Легенды девяти миров. Пробуждение (СИ)

— Ты как, отошёл немного?
— Вроде отошёл — проговорил Скотт тихим голосом, смотря себе под ноги.
— Скотт, что это было? Что все-таки с тобой произошло?
— Я не знаю. Я сам толком ничего не понял.
— А что ты почувствовал в тот момент, когда потерял сознание? Твоё лицо было сильно искажено в каком-то болезненном приступе.
— Я не помню ничего. Лишь небольшие секундные вспышки, которые тут же пропадали от моего внимания.
— Вспышки? Это были воспоминания?
— Нет. Там были лишь яркие отблески огня. И горящих зданий.
— Горящие здания? — вскрикнула я — Значит, все-таки огонь вызвал в тебе этот приступ. Это может говорить о том, что ты пережил нечто важное, что было связано с огнём!
— Ты так думаешь?
— Я теперь в этом уверена. Мы пробили важную стену и открыли важный заслон в твоей памяти. Скотт, это огромный прогресс!
— Надеюсь, что ты права — голос Скотта в этот момент был сильно удручён и потерян, что могло говорить о его неуверенности в своих же словах.
— Скотт, ответь мне сейчас максимально честно и не как своему психоаналитику.
— Тогда кому мне ответить?
— Другу — я произнесла эти слова тихим и еле слышным голосом — Который хочет помочь тебе.
— Даже так? — Скотт удивлённо посмотрел на меня, а затем строго произнес — Так что ты хотела узнать у меня?
— Тогда, на смотровой, когда ты увидел огонь. Он тебя напугал или это было что-то другое? Что ты испытывал при виде бушующей стихии?
— Если я тебе скажу правду, то я точно навсегда обеспечу себе пребывание в лечебнице. Но и соврать тебе я не могу. Почему-то именно тебе я не хочу врать и обманывать тебя.
— Я обещаю тебе, я приму любой твой ответ и никак не осужу тебя — впервые за все наше время знакомства я взяла Скотта за руку, и его кожа оказалась слишком горячей и обжигающей на ощупь.
— Лив, мне кажется, я все-таки сумасшедший — услышала я тихий шёпот около себя.
— Почему ты так решил?
— Разве здоровый умом человек может при виде огня испытывать радость и чувствовать какое-то воодушевление внутри себя? Словно огонь является чем-то живым и чем-то важным в твоей жизни. Лив, это не нормально. Я видел огонь, и я представлял, как он уничтожает все вокруг. При этом я чувствовал удовлетворение и некоторое чувство радости.
— Скотт… — слова парня меня не на шутку напугали и ввели в неимоверный ужас. Я вновь испугалась того, что может быть спрятано внутри этого странного парня.
— Можешь ничего не говорить. Я и без психотерапевта знаю, что все это страшно и не правильно.
— Я хотела сказать другое — мой голос дрогнул и я замолчала.
— И что же?
— Я все же оставлю это мнение при себе. Это совершенно не профессионально с моей стороны и врач моего уровня не должен никогда так говорить.
— Лив, мы вроде не пациент и врач сейчас. Поэтому я хочу услышать твоё дружественное мнение.
— Ты умеешь надавить в нужном месте для достижения своих целей.
— Видимо это моя врождённая способность, которой я пользуюсь непроизвольно — Скотт усмехнулся и с улыбкой на лице подмигнул мне.
— Я считаю, что возможно, твоё прошлое не случайно скрыто от тебя. Возможно, это твой шанс начать новую жизнь, отличную от прежней. Вдруг твоя прежняя жизнь была наполнена болью и страшными вещами. Сейчас ты получил возможность избавиться от этого груза и жить нормально.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Что тебе стоит подумать, нужны ли тебе твои воспоминания и стоит ли их возвращать.
— Хм — Скотт напрягся и сильно нахмурился — Действительно, довольно необычное мнение, особенно со стороны психотерапевта.
— Я лишь сказала тебе своё мнение, как человека, а не как психотерапевта. Но я не отказываюсь от своего лечения, и по-прежнему буду делать все возможное, чтоб вернуть тебе память, как я и обещала.
— Лив, можно я признаюсь тебе в одном моменте, о котором я все это время умалчивал?
— Давай — я сильно занервничала, не предполагая, что Скотт может сейчас сказать.
