Бычара (СИ)

— Чё? — Вышел Бруно из чёрного выхода, чтобы отец не увидел его и не отобрал нож. Теперь-то уж он расправится и с сучкой тоже, а не только с этим животным Джеки. И имя у него, кстати, какое-то кокетливое и звучит по-женски. Тьфу ты.
— Чё слышал, — дерзко отрезал парень, пытаясь дышать ровнее.
— Тогда надо найти Аманду и проучить девчонку, а потом прийти к Джеку и прирезать! Ха, точно, я гений! — похвалил себя Бруно, озвучивая мысли уже вслух, и побежал в чащу вместе с доносчиком.
 — Только если ты убьёшь, тебя могут наказать за это, — парень попытался предупредить, выкрикивая другу в спину о том, что знал точно. Но Бруно бежал, высунув язык, и ничего не слышал. Думал только о том, каким он будет молодцом, доказывая, что никого не боится. Пускай продолжают бояться другие, а он почему должен?
— Стой, сука! — увидев убегающую по ромашковому полю Аманду, он положил нож, надеясь, что найдёт его потом и отправится к Джеки. Девку он накажет по-другому!
***
— Ай, как голова болит. — Сел на землю Бруно, увидев перед собой друга. Тот протянул ему нож. — Аманда убежала?
— Твоя сестра увезла её вместе с дружком Джеки.
— Бля, ещё этот толстый здесь ошивается, — буркнул Бруно и вскочил на ноги. Увидев машину скорой помощи, он тут же кинулся бежать в чащу. Ведь в больницу ему никак нельзя, а то как же без мяса Ванмарсениля на барбекю? И какая падла вызвала только, непонятно.
— Давай пока в домике нашем передохнём, — Бруно подал голос, как только заметил рядом с собой друга. Они оба наблюдали в окно за тем, как медработник озирался по сторонам в поисках тела и скоро, махнув рукой, сел в машину и уехал ни с чем. — Ну наконец, — обрадовался Схепертс и, взяв тряпку, вытер с лица пот.
— Пойдём, поможешь мне зарезать мерзкого Джеки, а то этот фламандский ублюдок мне не нравится. Никогда не нравился, — процедил он сквозь зубы, сжимая рукоять ножа и шагая рядом с верным другом.
— Ладно.
***
— Вон, посмотри, бычара какой ходит полуголый по двору, сверкает своими мускулами, думает, что все девчонки вокруг сбегутся на его мышцы и будут визжать, ой, то есть мычать от восторга, — хихикнул в ладонь Бруно, выглядывая из-за кустов. Ворота были открыты, и друзьям было видно, как Джек таскает вёдра с навозом и вываливает в колодец, куря сигарету и думая о чём-то своём.
— Ага, и поэтому, может, не надо рисковать? По сравнению с ним, ты дохлик, а он вон какой огромный стал.
— Он девочка! У него нет яиц! Что мне его надутые мышцы? Я их проткну ножом — и всё! — закричал Бруно, да так громко, что не заметил, как Джек выбежал со двора на дорогу, покрутил головой и тут же увидел их. Его свирепый взгляд устремился на них. Его мощные руки сжались в кулаки, он показал оскал, щёлкнул шейными позвонками и ринулся к ним. — Давай бегом отсюда, — скомандовал Бруно и умчался, не оглядываясь на разъярённого бычару.
========== Глава 7: Кто валялся у моих ног ==========
Пение Аманды, погрузившее Бруно и даже меня некоторый транс, вдруг перебил голос Дидерика:
— Джек, мы здесь, выйди.
Усмехнувшись, я отключил связь. Бруно обиженно посмотрел на меня снизу вверх.
— Ну что, будешь Аманду? — Я едва удержался, чтобы не прописать ему по зубам.
Схеперс радостно закивал и, высунув язык, задышал, как собака в жаркую погоду. Я улыбнулся, посмотрел в окно: снаружи остановился темно-зелёный джип. Из него вышел только Дидерик, но тонированные окна были опущены, и я увидел мечту — Люсию — и обстоятельства — Аманду.
— Помнишь, я сказал, что сделаю всё для тебя, дружочек ты мой нерадивый? Так вот, твоя милашка здесь! — воскликнул я и расхохотался вместе с Бруно. Он подпрыгивал, хлопал в ладоши, его глаза сияли, а несколько оставшихся зубов сверкали в лучах солнца. — Так, ладно. Ты пока посиди тихо, я отдам твоего друга, во-о-он тому лысому тощему чудовищу. — И я показал пальцем на ждущего Дидерика, подведя Бруно к окну, чтобы он окончательно поверил в наше примирение. Мне нужно было его доверие, так удар будет сильнее. — А потом я приведу Аманду, хорошо?
 
Бруно усердно закивал.
— Ах, да, и если сестра вломится и попытается утащить тебя, то сопротивляйся, ладно? Покажи ей, как тебе хорошо со мной. — Бруно старался сделать вид, что он всё понял и скажет как нужно. Вот ведь наивное существо. — Тогда смотри в окошко, любуйся происходящим и с улыбкой маши сестре.
Настроив его на положительный лад, я выкатил дружочка на улицу.
— Джек, на какой хер тебе нужен был калека? Ты по-моему на нем достаточно отыгрался, — возмутился Дидерик, со вскинутыми руками подходя ближе.
— Это по-твоему, — огрызнулся я, передавая ему соратника Брунито. — А вообще, не задавай вопросов, не беси меня.
— Где взял дружка Бруно? — Друг либо оглох на оба уха, либо осознанно пытался получить от меня по лицу.
— Из дома забирал, — рыкнул я, чуть ли не скидывая с крыльца кресло с выродком. Теперь в доме оставался Бруно. — Забирай!
Дидерик аккуратно откатил инвалида подальше, а затем бросился в дом, пользуясь моим отсутствием в дверном проёме. Следом за ним вломилась и Люсия, и её драгоценная подружка. Увидев разбросанные по полу журналы с голыми девицами с лицом Аманды, Дидерик побледнел, а затем покачнулся и с тихим стоном рухнул на стул. Люсия же наоборот — не замечала ничего вокруг. Едва завидев брата, она тут же кинулась к нему, проверяя, действительно ли он цел, как я утверждал. Углядев пару ссадин, она укоризненно посмотрела на меня, а я в этот момент очень правдоподобно изобразил рвотные позывы.
Вот уж чего я не понимал, и от чего меня трясло и коробило — так это от её сестринской любви к ублюдку Бруно, учитывая всю ту мерзость, которой он осквернил её детство и юность. Уму непостижимо! Он бил её, оскорблял, пихал ей в рот мужское эго, выставлял шлюхой перед друзьями… И после всего этого дерьма она трясётся за его жизнь! Чёрт!
Раздражение закипало и рвалось наружу, как вода в закрытом наглухо чайнике. Не будь Люсия Люсией — моей «любимой француженкой», несбыточной мечтой десятилетнего Джеки Ванмарсениля — я бы, наверное, уже проломил ей череп. А заодно и Дидерику.
Тестостерон в крови кипел, и я довольно быстро убедил себя, что Дидерику надо врезать. Дёрнулся, готовясь замахнуться на него, ничего не подозревающего, кулаком, но вдруг замер, ощущая на плече практически невесомое касание.
Аманда подошла и совершенно бесстрашно привлекла к себе внимание, впрочем, тут же отпуская меня и складывая руки на груди.
— У него разве нет родственников? — спокойно, как и всегда, поинтересовалась она, специально, или нет, но загораживая проход и не давая выйти на свежий воздух, вдохнуть запах леса и покурить уже наконец-то.
Я усмехнулся, тут же забыв и о Дидерике, и о Люсии, всё ещё ощупывающей брата. Впервые рядом с Амандой у меня не было желания прогнать её. Наорать. Испугать. Показаться грубым. Она будто щелчком успокоила бушующий во мне вулкан. Чуть опустив глаза, я заметил, как её небольшая грудь вздымается под бежевым плащом, и не сдержал усмешки: уж в одном проклятый Схеперс был прав — она чертовски сексуальна.
— Счастливый случай, представляешь, у этого говнюка никого нет, кроме соседки-сиделки. — Пожав плечами, я, не отвлекаясь ни на что, разглядывал объекта моего возмездия. Или, может, вожделения?
— Джек, что ты задумал? — Аманде очень хотелось показаться расслабленной, но я не мог не замечать, что безумный блеск в моих глазах слегка её тревожит.
— А ты отправь Люсию и Дидерика отсюда, тогда узнаешь. — Подмигнул я и, обойдя её, вышел на улицу. Затем схватил Дидерика за локоть и выставил наружу, тут же возвращаясь и за Люсией, жалкое сопротивление которой прошло для меня незамеченным. Итого в домике осталась лишь Аманда и Бруно, упавший перед ней на колени и целующий её ноги, радуясь моему подарку.
 
— Ты обещал отдать мне брата! — как мышка, попавшая в ловушку, пропищала моя француженка. Ей очень хотелось зайти обратно в дом, но я уже никого не пускал, а Дидерик, её нынешняя опора и защита, явно не желал ввязываться в драку.