Нечаяный сюрприз для графа (СИ)

- Благодарю за откровенность, леди Оливия, - серьезно сказал Витор. – Я провожу Вас до каюты.
Мы уже почти пришли, когда он спросил:
- Граф Монсервиль мне сказал, что, получив письмо от жениха, Вы, единственная из всех, не поверили, что он Вас бросил, и были готовы на все, чтобы только спасти его. Это на самом деле так?
- Ну, а как по-другому? – удивилась я.
Торин ворвался в каюту и крепко обнял меня:
- Прости меня, Оливия! Прости, любимая! Из-за меня тебе столько пришлось перенести! Я обидел тебя, но я так написал, потому что боялся за тебя!
- Торин, ты опять причитаешь! – засмеялась я, на самом деле, тая от его прикосновений. – Я сразу все поняла и ни секунды не сомневалась в тебе.
- Как же я люблю тебя! Можешь ли ты представить, как я люблю тебя? – говорил он, покрывая мое лицо поцелуями.
- Да легко! Потому что я тоже люблю тебя, Торин! Очень! – призналась ему, и снова, как и в момент, когда он сказал мне о своей любви, по лицу моему текли слезы, которые Торин сцеловывал с моих ресниц и щек.
Торин аккуратно снимал с меня одежду, целуя каждый обнажившийся кусочек кожи, и не уставал приговаривать:
- Любимая! Как же я скучал по тебе! Как же я мечтал о тебе!
А я, изгибаясь, помогала ему освобождать меня и его от одежды и вторила ему:
- Я тоже, родной мой! Я так скучала!
Я лежала обнаженная, а Торин любовался, не отрывая глаз и нежно касаясь меня руками и губами.
- С ума сойти! – шептал он. – Чувствую себя, как мальчишка, не могу наглядеться на тебя!
Сама же гладила его мощный торс, на котором от напряжения играли мускулы, потом привстала и прикоснулась губами. Торин с шумом выдохнул воздух, он припал к моим губам и жадно пил их, пока хватало воздуха. Его губы коснулись моей груди, ласки становились требовательнее, поцелуи – настойчивее. Я одновременно с облегчением и восторгом вздохнула, когда его рука стала ласкать меня между бедер, я стонала и извивалась от его ласк, а он, то смотрел мне в лицо и шептал: - Любимая! Моя! – то лихорадочно покрывал легкими поцелуями лицо и грудь. Наконец, он навис надо мной и медленно с рычащим стоном вошел в меня. Я стонала и вскрикивала от удовольствия, он входил в меня мощными толчками, вызывая дрожь в чреслах. Тепло охватывало все тело, оно завибрировало, а потом волны сладостных конвульсий пробежали по нему. Торин сделал последний рывок и замер, лишь внутри себя я ощущала толчки его плоти. Он со стоном откинулся на спину, я обняла его, повернувшись набок. Мои пальцы, едва касаясь, ласкали его грудь, спускаясь к прессу. Я наклонилась и стала целовать его «кубики».
- Что там? – засмеялся он.
- Кубики, - ответила я.
- Что ты с ними делаешь? – стараясь не двигаться, спросил он.
- Лего собираю…губами, - ответила я.
Глава 44
Мы вернулись в Картар, но домой поехали не сразу, а, сперва, по моей просьбе, заехали за тетушкой Пэгги. Поначалу Торин недоуменно смотрел на нее, а когда она начала ему рассказывать, какая мы красивая пара и как я его люблю, и теперь, когда она с ним познакомилась, то прекрасно меня понимает, он готов был слушать ее бесконечно и лишь благодарно улыбался мне.
Дома мало, что изменилось. Отец встретил меня тепло, мы с ним долго говорили, я считала, что отец, после всего, что сделал для меня, заслуживает доверия, поэтому рассказала ему, что произошло в Саравии.
- Графу повезло с тобой, моя девочка, - с гордостью резюмировал он.
Кайл до конца еще не избавился от прыщей, но небольшие изменения все же были. Сибилла и сестры, как и прежде, относились ко мне не слишком дружелюбно, а увидев тетушку, сморщились. Торин приезжал каждый день и увозил нас с тетушкой из дома. Прошло уже дней десять, как мы вернулись в столицу, когда Сеона спросила меня:
- Почему вы с Торином не посещаете балы?
