Симеон (СИ)

Если бы Пруссия прямо сейчас начала бы захват Богемии, то Вене уже ничто бы не помогло.
  
Глава 46
 
Результаты выборов во Франции изменили расстановку политических сил в стране. Монархисты усилили своё влияние, а республиканское большинство просто исчезло.
— Вы опять оказались правы, Семён Афанасьевич, но кто мог это представить в 1790 году. Неужели теперь военные захватят власть и восстановят монархию?
— Всего лишь логика событий, Александр Васильевич, — сам поражаюсь какой я умный, умнее самой "Маши потом", — но Директория пока держится, причём Бонапарт и Гош её поддерживают своим влиянием.
— И это тоже удивительно. Никому не известный Наполеон уже столь влиятелен, что "поддерживает". Вы очень удачно подобрали себе друга во Франции.
Англия тоже рискнула "подобрать себе друга", разобравшись в реальной расстановке сил в России. То ли после мятежа освободилось от экипажей несколько судов, то ли Витворт смог убедить парламент и Адмиралтейство, но мне в дар прибыло несколько кораблей: два линкора, три фрегата и три шлюпа.
— Осенью прибудут недостающие суда, ваше величество. Но уже сейчас хотелось бы примерно знать о ваших намерениях в Средиземном море.
— Сэр Витворт, скажу вам честно, насколько вправе. Меня волнует судьба нашего Черноморского флота, которому нужны будут транзитные порты. Всего лишь торговые интересы, а не завоевание каких-нибудь средиземноморских стран, вроде Египта.
— Так следует ожидать, что вы, рано или поздно, заинтересуетесь Критом и Кипром?
— Нет, Кипр мне не нужен, а вот остров Корфу может понадобиться для торговли в Адриатике. Ну и какой-нибудь транзитный порт в Алжире, не более.
— Понимаю, ваше величество, так как дальше на запад лежит ваше королевство, находящееся в составе Португалии. Пожалуй Англия не против такого расклада сил. А что вы думаете по поводу возможности заключения мира между Францией и Австрией?
— Во-первых, господин посол, ничто не бывает вечным. Даже если они подпишут договор, то через год-другой его разорвут. Слишком много противоречий между этими державами.
Англичани явно получал удовольствие от моих слов и ждал "во-вторых".
— Да, я не хочу их мира сейчас, потому что Россия очень хорошо зарабатывает на поставках обеим сторонам. И ещё больше будет зарабатывать на вас, когда начнётся вторая стадия вашей борьбы с Францией.
Витворт молчал, ожидая продолжения откровений, но…
— Господин посол, прогноз будущих событий стоит совсем других цен, поймите правильно, — улбнулся я от всей ласковой заботливой души.
— Благодарю вас, ваше величество, за откровенность. Пожалуй, начну переговоры с парламентом насчёт "других цен", но боюсь, что меня не поймут. А ведь ваши прогнозы могли нам помочь ещё годы назад, если бы мы планировали свои действия согласно им.
Посол ушёл, подсчитывая сколько денег было потрачено впустую на различных "комментаторов" и всё более убеждался, что лучше бы ими заваливали русского оракула. Хотя бы потому, что меньше разорительных ошибок было бы совершено.
В конце июля в Петербург прибыл новый министр внешних сношений (правильной ориентации) Морис Талейран. Ох и семи пядей человек, что ни говори. Так хорошо обрисовал карту распределения зон влияния, что приятно осознавать своё величие.
— Ваше величество…господа…из этого выходит, что военный союз приведёт к совершенно иному виду карты мира и огромной пользе для наших стран.
— Господин посол, любые военные действия связаны с перекосом во внутренней экономике и повышенным расходом средств. Именно поэтому мы не готовы к союзу, — пришлось мягко отмораживать посланника, — Тем более, что вам самим ещё следует выйти из череды внутренних политических переворотов.
— Мы уже приблизились к внутренней стабильности, — упорно держался министр за своё "желаемое".
— Может быть остановимся пока, мсье Талейран, лишь на зонах влияния?
Французы почему-то хотели переложить на нас финансовую поддержку Польши. Мол, братья-славяне должны друг другу во всём помогать. И зачем нам обуза от которой удалось избавиться на века в своё время?
 
