо Швера. Тот не нашел ничего лучше, кроме как упасть, придавив монстра всем своим немалым весом. Помогло: тварь отцепилась и даже позволила Шверу нанести еще несколько тяжелых ударов. Но затем пришла в себя, взмахнула лапой и оставила на правой половине лица смотрителя три кровавые борозды.
Швер упал. Перекатился через бок и поспешно поднялся. Гремлин к тому времени тоже успел встать.
Пару следующих минут ни один, ни другой не решались предпринимать что-либо серьезное. Все короткие и робкие атаки проходили по воздуху. Я смотрел то на Швера, то на гремлина и видел, что первому досталось сильнее. Раны кровоточили, одна из борозд на лице располагалась прямо над глазом, так что из-за текущей крови Швер практически ослеп наполовину.
Понимая, что мог бы усилить кровотечение, я скрипел зубами от бессилия. Если бы смотритель и его зеленокожий враг переместились хотя бы на полтора десятка метров ближе…
Пока я размышлял, Швер решил, что медлить больше нельзя. Он рванул вперед. Повалил гремлина. Вцепился ему в глотку обеими руками и стал душить. Первые несколько секунд тварь яростно вырывалась. Затем стала слабеть.
«Похоже, мне все-таки придется запятнать Ореол, — подумал я, мрачно наблюдая за схваткой. Та могла окончиться в любое мгновение. — Ладно, пускай так. Справлюсь. Главное — сделать все, чтобы Швер не вернулся на фабрику ядов».
  
Глава 38
 
Швер продолжал душить монстра. Тот уже не пытался что-либо предпринять, чтобы вырваться. Лишь слабо дергался. Смерть его стала вопросом времени.
«Все-таки он невероятно силен, — я не сводил со Швера напряженного взгляда. — И мне придется быть очень осторожным, когда дойдет до дела».
Я уже определился с тем, как именно убью смотрителя фабрики ядов. Все довольно просто: с помощью телекинеза можно сжать сердце человека. Главное — находиться при этом рядом, не больше чем в десяти шагах от жертвы.
Разум тут же принялся рисовать картины — как все будет происходить: темная подворотня, вокруг никого, только могучая фигура Швера впереди… Вот он замирает, вздрагивает и начинает оседать…
«Жесть…» — я покачал головой и сжал кулаки. Мысль о том, что мне сегодня предстоит стать убийцей, никак не приживалась в разуме. Тот отторгал ее словно нечто чужеродное.
— Друзья мои… — проговорил в рупор Кламп, завороженно следя за происходящим на арене. — Вы ведь тоже чувствуете это сильнейшее напряжение, верно? Сегодняшнее Малое Монстролуние — самое зрелищное за всю историю нашего… гм… мероприятия. Думаю, с этим вы не станете спорить.
Зрители отозвались одобряющими возгласами. Все их внимание было приковано к Шверу и гремлину, который каким-то чудом все еще оставался жив. Однако его судьба все равно уже решена…
Жар. Приятный и бодрящий. Он окутал меня с ног до головы. В тот же момент Ореол замерцал. Я вздрогнул и тупо уставился на собственные руки, не в силах поверить…
 
Прорыв. Восьмой Прорыв… Очередной шаг в моем магическом развитии…
«И шанс все-таки покончить со Швером при помощи гремлина», — тут же понял я, осознавая: медлить нельзя.
После третьего Прорыва я избавился от необходимости полноценно медитировать, чтобы усилить самого себя. Путь к моему «внутреннему я» стал знаком и легок. Однако никогда прежде мне не приходилось прокладывать его в таких условиях: сидя на деревянном помосте в окружении орущей толпы и чтобы рядом человек сражался с монстром. Да еще и действовать я вынужден был очень быстро, поскольку гремлин мог испустить дух в любой момент…
Ладно, справлюсь. Сама судьба подарила мне невероятный шанс, и упускать его нельзя.
Направить как можно больше магии на полное сосредоточение. Расслабить мышцы. Глаза уже закрыты, но перед ними не темнота, а человеческий силуэт. Это я сам. Части тела подсвечены разными цветами, и мне сейчас нужны собственные руки — мерцающие алым кисти и предплечья. Коснувшись именно этой части своего «внутреннего я», я смогу увеличить силу собственных заклинаний. А вместе с силой возрастет и радиус применения. Как раз то, что мне сейчас жизненно необходимо.
На все ушло не больше минуты — настоящий рекорд. Затем я «вернулся» на арену и с облегчением обнаружил, что гремлин до сих пор жив. Какая сильная тварь… Но теперь я смогу сделать ее еще сильнее…
— Итак, дорогие мои, — вновь подал голос Кламп, — думаю, исход нашего главного боя уже очевиден. Нам остается только подбодрить господина Швера. Пусть наша поддержка поможет ему наконец-то одолеть своего соперника!
Именно в этот момент я и использовал магию. Сначала направил на смотрителя фабрики ядов волну слабости. И сразу за ней влил в гремлина как можно больше силы. Сейчас я совершенно не жалел запаса энергии в Ореоле. Я практически опустошил свою вторую ауру, отчего на пару мгновений потемнело в глазах.
Однако оно того стоило. Швер покачнулся. Отпустил глотку твари. Та заверещала и размашистым ударом сбросила смотрителя, оставив на его лице и шее еще несколько длинных и глубоких рассечений. Затем вскочила и кинулась в атаку.
— Прибей меня клешняк!.. — заорал в рупор Кламп. Судя по выражению лица, он не верил собственным глазам. — Вы тоже видели?! Похоже, у нашего зеленокожего приятеля открылось второе дыхание!.. И для господина Швера это может быть очень опасно…
«Верно», — мысленно ответил я, наблюдая, как гремлин терзает Швера. Все попытки смотрителя защититься выглядели жалкими, сам он казался совершенно беспомощным.
Зрители сходили с ума. Десятки глоток надрывались, требуя, чтобы Швер поднялся и покончил с тварью. Но тот вряд ли слышал кого-нибудь. Вряд ли он вообще соображал. Гремлин ежесекундно оставлял на его туловище, руках или голове очередную рану, причиняя смотрителю все больше и больше боли. А тот ничего не мог сделать: из-за магии ослабления руки и ноги едва слушались Швера. Наверняка он был в ужасе от непонимания происходящего.
Смотреть на расправу твари над человеком, осознавая, что причастен к этому, оказалось невероятно тяжело. Но я заставлял себя терпеть и не сводить взгляда с гремлина и Швера. Первый, усиленный магией, напоминал берсерка. Он бил практически не переставая. Казалось невероятным, что еще пару минут назад монстр мог лишь вздрагивать, лишенный возможности вдохнуть.
Ну а Швер был обречен. Судя по затихающим крикам, это понимали все больше людей. Я заставил себя отвести взгляд от двух фигур на окровавленном песке и посмотрел на зрителей — их лица напоминали маски, на которых застыли удивление, неверие, страх…
С точно такой же физиономией стоял и Кламп. Только он еще беззвучно шевелил губами и слегка покачивал головой. Видимо, разум устроителя Малого Монстролуния отказывался принять то, что видели глаза. Наконец он сообразил, что положение Швера смертельно опасно, поднес рупор ко рту и закричал: