Тимереки (СИ)

– Издеваюсь? Чуть-чуть подшучиваю, – улыбнулась она, беря его за руку. – Я так рада за тебя. Мне так хорошо становится, когда я вижу в ком-то любовь, её первые росточки, эти сладкие грёзы, всё так наивно и трепетно. Сначала это сказка, потом сражение, а затем в лодке поплывут либо оба, либо только один из них. – Кей вздохнула, заглядывая в эти, с любопытством смотрящие на неё глаза, – Но вы оба поплывете в лодке любви по реке под названием жизнь, я уверена в этом, потому что вы оба очень мудры. Ты и Зои чудесная пара, только глупец этого не заметит. Ещё я знаю, что Рагнар не станет препятствовать вашему счастью. Так что, твой путь только начинается, иди вперед за своей звездой и не оглядывайся. Не забывай, волки – свободный народ, они подчиняются только правилам стаи и бесстрашно бросаются на зло, разрывая его зубами. Я верю в тебя, Акай.
– Спасибо тебе. Ты говоришь иногда загадками, намёками, но я тоже верю тебе, Кей. За это время мы действительно стали с тобой одной крови, одной стаей. Какая бы тайна не стояла за твоей спиной, знай, я не брошу тебя! – Акай по-братски прижал её к себе.
Кей некоторое время молчала, слушая тишину, задумавшись о той тайне, стоящей за спинами каждого жителя племени.
– Я иду в клан ястребов. Пойдешь со мной? Погуляем, возьмем Аядара и пройдемся, – предложил Акай, заглядывая в её задумчивые ставшие тёмно-зелёными глаза.
– Здорово! – Кей встрепенулась, взяв на руки сына, она закружилась с ним на месте, радостно смеясь.
Небо уже было не так затянуто дождевыми тучами, остались лишь серые клочья облаков на бирюзовом небе. Солнце грело ласковей, а ветер был уже скорее тёплым ветерком. Растительность оживала, обновлялась, пробивалась свежей зеленью, в джунгли возвращалась дичь. Жизнь в племени постепенно начинала кипеть, чинились вигвамы, сооружались новые, подготавливалось оружие, каждый занимался своими непосредственными делами и обязанностями. Волки ходили за мясом, ястребы патрулировали территорию, буйволы отыскивали молодые коренья и листья, раздавая по кланам последние запасы сушеных фруктов. Только дети беззаботно носились шумной гурьбой по селению, оглашая его уголки радостным смехом.
Кей шла рядом с Акаем, который нес на руках её сына.
Волки уже привыкли к Аядару, а вот буйволы и ястребы с любопытством разглядывали сына чужеземки, рожденного от тимерека. Акай лишь приветливо кивал любопытным и горделиво шагал дальше, покрепче прижимая Аядара к себе, лишая их возможности получше приглядеться для поиска отличий.
Вождь волков уверенно повернул на территорию клана буйволов.
– Акай, ты сказал, что мы направляемся к ястребам! Зачем ты тащишь нас сюда?
– Что ты так взволновалась? Я заметил, … что в последнее время ты и не вспоминаешь о тех, кто живет в этом клане, – Акай выжидающе задержал на ней свой подозрительный взгляд. – Мне нужно ненадолго повидаться с Темботом. Почему ты прячешь глаза? Тебе уже можно выходить и общаться со всеми, как с женщинами, так и с мужчинами. То, что ты пошла со мной это не нарушает закона, я не понимаю, почему у тебя такое растерянное лицо! Причина в … Рагнаре, да?
Кей нехотя покачала головой:
– Давай просто идти. Я … не очень хочу говорить об этом.
– Правильно, по закону вы друг для друга не подходите, но вот если прислушаться к голосу, что шепчет внутри меня … то, – Акай бросил на неё свой быстрый хитрый взгляд.
– То просто сейчас промолчи! – отрезала она и посмотрела в сторону вигвама вождя племени.
Вот только почему-то предательски подкосились колени, и в лицо ударил красноречивый жар. … Рагнар вместе с Темботом сидели возле одного из шатров, горячо споря о чём-то друг с другом.
– Приветствую вас, вождь Тембот, жрец, – подойдя, Акай уважительно склонил перед ними голову. – Я ненадолго отвлеку ваше внимание. Мне нужно твоё позволение вождь.
Кей топталась около него, понимая, что прятать глаза и избегать приветствия, это, по крайней мере, глупо. В воздухе повисла неловкость. Все четверо очень хорошо знали, о любви Рагнара, и все отлично понимали, что их отношения вне закона и все прекрасно видели, что эта встреча взволновала их обоих. Кей не поднимая глаз, сдержано произнесла:
 