— Я хотел вернуть воспоминания не для того, чтоб вернуть себя. Я лишь хотел получить шанс выбраться из клиники и зажить нормальной жизнью. А как показала практика, без своих воспоминаний я не смогу этого сделать… — голос Скотта дрогнул, а глаза были закрыты. Казалось, что говоря эти слова, он испытывал своеобразную боль, которая впервые за все наши разговоры дала о себе знать.
 
— Скотт, на самом деле и без твоих воспоминаний можно жить полноценно и нормально.
— Да? И как же?
— Начни все заново.
— У меня нет ни фамилии, ни документов, ни денег, чтоб хоть как-то начать новую жизнь. Да и сами сотрудники клиники меня в таком состоянии не отпустят в свободное плаванье.
— Скотт, по факту, ты здоров и при небольшой помощи сможешь спокойно начать нормальную жизнь. Тебе даже не нужно будет твоё прошлое, ведь ты сможешь построить своё нормальное будущее.
— Я не верю в это, Лив. Я на всю жизнь заперт в этом сундуке отчаянья — Скотт уронил свою голову так, что его огненно-рыжие волосы стали спадать ярким водопадом вниз.
— Ты не прав. Все это можно пережить и все это можно устроить — я замолчала, а затем я сказала то, что никогда бы в жизни не решилась сказать — Скотт, если я тебе кое-что пообещаю, ты можешь пообещать мне держаться?
— Что? — Скотт резко поднял свою голову и повернулся лицом ко мне — О чем ты?
— Если я пообещаю тебе помочь с этим. Я имею довольно неплохие возможности, как и связи. Я могу попробовать сделать тебе новые документы, чтоб ты начал новую и нормальную жизнь. Но взамен я попрошу тебя не отчаиваться и продолжать бороться за себя и свою жизнь.
— И все? Такова твоя цена нашей сделки?
— Да. Такова моя цена. А соглашаться тебе на неё или нет решать тебе.
Скотт замолчал и стал прожигать меня пристальным взглядом. Зрачки его глаз были максимально расширенными, а желтая окантовка как никогда блестела ярким светом. Я не понимала, что вызвало в нем подобную реакцию, но мне показалось, что я вселила в него некоторую надежду. Скотт довольно долго сверлил меня пристальным взглядом, а затем твёрдо и уверено произнёс:
— Я согласен. Я сделаю все, лишь бы выбраться из этого безнадёжного места и быть свободным.
— В таком случае, Скотт, нам надо придумать тебе фамилию, на которую мы будем делать твои документы.
— Какие есть предложения?
— В мире миллиарды фамилий, поэтому я не могу тебе сказать, что конкретно подойдёт тебе. Ты сам должен выбрать ее, ведь тебе с ней жить всю твою жизнь.
— Скажи мне, какая самая распространённая фамилия в этой стране?
— По моим наблюдениям вроде Смит.
— В таком случае познакомься со Скоттом Смитом.
— Что? Ты решил взять самую простую и распространённую фамилию во всех штатах?
— Да. Чем проще, тем незаметнее. Это мудрость существует с начала времен.
— Откуда ты это знаешь? — я смирила Скотта внимательным и недоверчивым взглядом.
— Не знаю откуда. Просто пришло это понимание и уверенность в том, что так оно и есть.
— Значит Смит. Скотт Смит.
— Да. Просто и со вкусом. Как тебе?
— Возможно, ты прав. Если мы собираемся устроить тебе нормальную жизнь, то тебе не помешает максимально смешаться с окружающей толпой.
— Что я слышу. Ты согласилась со мной и так быстро пошла на уступки — Скотт широко улыбнулся и вновь сидел с игривым взглядом — Как жаль. А я целую речь заготовил в защиту своего права на выбор данного имени.
— Прибереги свой монолог на более подходящий случай.
— Как скажешь док. И что дальше? Какой план наших дальнейших действий?
— Я возвращаю тебя в клинику, а дальше мы с тобой будем продолжать наши сеансы. Параллельно с этим я буду подготавливать почву и все необходимое для того, чтоб забрать тебя из клиники и позволить тебе жить дальше.
— Звучит обнадеживающе. Но вот я боюсь, что наши сеансы станут для меня слишком необходимыми, чтоб в будущем остаться без них.
— Тебе придётся сделать свой выбор. Либо сеансы со мной в стенах психиатрической лечебницы. Либо свободная жизнь, но без наших сеансов.