- Зачем? – машинально ответила ей вопросом.
- Но там интересно! – воскликнула она. – Там собирается все приличное общество.
 
- И неприличное тоже, - добавила я.
- Сеона, не приставай к Оливии, пожалуйста, - вмешалась Сибилла. – Возможно, во дворце не все ей рады.
Сестры довольно улыбнулись.
- Вполне вероятно, - спокойно подтвердила я, вспомнив о герцогине.
Сибилла смешалась, не зная, как отнестись к моему замечанию.
- Оливия, сегодня нам необходимо пойти на бал, - сходу заявил Торин, как только я появилась в гостиной, где Сибилла и сестры обычно встречали его. – Король ждет нас!
Я видела, что Торин волновался, поскольку все это время отказывалась идти во дворец. Конечно, рассказывала Торину, что просила короля помочь мне, а он отказал, но подробнее говорить об этом не хотела, поскольку Торин оставался на дипломатической службе. Желания общаться с Его Величеством не было от слова совсем.
- Если это необходимо тебе, - я сделала паузу и, дождавшись утвердительного кивка Торина, закончила: - Значит, мы пойдем на этот бал.
В доме Торина за столом вместе с хозяином сидели граф Ален Монсервиль и граф из соседнего королевства Витор Бурвит. Они молча потягивали из бокалов вино, кажется, все уже было сказано, каждый из них поведал о своем участии в этой истории. Ален беспокойно поглядывал на Торина, а тот задумчиво смотрел на огонь, ему было о чем подумать. Графа Ривгана неприятно удивило поведение короля, и дело даже не в том, что тот не смог разобраться в ситуации, это как раз можно понять, его задело отношение Его Величества к Оливии, ее словам и просьбам. Король не воспринимал его невесту всерьез, а, значит, недостаточно уважал ее. Доказывая всем, и, прежде всего, конечно, себе, что он прав, Генри как-то упустил из виду, что речь шла не просто о дипломатических играх, на кону стояла жизнь человека. Торин без конца прокручивал в голове разговор с Оливией.
- Ты останешься на службе? – спросила она.
- А тебе бы хотелось, чтобы я ушел? – поинтересовался он.
- Делай, как считаешь нужным, Торин, - спокойно ответила Оливия.
- Я хочу знать, как ты к этому относишься, для меня это очень важно, -нисколько не покривив душой, сказал ей граф.
- Рисковать жизнью ради чьих-то амбиций, по-моему, неправильно, но я приму любое твое решение, милый, - после небольшой паузы произнесла Оливия, потом улыбнулась и доверчиво прижалась к нему.
Граф Бурвит прервал его размышления, с веселой улыбкой произнеся тост:
- Я предлагаю выпить за ваших жен, господа!
Ален и Торин с удовольствием присоединились к графу, их лица украшали счастливые улыбки.
- Сейчас поведаю Вам о том, о чем они вряд ли вам рассказали, - продолжал Витор, не обращая внимания на вмиг напрягшиеся лица двух друзей.
- Когда я похитил леди Ирэйну, то спросил у нее, уверена ли она, что муж согласится отдать за нее рудник в качестве выкупа, она спокойно ответила буквально следующее: «Если бы подобное случилось с моим мужем, я бы все отдала в обмен на него».
Ален тяжело сглотнул и не сводил с Витора пораженного взгляда.
- А совсем недавно говорил с леди Оливией, сказал, что слышал, будто она единственная не поверила в то, что Вы, Торин, ее бросили, и она была готова на все, чтобы только спасти Вас. «Это на самом деле так?» - спросил я ее. « Ну, а как по-другому?» – без каких-либо сомнений ответила она.
Теперь уже Торин сжал зубы, не в состоянии выдохнуть из-за застрявшего в горле комка. Витор смотрел на потрясенные лица двух мужчин и, не выдержав, воскликнул:
- Вы – счастливчики! Вам невероятно повезло! Послушайте, где вы находите таких женщин?
- Это подарок судьбы! – убежденно сказал Ален.
- Или нечаянный сюрприз! – счастливо улыбнулся Торин.
А затем Торин обратился к Витору:
- Граф, если Вам потребуется помощь, можете рассчитывать на меня, - он был очень серьезен.
- А не пожалеете потом? – усмехнулся Витор.
- Может, и пожалею, но я привык отдавать долги, - твердо сказал Торин.