Дорогой скорби: крушение Ордена (СИ)

– А вы, господин?
– Я, с тобой Антон, схожу за заготовителем тел при храме, и мы произведём вскрытие, чтобы получить более полную картину отравления, – раздал задачи Александэр и бодро завершил. – Всё работаем, дальше!
Спустя час. Чейдинхол.
Перед Азариэлем стелется большая и широкая городская дорога, уходящая вглубь города от западных ворот. Она довольно просторна и ограничивается высокими чудесными домами, окружившими её по краям и создав столь размашистую калию. За парнем возвышаются громадные ворота, и в тени линии исполинской зубчатой крепостной стены он выглядит ничтожеством.
Небеса такие же мрачные и холодные, что и прежде, продолжая беспрестанно поливать город и его окрестности ледяной моросью, а жгучий ветер только усиливает неприязненные ощущения.
– Ты не посмеешь! – Ремиил еле как сдерживает себя, чтобы не прибить человека, напротив.
– Я – представитель закона! – самодовольно заявил высокий загорелый мужчина, облачённый в кольчужную броню сиродильской стражи, украшенной тканевой безрукавной накидкой оливкой расцветки с гербом города. – Я имею право!
Азариэлю остаётся только надеяться, что Ремиил, и городской стражник не похвастаются за клинки, как тюремные урки. Он молча переводит взгляд и видит, как за Ремиилом прячется несчастный старого возраста имперец, обмотанный в какое-то бурое тряпьё, измазанное в грязи. Длинные сальные волосы нищего вкупе с бородой скрыли морщинистое лицо, его пальцы вцепились за пальто рыцаря, сильно оттягивая его на себя.
– Я тебе его не отдам, крохобор треклятый!
– А куда ты денешься, – ехидно умилился стражник. – Либо он мне заплатить сотню септимов медью, либо я ему казённый дом уж обеспечу! Будет у меня баланду жрать раз в день!
– Не надо, – умоляет бедняк.
– Милостивый господин стражник, – вмешался Азариэль, чтобы не довести ситуацию до критического момента. – А что если мы заплатим за нищего? Сколько там? Всего сотню?
– Азариэль, – небрежно начал Ремиил, и холодная суровость его голоса неожиданно сменилась на злобу, и рыцарь отбросил всю прежнюю сдержанность. – Он просто не прав. Мы Судом наделены полномочиями брать горожан и крестьян под свою юрисдикцию, и он обязан подчиниться. Так его нахальная морда требует сто септимов от нищего, а это – нарушение закона!
– Я тебя сейчас прямо тут отделаю, жук навозный! – возмутился стражник. – Да и ребят позову!
– Хорошо-хорошо, – послышалась лёгкая речь Азариэля. – Позови, только Капитана Стражи, иначе я за ним сам схожу.
– Его звать нам ни к чему… он только испортит наш, э-м, наш «танец».
– Я тебя сейчас.
– Ремиил стой, – Азариэль преградил другу путь, выставив правую руку, другой же ладонью протянув кожаный мешочек, слабо побрякивающий перезвоном меди. – Нам не нужны проблемы с городской стражей.
– Вот это чудно, – жадно схватив монеты, заликовал стражник. – Свободны, и можете своего вонючего друга забрать.
Высший эльф и Ремиил собирались уходить, дальше продвигаться в город, как юноша решил задать вопрос:
– Зачем ты решил за него вступиться? – отстранённо поинтересовался Азариэль. – Мы могли бы получить серьёзные проблемы.
– Я понимаю, брат, понимаю, что мы могли сорвать выполнение задания.
– Но?
– Мне как-никак лучше знать, что чувствует нищий, когда над ним глумится стража. Поверь, Азариэль, – подавленно вымолвил рыцарь, сравнявшись взглядом мрачной невзрачностью с грозовыми небесами и предвосхищая вопрос, продолжил речь, пропитанную горечью. – Мне самому пришлось всё детство провести на улицах Виндхельма, пока меня не забрали рыцари Ордена.
– Почему?
– Мы всегда были бедной семьёй, – полилась горечь из слов Ремиила, и доселе невозмутимый рыцарь в глазах Азариэля сделался «живым», отчего юноша несколько подивился. – Нам не хватало еды, не было денег на дрова, а поэтому в доме стоял дикий холод. Моих родителей посадили в тюрьму за кражу… ведь это смертельное, непростительное преступление – своровать еду из таверны, – сошёл на зловредную иронию Ремиил.
 
– А ты?