Хорошо, хоть прибалканские острова без спорв поделили: нам Корфу, а франкам — все Ионические. На Крит ни Франция, ни Англия не претендуют, так как не желают связываться с изрядно располневшим русским военным флотом.
— А каковы ваши интересы в Вест-Индии, ваше величество?
— Нас, в данный период, вполне устраивает Бразилия и Северная Калифорния. Если вы убедите Испанию продать нам Монтерей, — показываю на карте, — то восточное побережье обеих Америк нас не будет интересовать.
Вру, конечно, но пока это похоже на правду.
— Остальные детали можно обсуждать при необходимости через вашего посла. Со своей стороны мы делегировали в Париж Андрея Кирилловича Разумовского, Чрезвычайным и Полномочным.
Ещё сошлись в том, что ту же Австралию следует объявить внеконфликтной зоной, исходя из её удалённости и практической неосвоенности. За это Французская Академия признает Антарктиду Елагина новым континентом и даже отправит парочку исследовательских судов в те широты.
Отказ от завоевания Кавказа привёл к удобному для нас сайд-эффекту. После прихода к власти в Персии Коджаров, имеющих великие амбиции, неизбежно началась и османско-персидская война. Кто чего больше захапает в кавказской местности — тот и заглавный кавказоид.
Чтобы предоставить возможность вывести часть своей армии от границ с Россией, мы перезаключили с османами новый мирный договор по их просьбе. В Валахию и их часть Молдавии не вторгаемся, на Кавказе претендуем лишь на парочку небольших княжеств на берегу Чёрного моря (к югу от Кубанской оборонительной линии). За наше миролюбие и закрытые глаза нам передали в полное управление Крит сроком на 20 лет. За это время, или ишак, или Насреддин, или падишах, сами понимаете.
Пусть персы и турки хоть до посинения воюют, а мы по-английски уйдём из кавказского конфликта интересов. Да, останемся в будущем без Кутайсова, ну и фиг с ним, невелика потеря. И без Грузии останемся, ничего страшного.
Сейчас другой международный прикол намечается. Польша забила австрияк в Галиции и сейчас её аннексирует уже де-юре. Вена создаёт Венгерскую армию из венгров и словаков, чтобы словацкие земли защитить. Эдакое масло масленое сбивается, что и тавтологии никакой не нужно.
В августе я в сотый раз убедился, что супероткрытия в нынешние времена зависят не столько от уровня наук, сколько от вливаемого в исследования бабла,
Паровики Кулибина становятся мощнее соответсвенно похудению моего личного кошеля. Более-менее сносную машину установили на 120-тонную шхуну и водохлюпалки попёрли её вверх по Неве безо всяких лошадей, бурлаков и попутных ветров! Без Фултона обошлись, а вы говорили…
Новый паровоз для Гатчинской железной дороги тоже дорог сердцу и карману, зато выглядит, как почти настоящий. И тянет сразу четыре вагона (плюс, тендер) повышенной вместимости и грузоподъёмности.
Ещё одна победа денег над здравым смыслом и научной аутентичностью случилась у химиков. Они, методом научного тыка и перебора Ферма, чего-то сделали то ли с сурьмой, то ли с сулемой (а может и с соломой?). Получившаяся хрень помогает гореть составу из соли и ртути.
— Ваше величество, это не простая соль, а бертолетова.
— И где я вам много ртути найду?
— Так нам для исследований хватает той, что имеется, — радуется химик.
Им, умкам, всё хорошо, если на лабораторном столе антигравитация получается. А где я буду брать массовые составляющие для промышленного изготовления с/х антигравитаторов никого не волнует.
— Скоро подберём нужные пропорции смеси и капсюль будет готов.
Чёрт с вами, хоть что-то сварганили за эти годы. А дальше война план покажет. Тем более, что капсюли нужны для наших "мин" почти вертикального взлёта. Вдруг миномёт за сто лет тому вперёд получится, ха-ха?