– Здравствуй Тембот, здравствуй Рагнар. Рада видеть вас в полном здравии, – каждое слово давалось с трудом, в горле появился колючий ком, так сложно было сдерживать свои эмоции. В голове постоянно крутились слова пилигрима о незримом присутствии злого духа. «Скрыть чувства – спасти Рагнара, сдержать эмоции – спасти народ».
– Так долго мы не видели тебя, Кей. Надеюсь, ты счастливая мать, – произнес Тембот.
Когда ответил Рагнар, она не смогла не поднять глаз.
Это было выше её сил. Голос, голос, голос! Интонация его голоса, в простых словах передала всю глубину его чувств, его нежность и его тоску.
– Я тоже рад, что в этот погожий день, мы увидели долгожданный солнечный луч на своей земле, в последнее время мы так редко радовались его теплу, – Рагнар усмехнулся, нежно обнимая её взглядом глубоких глаз, – Ты сильно изменилась, Кей, не стала прежней, нет, ты стала другой. Материнство сыграло своё мудрое предназначение. Наконец, наше племя в гармонии, правда, Тембот, Кей уже не отличить от всех остальных тимерекских женщин? Все счастливы, да? – Рагнар повернулся в сторону друга, смерив его категоричным взглядом. Потом снова он посмотрел на Кей, как бы говоря всем своим видом – «Мне так тебя не хватает!», и тихо добавил, – Каждый день, мы приближаемся к своему счастью, новый солнечный цикл разгонит все тени.
Кей ничего не ответила, она всматривалась в это лицо, не в силах оторвать глаз и прервать этот поток лучистой ласки сочившейся из его проникновенного взгляда. Она как будто чувствовала на себе его дыхание, ощущала прикосновение его рук, слышала нежный шепот. Они всего лишь смотрели друг на друга, а казалось, что держатся за руки, поднимаясь в вихре своего чувства все выше и выше.
Тембот и Акай переглянулись и оба тяжело вздохнули.
– Так что ты хотел сказать мне, вождь волков? – намеренно громко проговорил Тембот.
– Да. Кей, – Акай повернулся к ней, вручая Аядара, – возьми его и иди, я догоню тебя. Мне нужно твоё позволение, Тембот, взять с собой отряд буйволов для завтрашнего похода.
Кей была уже на полпути к вигвамам ястребов, когда Акай догнал её.
– Ничего мне об этом не говори! – заявила она.
– Не буду. Сам не хочу. Тебе действительно лучше не покидать клан волков. Но я хотел поговорить с тобой о другом. Кей, … когда я вернусь с окраин наших земель с добычей, ты сможешь научить меня … танцевать?
Кей резко обернулась, удивленно хлопая ресницами.
– Только не надо смеяться. Да, я хочу научиться так, как вы танцевали вместе с Алмиром! – твердо произнес молодой вождь.
Улыбка спала с её лица, уступая место тревоге.
– Послушай, Акай, эти танцы, это всё равно, что выражение любви, очень яркое выражение. Ты же знаешь, что искренние чувства, их проявление запрещает закон. Мы танцевали с Алмиром, потому что очень любили друг друга, у нас это здорово получалось, но эту любовь у нас отняли, из-за нашей неосторожности. Он … поплатился за свою любовь. Не знаю, думал ли ты об этой стороне или нет, но я не хочу, чтобы с тобой случилось тоже самое.
– Я буду осторожнее, сестра. Танцы законом не запрещены, тогда вождь позволял вам обучаться и танцевать новые для нас танцы, значит, позволит и сейчас. Вернее уже позволил, я спросил у Тембота и он не отрицал, тем более что Рагнар поддержал меня. Жрец только посоветовал, чтобы я был не один в этом. Как ты думаешь, почему он так сказал?
 
– Погоди, ты ведь хотел научиться танцевать, чтобы заслужить внимание Зои, так? – Кей задумавшись, опустила голову. «Я понимаю, Рагнар хочет, чтобы я обучила танцу как можно больше людей, будет слишком много эмоций, это отвлечет духа, рассеет его внимание, отведёт от нас подозрение, что позволит ему немного оттянуть время. Хорошо, если так советует жрец, значит, я так и сделаю!».