– Я? Наш «милосердый и гуманный» суд выкинул меня на улицы, конфисковав дом. Ох, сколько же издевательств местных стражников пришлось вытерпеть. Да, были и нормальные мужики, но каких-то хотелось утопить в канализации.
– Да, – Азариэль исполнился удивления. – Даже не знаю, что сказать.
– Ты, наверное, думаешь…
– Ремиил, всё в порядке, – оборвал Азариэль мужчину, оглянувшись на огромные ворота города. – Просто в следующий раз будь сдержаннее, а то нас повяжут.
– Постараюсь.
Двое устранились от разговоров о прошлом и перевели взгляд на человека, который шагает впереди. Вроде бы, такой же доспех, что и у остальных стражников, только голова скрыта под цельнометаллическим стальным шлемом, явно отдающим суровостью работы северян. Уверенным размашистым шагом он направляется к воротам и Азариэлю только и остаётся наблюдать, как в пелене дождя к ним идёт стражник.
– Вы – Капитан Стражи?
– А кто спрашивает? – неприветливо и хрипло кроет вопросом человек, чьи черты лица грубы и отталкивающе.
– Представители следствия, назначенные от Имперского Суда, – в ладони Азариэля появилась бумага, протянутая стражнику, который её схватил и тут же развернул, вчитываясь и смотря на подписи судьи и печати, а юноша продолжил. – Нужно, чтобы вы ответили на пару вопросов.
– Ну, допустим это я, граждане, – неприветливо раскрыл свой статус Капитан. – Что вы хотели?
– Нам нужна информация о вновь прибывших странниках. Кто-нибудь мог быть из Брумы?
– О новых брумчанах, граждане? Я ничего не слышал, разве что недавно работать сюда приезжал Астейр. Он вроде как с севера, похож был, да и татуировка у него была северная.
– Какая и где? – прозвучали взволновано вопросы от Азариэля. – Это орёл?
– Нет. На груди – волчья голова.
– Зраза, – выругался Ремиил. – Не то.
– Вы можете найти Архама. Он по долгу дела может знать, кто идёт с севера.
– Кого?
– Это наш местный охотник. Он часто встречает путников с севера. Из Рифта и Брумы как раз.
– А с кем он мог общаться? – спросил Азариэль. – Наиболее плотно.
– Без понятия, граждане.
– Капитан, – осторожно обратился юноша. – У нас есть вопрос касательно сепаратных или культистских организаций. У вас есть подобное.
– Эта информация – строго конфиденциально. Государственная тайна, если говорить правильнее.
– Мы наделены правом доступа, Капитан, – надавил Ремиил. – Мы осуществляем правосудие императора.
– Не могу.
– А если мы доложим графу о противодействии расследования представителей имперского следствия?
– Хорошо, – сдержанно скрепя зубами пошёл на попятную Капитан. – Недавно мы стали обнаруживать тела. Раздетые. Они разложены были, странно. Возле какого-то куска камня шесть тел.
– Политические мотивы?
– Да, пара записок была явно адресована нам. В них так и говорилось – придёт век самобытной свободы и Чейдинхол создаст своё государство.
– Ну, вот и чудно, – позволил себе иронию Ремиил. – Не совсем продажный.
Холодный выдержанный взгляд главы местной стражи остался таким же непреступным, а вот сжатые губы слабо дёрнулись в эфемерной усмешке:
– Может кто-нибудь в будущем и станет продажной сволочью, но только не я. Не сейчас. При мне пост Капитана Стражи Чейдинхола запятнан не будет. – И тут же рука стражника вытянулась в указательном жесте, показав на мужчину в меховой броне, который идёт подле стены от юга к воротам. – Да, кстати, вот он – Архам!
В тот момент как раздалось громкое воззвание, а отзвук имени достиг зубцов стен и шпилей башни, Азариэль понял, что ошибкой было кричать Капитану имя человека. Имперец тут же крутанулся и рванул, что есть мочи, слегка поскользнувшись на траве. Азариэль что было сил, сорвался с места, помчавшись вперёд, гневно выкрикнув:
– Проклятье!
Адреналин ударил в мышцы, сердце забилось быстрее, и взгляд усилился, концентрируясь на цели. Азариэль со всех ног погнался за низкорослым человеком, пролетая мимо городской стены и сиганув в небольшой переулок. Поднажав, молодой эльф выдавил из себя все силы и пронёсся подобно ветру мимо изгородей серого камня и в один момент оказался на пороге небольшого заднего дворика, поросшего изумрудным ковром, сдавленного высокими строениями.